Прачка. История попаданки - Юки

— Кто они?! — рявкнул один из стражей, но слуга не ответил, захлебываясь слезами.

— Уведите его в темницу, — приказал Эшер. — Постарайтесь без шума. Скажем, вино испортилось, и все заменим.

Стражник кивнул, и вместе с товарищем подхватил упирающегося, рыдающего парня, утаскивая его куда-то прочь. Когда остались одни, Валморен посмотрел на меня внимательно, и в его взгляде проступило сомнение.

— Откуда ты все это узнала, Линн? Как?

Я поежилась.

Сказать правду? Что во мне что-то… говорит с ними? Заставляет делиться самым откровенным?

Нет. Он не поверит. Или хуже — решит использовать. Или просто сдаст меня, ведь я незарегистрированный маг разума, необученный и опасный.

Пока я не настолько ему доверяю.

Я опустила взгляд.

— Он просто… проговорился. Не знаю. Может, нервы. Я… случайно услышала. Честно.

Эшер задумался, словно решал, насколько можно верить моим словам. А потом неохотно кивнул.

— Возможно. Но ты поступила правильно. Очень правильно.

Он подошел ближе, смущая странным взглядом, и выдохнул:

— Ты только что спасла короля. Это очень многое значит, даже если ты сама еще не до конца это понимаешь.

Я невольно отшатнулась, но уперлась спиной в стену. И чтобы скрыть неловкость, бросила невпопад.

— Надеюсь, я успела.

— Успела, — хмыкнул он самодовольно. — И этим ты заработала мое доверие. Пока.

— Пока? — усмехнулась я в ответ. — Как же низко ты ценишь жизнь короля.

Мужчина поморщился, но не ответил. Вместо этого уточнил:

— Все равно пока будешь под наблюдением. Но уже не как подозреваемая.

— И кто же я теперь? — фыркнула я.

— Теперь… ты просто Линн.

* * *

Я вернулась в бальный зал, как тень. Та, что скользит между свечами, отражениями и бликами, не оставляя следа.

Никто так ничего и не узнал. Никто даже не понял, что король был в шаге от смерти, что жизнь его спасена — благодаря слуге, испуганному до полусмерти, и девушке в чужом платье, которую все здесь принимали за обычную прислугу.

Бал продолжался, как раньше, и все так же слышался звон бокалов, кружили по залу в танце пары и слышался смех. Я стояла у колонны, стараясь слиться со стеной и дышать через раз. Потому что чувствовала: это еще не конец.

Где-то в толпе были другие, те, кто послал этого слугу. Кто должен был прикрыть его. Или отвлечь короля. Те, кто видел, что их посланник так и не вернулся с кухни, и наверняка заподозрил что-то.

От страха хотелось сжаться, сбежать, но я заставила себя держаться уверенно. Нельзя, чтобы меня заподозрили, да и Эшер рядом, защитит. Вон, стоит рядом с принцем опять, беседует. Вот только постоянно косится на меня, словно боится, что я исчезну.

Отчего-то я была в нем уверена, как в самой себе, несмотря на то что он жутко бесил меня.

— Позвольте пригласить вас, барышня? — раздался голос сбоку, и я вздрогнула, выпадая из мыслей.

Молодой придворный, в лиловом камзоле, с улыбкой чуть снисходительной, но не грубой, протягивал мне руку.

— Вы так грациозны в тени, что наверняка танцуете не хуже дам на свету.

Я открыла рот, не зная, как отказать вежливо… Парень пусть и был симпатичным, но у меня не было никакого желания заводить интрижки с придворными. Ничем хорошим это точно не кончится, да и разобраться бы сперва со своими чувствами к Валморену.

Меня спас тот, о ком я сейчас думала.

— Она уже приглашена, — раздался позади голос Эшера.

Холодный. Уверенный. И не подлежащий обсуждению.

Я обернулась, отчего-то чувствуя себя виноватой.

Он подошел вплотную, не глядя на придворного, только на меня.

— Линн, прости, задержался. Позволь твою руку.

— Ты… — начала я, но он уже взял меня за руку. Аккуратно, но твердо.

Придворный отступил, бросив странный взгляд. Возможно — даже с уважением. Или с удивлением.

Я не успела понять, как оказалась в центре зала. Музыка звучала плавно, медленно, и Валморен притянул меня к себе. Слишком близко, ближе, чем позволяли приличия.

Эшер вел уверенно, держа меня крепко. Кружа в танце так, что я едва успевала за ним. Его руки были чуть ниже, чем полагалось по этикету — но никто этого не замечал.

— Ты нарушила обещание, — сказал он тихо. — Просил же, не отходить.

— Я спасла короля, — ответила я в тон. — Или не надо было?

Эшер недовольно поджал губы.

— Не притворяйся, что не поняла, Линн. Ты могла пострадать.

— Но риск того стоил. И король жив, а у вас теперь есть ценный свидетель.

Мужчина усмехнулся.

— Ты говоришь, как солдат, а не прачка.

— Мне просто повезло, Эшер, — выдохнула я. — И ты это знаешь.

Мелодия медленно подходила к финалу, и мужчина повел меня по кругу. Я чувствовала, как его грудь вздымается шумно, как напряжены его руки, и видела, как во взгляде мелькала тревога.

— О чем ты думаешь? — спросила я, не выдержав.

Он ответил не сразу.

Пальцы чуть сильнее сжали мою ладонь.

— О том, что ты умеешь держать себя в руках. Но все равно дрожишь.

— Я не дрожу.

— Дрожишь. Чуть-чуть. В левом запястье. Я чувствую.

Эшер легонько погладил большим пальцем мою руку, и я покраснела, вырываясь, но он не позволил. Просто ухмыльнулся и повел дальше.

— И еще… — добавил он, не глядя, — я думаю, что слишком долго пытался не замечать, кто ты такая на самом деле.

— И кто же я?

— Я еще не решил.

Я подняла глаза — и увидела в его взгляде не гнев, не раздражение, а нечто другое. Сомнение. Страсть. Страх.

Эшер хотел что-то сказать. Я это чувствовала. Но его губы лишь дрогнули, и он промолчал.

И в этот миг музыка закончилась. Он отпустил мою руку слишком резко, будто испугался себя.

— Пойдем, — произнес мужчина хрипло. — Возвращайся в зал.

— Это приказ?

— Это… просьба. Пока что.

Он развернулся и скрылся в толпе, оставив меня в растерянности. С неровно бьющимся сердцем и румянцем на щеках.

Глава 23

Бал разгорался, словно пламя в камине: сначала тепло, почти безвредно, потом — все ярче, громче, теснее. Гости веселились, музыканты сменяли друг друга, бокалы наполнялись снова и снова, и дворец дышал радостью, в которой затаилась опасность.

Я стояла у края зала, стараясь слиться с толпой. После танца с Эшером на меня то и дело бросали взгляды — кто с любопытством, кто с презрением, кто с тревогой. Я старалась не встречаться глазами ни с кем. Особенно — с ним.

Он исчез из поля