Чистое сокровище - Сандра Мэй

– Андреа! Пожалуйста!

– Мне все это не нравится, понимаешь? Брак этот скоропалительный, сиротская роспись в мэрии… Отъезд – как на пожар, ей-богу!

– Не понимаю. Ты же сама говорила про Сандро «завидный жених»? Помнишь, мы еще смеялись…

Андреа стремительно наклонилась вперед.

– У завидного жениха есть собственный дом в Лондоне – как и в Нью-Йорке, в Мадриде и на Гоа, не говоря уж о Риме! Однако он живет эту неделю у тебя, в нашей старой поганой квартирке с видом на помойку.

– Ему хотелось побыть со мной…

– Почему отель в Риме, если напротив Колизея стоит их особняк? Почему не полететь из Лондона прямо в Каррару? Почему, почему, почему – не слишком ли много «почему» для одной свадьбы?

– Если бы я не знала, что ты счастлива в браке с Чезаре, я бы заподозрила тебя в ревности.

– Очень смешно! Если ты помнишь – Чезаре для начала поехал в Карлайл знакомиться с моими родителями, а потом, в Италии, сам переехал в отель, а в родовом поместье его престарелые тетушки и кузины кудахтали вокруг меня целую неделю, ушивая и подгоняя шикарное свадебное платье. После этого мы венчались в Сиене – в главном соборе города! – и я неделю вычесывала из волос рис и хмель, которым нас обсыпали на крыльце после венчания. Потом Чезаре увез меня на Гоа – кстати, твой Алессандро тоже был там и страшно скучал в обществе трех длинноногих цыпочек в бассейне собственного дома…

– Андреа, зачем ты мне это говоришь?

– А затем, что Чезаре по деньгам и в подметки не годится твоему мужу – но для меня ничего не пожалел. А миллиардер ди Каррара расписался с тобой в мэрии, подарив букетик фиалок за шиллинг, а теперь везет тебя в гостиницу, чтобы успеть подготовить мамахен к факту своего абсолютно неравного и даже несколько скандального брака. Я уж не говорю о Лучиане! Вот это будет истерика века!

Андреа с расстроенным видом откинулась на спинку стула. Кэти мрачно смотрела на нее, а потом негромко спросила:

– Ну и зачем ты мне все это рассказала? Я тебя знаю, ты же не хотела просто испортить мне настроение? Подружки иногда так делают, но это не наш с тобой случай, верно?

– Верно. Я люблю тебя, Кэт. И, как ни крути, я именно тебе обязана своим счастливым браком. Потом, это из-за моего длинного языка Алессандро тебя разыскал… Именно поэтому.

– Что – поэтому?

– Мне ненавистна мысль, что тебя обидят.

– Кто, Сандро? Но он меня любит…

– Он тебя ХОЧЕТ – это разные вещи. Кроме того, ты носишь его ребенка – итальянцы на этом буквально помешаны. Но что с тобой будет после того, как ты родишь… я не знаю.

– В каком смысле?

– Для начала у тебя просто отберут ребенка. Няньки, мамки, бабушка, несостоявшаяся тетя…

– Я не отдам!

– Алессандро ди Каррара – человек с возможностями. Захочет – отдашь и не пикнешь.

– Андреа, перестань, сейчас я и в самом деле расстроюсь…

– И Лучиана. Меня прямо бесит мысль о ней. Она ведь считает себя хозяйкой дома ди Каррара, по крайней мере, одной из хозяек. Можешь не сомневаться, тебя она не полюбит, это точно.

– Да и фиг с ней!

– Как знать… Кэт, прости меня. Я тебя расстроила, но я не могла молчать, правда. У меня появились поганые предчувствия, а ты знаешь, что предчувствия меня сроду не посещали. Я просто прошу тебя – будь внимательнее и спокойнее. Ну а если что-то тебя встревожит… Телефон ты знаешь. Звони прямо в Карлайл – и кавалерия примчится на помощь.

В аэропорту, сидя в удобном кресле ВИП-зала, Кэти исподтишка наблюдала за своим молодым мужем. Алессандро раскрыл серебристый ноутбук и стремительно писал кому-то деловые послания, одновременно прижимая сотовый плечом к уху и ухитряясь при этом жестикулировать, как все итальянцы в мире.

Внезапно Кэти осознала, что уезжает не в туристическую поездку, а на новое место жительства, в чужую страну – и теперь вся ее жизнь, как ни крути, изменится…

Сердце пело от любви, и Кэти решительно прогнала от себя все дурные мысли. Она любима, она счастлива, она замужем и ждет ребенка от любимого человека – и все будет хорошо!

Вечерний Вечный город раскинулся внизу – с балкона открывался потрясающий вид. Кэти стояла здесь уже минут двадцать – и все никак не могла налюбоваться.

Сильные руки неожиданно обвились вокруг ее талии, и теплое дыхание Сандро защекотало ей ухо.

– Нравится здесь?

– Ха! Нравиться может мороженое, а Рим… потрясающий!

– Это потому, что ты англичанка. Англичане любят Рим – он очень земной. В нем много плоти, его мостовые пропитаны кровью веков.

– Можно подумать, вы другие. Между прочим, это римляне завоевали Британию, а не наоборот. У нас нет ни малейшего повода любить Рим… разве что Адрианова стена – из нее вышел неплохой аттракцион для туристов.

– О, моя циничная златовласая фея! Ты распаковала вещи? Прости, телефон…

Сандро отошел, а Кэти вздохнула и пошла любоваться номером. Апартаменты были изумительные – без лишней роскоши, но элегантные, в сине-золотых цветах, обставленные старинной мебелью… Особенно поражала спальня – здесь все, включая мебель, было выдержано в нежнейших оттенках кремового и розового. Словно лепестки едва распустившейся розы…

На кровати могли разместиться человек десять.

Кэти задумчиво смотрела как раз на кровать, когда Сандро вновь обнял ее сзади. Кэти улыбнулась и откинула голову на грудь любимого.

– Сандро, здесь так красиво! И вид из окна, и номер, и все-все – давай останемся здесь навсегда? Только ты и я. И малыш…

– Навсегда не получится, а вот три дня наши, даже не сомневайся. Потом мы поедем в наш настоящий дом, а меня – меня, к сожалению, ждет работа.

– Как ты думаешь, я понравлюсь твоей семье? Ты ведь не предупредил их о свадьбе…

– Уверен, они тебя полюбят. Мама знает о нашей свадьбе, знает и причину… Она готовит дом к нашему приезду – вот потому мы и задержимся в Риме. А через пару недель состоится официальный прием, на котором ты будешь официально представлена в качестве моей супруги.

Показалось ей – или в голосе Сандро мелькнула нотка горечи и беспокойства? Что-то насторожило Кэти в этих словах, легкий холодок почему-то пробежал по спине, но в следующее мгновение она забыла обо всем на свете, потому что Сандро прошептал изменившимся и вкрадчивым голосом прямо ей в ухо:

– Не хочу говорить о делах, жена моя, ибо сейчас у нас медовый месяц…

Он раздел ее стремительно, еле сдерживая свое возбуждение, затем так же быстро разделся сам. Как и всегда, у Кэти при виде его наготы перехватило дыхание и кровь зашумела в ушах. Алессандро ди Каррара был не просто красивым мужчиной – он был прекрасен, как античный бог.

Кэти тонула в его жадном и страстном взгляде, словно в теплом море; любовалась широкими плечами и мускулистым животом, узкими бедрами и длинными ногами атлета… Теперь она уже не испытывала смущения – только радостное нетерпение и возбуждение.