Цена искупления - Анна Бигси

Степан лежал, уставившись в потолок, правая рука перевязана, часть лица подернута ожоговой сеткой. Он услышал шаги и медленно перевел взгляд.

— Вера? — хрипло сказал он, удивившись. — Что ты здесь делаешь?

— А ты как думаешь? — хмыкнула она, уже ставя пакет на тумбочку. — Пока вся база на ушах, кто-то же должен тебя проведать. Ян мне всё рассказал.

Она пододвинула стул и села рядом, осматривая его с головы до ног, будто лично хотела убедиться, что он не умер по дороге в больницу.

— Ты мог погибнуть, Степа. Понимаешь это? Совсем не бережешь себя. Недавно Ян получил ожоги, теперь ты. — Голос её дрожал от волнения, хотя она старалась говорить строго.

Степан поморщился, отвел взгляд.

— Я не мог по-другому. Не простил себе, если бы не попробовал.

— Да знаю я, знаю. Потому и не злюсь, потому что ты… ты настоящий. Только иногда — дурак, — сказала она, и в ее голосе прозвучала нежность.

Он усмехнулся:

— Спасибо, что заехала.

— Да ты не благодари, ты просто выздоравливай. И давай как-то береги себя.

Степа кивнул, взгляд стал мягче. Вера взяла его за здоровую руку и чуть сжала:

— Ты нам нужен, Степа. Живой.

В этот момент в дверь негромко постучали.

— Да? — откликнулся Степан.

Дверь приоткрылась, и на пороге появилась девушка в больничном халате. Беременная. Немного растерянная.

— Ой, я, наверное, не вовремя.... — пробормотала она.

Вера сразу поняла.

— Что вы, что вы. Я уже ухожу, — засуетилась она. — Степ, давай, держись. И слушай врачей, а не свою дурную голову.

И, не дожидаясь ответа, Вера исчезла в коридоре, оставив их наедине.

Глава 16

Палата была наполнена тишиной, нарушаемой лишь размеренным писком монитора. Рената лежала на кровати, аккуратно сложив руки на животе. Её дыхание было ровным, лицо — спокойным. Малыш не тревожил, сердце билось ровно, и впервые за долгое время, она чувствовала себя в безопасности.

Документы сгорели в пожаре, не было больше никаких сведений о ней. Будто и не существовало вовсе. Люди, у которых она снимала комнатушку, погибли. Рената не желала им зла, искренне сочувствовала, что так получилось, но…. своя рубашка всё же ближе к телу. Она должна была думать о малыше и использовать любой способ, чтобы скрыть свою личность. Если муж найдет её.… Рената боялась даже думать об этом.

— Как вы себя чувствуете? — в палату заглянула медсестра. Молодая девушка с внимательным взглядом и доброй улыбкой.

— Всё хорошо, — Рената приподнялась на локтях. Было кое-что, что не давало ей покоя. — Простите. А можно узнать, как тот спасатель? Тот, что.… вытащил меня. Я слышала он в этом же отделении.

— Да, он у нас. В соседней палате, — медсестра улыбнулась чуть шире. — Хотите сходить к нему и поблагодарить?

— А можно?... — Рената насторожилась, но всё же села.

— Конечно. Только ненадолго.

Рената осторожно встала и вышла в коридор, босые ноги в тапочках едва шуршали по линолеуму. Она остановилась у двери с номером двадцать три, нерешительно постучала и заглянула внутрь.

В палате было двое. Женщина раскладывала что-то в тумбочке, а мужчина лежал на кровати. Правая его рука была перемотана бинтом, а лицо в ссадинах. Рената мгновенно узнала в нем того спасателя, что спас ее, рискнув своей жизнью.

— Ой, я, наверное, не вовремя... — пробормотала она.

Женщина замахала руками.

— Что вы, что вы. Я уже ухожу, — засуетилась она. — Степ, давай, держись. И слушай врачей, а не свою дурную голову.

Чмокнула спасателя в щеку и быстро удалилась. Оставшись наедине с мужчиной, Рената почувствовала неловкость. Никогда прежде не приходилось оставаться с кем-то кроме мужа. Но теперь она сама по себе и нужно учиться жить нормальной жизнью.

— Здравствуйте…. — выдавила она из себя, но голос предательски дрогнул. — Простите, если помешала. Я… хотела поблагодарить.

Степан приподнялся чуть выше, опираясь на здоровую руку, и сдержанно улыбнулся:

— Всё в порядке. Я рад, что вы…. что с вами всё хорошо.

Рената заметила, что капельница почти докапала и по инерции подошла ближе, чтобы закрутить колесико. Взгляд невольно упал на лицо спасателя и по ее коже пробежали мурашки.

Сама того не желая, Рената отметила серые глаза, в которых клубились грозовые тучи, прямой нос и четко очерченные губы. Он не был красив, в общем понимании этого слова. Но было в его внешности что-то, что невольно притягивало внимание. А сила и уверенность расходились от него мощными волнами.

— Если бы не вы.… — она не знала, как закончить фразу и нервно сглотнула. — Я…. даже не знаю… как…

— Главное, что теперь всё в порядке, — спасатель улыбнулся и лицо его преобразилось. — С вами и с ребёнком.

Рената смутилась, поняв, что слишком его разглядывает. Кивнула, опуская взгляд. Потом снова подняла глаза и смотрела прямо на него.

— Вам больно?

— Нет. Все в порядке, — усмехнулся Степа. — Заживет, как на собаке.

— Это все из-за меня, — вздохнула она. — Как я могу отблагодарить вас? Денег у меня сейчас нет, но…

— Рената, перестаньте, — строго отрезал он. — Это моя работа. И я не жалею, что помог вам выбраться.

Молчание было легким, почти теплым. Она подошла ближе, села на край свободного стула.

— Вы…. не похожи на того, кто говорит такие вещи просто так, — тихо пробормотала Рената.

— Может, потому что я и не говорю, — хмыкнул Степа. — Только когда это правда.

Он устал, но в его взгляде не было ни капли упрека. Только понимание. В этот момент в палату заглянул врач, высокий, в очках, с планшетом в руках:

— А вот вы где! — сказал он с легкой укоризной, глядя на Ренату. — Я вас ищу по всей больнице.

Рената резко поднялась:

— Простите.… Я…

— Всё хорошо. Я как раз хотел сказать, что пришли ваши анализы. Все в норме. Можно готовиться к выписке.

— К выписке?.. — она замерла. — Почему так скоро?

— Какие-то проблемы? — врач чуть нахмурился, убирая руки в карманы халата.

— Нет, все в порядке... просто неожиданно.... — Рената торопливо отвела взгляд, будто