Прачка. История попаданки - Юки

Принц оказался совсем молод — лет двадцать пять. С выразительными зелеными глазами, красивый, словно античная статуя, с величественной осанкой и удивительно тёплым, живым взглядом.

Он рассматривал меня вовсе не как «чужую» — скорее с интересом и лёгкой насмешкой.

— Так это ты и есть та самая Линн, которую он постоянно держит при себе? — спросил он, протягивая мне руку. — Приятно наконец познакомиться. Эшер о тебе говорил.

Я моргнула.

— Говорил?

— Редко, но всегда с таким выражением, будто не про служанку рассказывает, а про… — принц хохотнул и добавил. — Не знай я его, подумал бы, что он влюбился.

Эшер скривился.

— Не слушай его. Он всегда ищет поводы пустить сплетню.

— Только по делу, — усмехнулся принц, — и только если вижу, как кто-то не смотрит, хотя очень хочет.

Эшер резко сменил тему, и я была благодарна ему за это — сердце и так било слишком быстро. Но все это было не так важно сейчас, как бал, и то, что могло произойти на нем.

Потому что где-то внутри дворца прятались убийцы. И времени на любовь не оставалось.

Глава 21

Я знала, что должна держаться рядом с Эшером. Он повторил это трижды. Но… как можно было не смотреть по сторонам, и не осмотреть тут все?

Все эти залы, своды, колонны, портреты королей, позолота, хрусталь и лепнина — это казалось настоящим волшебством, о котором я читала только в книгах. Миры, где Золушки теряли туфельки, где короли отдавали дочерей за героев, где магия была частью сказки, а не пугающей правдой, которой я… обладала.

Валморен стоял рядом с принцем, что-то обсуждая, и даже не заметил, как я тихо отошла. Я лишь шагнула в соседний зал — с высокими окнами и фонтаном посреди залы, где лепестки роз плавали в воде.

Просто хотела взглянуть. Всего один шаг в сторону. Может быть, именно этот шаг и стал решающим. И этим залом моя прогулка не ограничилась.

Я шла по дворцу, по его мраморному полу, скользя взглядом по зеркалам, и почти столкнулась с юношей в ливрее, который спешил куда-то с подносом в руках. Он едва не выронил его, наклонившись, чтобы придержать хрустальный бокал с вином.

— Простите, — я отступила. — Это я виновата.

Он чуть улыбнулся, отводя взгляд.

— Ничего, барышня. Я просто спешу… это для королевского стола.

И тут — это снова случилось. В груди все сперло, будто воздух стал тяжелее, плотнее. Это моя магия снова ожила.

Слуга вдруг заговорил тише, почти шёпотом, и его взгляд его стал стеклянным, как у всех, кто соприкасался с моим даром.

— Подлил яд, как просили… всё как велено. Глоток — и дело сделано. Никто и не поймёт. Кто ж заподозрит слугу? Мне просто пообещали, что моя сестра... её отпустят. — Он вдруг ухватился за поднос крепче. — Только бы всё прошло гладко…

Я застыла, боясь пошевелиться и пропустить хоть слово.

Яд в бокале? Специально для короля?

Все внутри завопило от опасности, и я едва удержала себя на месте, чтобы сейчас же не вызвать подозрений и не спугнуть.

Всего пара мгновений, и парень моргнул, приходя в себя. Оглянулся на меня с удивлением.

— Вы что-то сказали, барышня?

Я не успела ответить, лихорадочно подбирая слова, как он уже отвернулся и пошёл дальше. Как будто ничего не было.

— Подождите! — выдохнула я, но слишком поздно.

Я осталась одна, как в кошмаре. Не догнала. Не схватила. Не остановила.

Просто смотрела, как он уходит, исчезая в дверях, унося с собой смерть на серебряном подносе.

— Вот же дура! — прошипела я себе. — Почему ты растерялась?! Почему…

Я бросилась в обратную сторону.

Надо бежать. Найти Эшера и предупредить.

Я не была героем. Не знала дворцовых ходов. Заблудилась между залами, как в лабиринте. Платье мешало. Дыхание сбивалось. Но я всё равно мчалась вперед, а в голове пульсировала только одна мысль: Если я не успею — всё будет зря.

* * *

Я бежала, как никогда в жизни — ни на работу, ни от опасности, ни даже от дождя.

Юркая фигура слуги с подносом исчезла за углом, а я осталась — с колотящимся сердцем, охваченная паникой.

Я металась между залами, ловила взглядом лица, ткани, шлейфы, перчатки. Все такие красивые, нарядные, важные. Никто не знал, что в этот самый момент за пару дверей от них может умереть король.

И вот, наконец, я увидела Валморена, стоящего как ни в чем не бывало рядом с принцем, спокойно беседующего с ним.

— Эшер! — выдохнула я, подбегая к мужчине и цепляясь за его рукав. — Срочно! Ты должен… ты должен меня выслушать!

Он тут же насторожился, отводя меня чуть в сторону.

— Что случилось?

— Слуга. Один из слуг, — задыхаясь, скороговоркой выдала я. — Он нес поднос для королевского стола. Я с ним столкнулась... И он сказал, что вино отравлено. Что его заставили… Я не знаю как, он говорил, будто сам с собой. А потом просто ушёл.

Эшер нахмурился.

— Ты уверена? Что именно он сказал?

— Я запомнила. Он сказал, что подлил яд, как велели. Что это для короля. Что если всё пройдет, его сестру отпустят. А потом… Не знаю, что за ерунда с ним была. Он будто заколдованный. А я… я не смогла остановить, прости.

Валморен кивнул, отдавая короткий приказ стоящему поблизости стражнику:

— Передай командору: срочная проверка еды и напитков за королевским столом. Подозрение на яд. Не поднимать панику.

Прекрасно слышавший нас принц, который тоже отошел с нами, нахмурившись, кивнул:

— Я отвлеку внимание гостей.

Эшер схватил меня за запястье:

— Идём. Покажешь, где он был.

Глава 22

Мы проскользнули в боковой проход, ведущий на служебную кухню. Полы, натертые до блеска, скрипели под каблуками. Сердце грохотало — все сжималось внутри от страха, что мы опоздали.

На кухне царил ритмичный хаос — подносы, плошки, команды, крики и суета. На столе у стены стоял тот самый поднос, и рядом — двое стражников, держащих под руки перепуганного слугу. Он дрожал, как флаг на ветру, и был таким бледным, что того и глядишь, грохнется в обморок.

— Это он? — спросил Эшер, глядя на меня.

Я кивнула.

— Точно он.

Один из стражей шепнул:

— Проверили. Вино — с примесью ригида. Редкий яд. Смерть — через полчаса, следов не оставляет.

Слуга, услышав его, стал совсем белым и вскрикнул: