Нищенка, дракон и болгарские перцы - Кария Гросс

Взгляд задумчивого герцога упал на меня.

– Предполагаю, что здесь нужно работать по – старинке, – произнес убеленный сединами старец. – Как раньше! В домагическую эпоху!

– Понятно, – хмуро произнес герцог. – Но вы же знаете, как непредсказуемо гибли урожаи в домагическую эпоху. Сейчас это называется рискованное земледелие. А мне нужна гарантия.

– Но я бы, на вашем месте, сделал бы по-другому. Я бы объявил награду тому, кто вырастет перец. Больше, чем награда короля. Быть может, кто-то из местных крестьян еще помнит, как это делалось. Ну, мало ли, у них там из поколения в поколение все передается.

– Можешь идти, – произнес герцог. На словах он меня отпустил, а во его взгляд все еще цеплялся за меня.

Я дошла до двери. Нет, а что? А вдруг не придется ехать во дворец? Может, я свой урожай герцогу сдам? Судя по разговорам, денег у него очень много!

Нехотя я закрыла дверь, направляясь на кухню.

Стоило мне только домыть раковину и постирать губку, как часы показали девять. Ну все! Рабочий день окончен!

Я собрала салфетки, сложила их в декольте, вытряхнула мусор в большую тряпку, который пойдет в качестве удобрения, и только собиралась уйти, как вдруг услышала шаги.

– Мисс, – произнес Ламберт. Дворецкий выглядел так, словно этот день проехал по нему трактором и перепахал его нервную систему. – Вас хочет видеть хозяин!

Глава 24

А ничего, что у меня рабочий день закончился? Нет? Никого не волнует?

– Ладно, – проворчала я, беря свой мешок с отходами. Чем хуже от меня пахнет, тем короче будет разговор. А чем короче разговор, тем быстрее я займусь моими перчиками.

Я шла с мешком, а Ламберт неодобрительно смотрел на мой мешок. Мало того, он еще и неодобрительно его нюхал! Но меня это мало волновало. Куда больше меня начинал волновать вопрос, а где я возьму горшки для рассады?

– Это вы можете оставить здесь, – заметил Ламберт. – Нести его к хозяину вовсе не обязательно.

Несмотря на то, что я была служанкой, он обращался со мной на вы.

– Нет, что вы! А вдруг его кто-то украдет? – заметила я, глядя на дворецкого.

– О, я прямо вижу очередь из желающих, – заметил Ламберт, посмотрев в конец коридора. – Господа, дамы, не толпитесь. Мешок еще не поставили! Я вам обязательно дам сигнал.

Все-таки он очень забавный старик. И умеет шутить с таким лицом, словно стоит с бокалом на светском рауте.

– Ну что вы, в самом деле, – заметил дворецкий.

Я вздохнула и поставила мешок рядом с ковром.

– Вы меня звали? – спросила я, заходя в роскошный кабинет. После запахов кухни тут, казалось, пахнет сказочно прекрасно. Старое дерево, дорогие мужские духи, – все это придавало кабинету какой-то шик.

– Да, – послышался голос герцога, пока я осматривала кабинет. – Звал. Проходи, не стесняйся.

Красавец герцог смотрел на меня желтыми глазами волка, пока я терпеливо ждала начала разговора. Огромные старинные часы показывали, что я уже пять минут как не на работе.

– Может, чаю? – спросил он.

– О, нет, спасибо, я очень спешу, – ответила я, изображая милую улыбку. – Рабочий день закончился, и мне нужно домой!

Черные брови герцога взметнулись, а он посмотрел на меня как на диковинку. Его взгляд скользил по мне, а я старалась держаться непринужденно.

– Почему ты не сказала, что ты хорошо образована? – спросил герцог, видимо, все еще оставаясь под впечатлением от услышанного.

– А зачем? – улыбнулась я. – Или вам и вашей невесте будет приятно водить гостей и показывать хорошо образованную служанку?

В этот момент брови герцога нахмурились.

– Я уже поговорил со своей невестой по этому поводу, – произнес он. – Как только гости разъехались, у нас состоялся разговор.

– О, спасибо! Мне очень приятно, – ответила я, стараясь держать улыбку. – Теперь я могу идти?

– Нет. Я еще тебя не отпускал, – произнес хозяин. – Ты не хочешь сменить работу?

– А? Что? Уже? – спросила я осматриваясь по сторонам. – Меня увольняют?

– Я не про это, – заметил герцог. Он снова смотрел на меня, а его взгляд вызывал неприятное чувство, словно он одним глазом тянет шнуровку платья, а другим приподнимает юбку.

Я уже попадала в похожую ситуацию, поэтому примерно знала, как себя вести. А вести себя нужно так, чтобы под конец разговора с намеками у директора дергался глаз от твоей недогадливости.

– Ах, простите. Меня вполне устраивает моя работа. В следующий раз повешу большую табличку “Образованная посудомойка”, – улыбнулась я, глядя на него. – Пожалуйста, не бейте ее кнутом до полусмерти!

Я произнесла эти слова, глядя ему в глаза. Хоть мне и не досталось ни одного удара, но это – не заслуга герцога.

В ответ на это герцог промолчал. Я видела как сжалась его линия губ.

– Ну что? Я могу идти? – спросила я, вспоминая про свой гумус за дверью.

– Нет, я не разрешал, – произнес герцог.

– Но ведь мы с вами договаривались. Я здесь работаю до девяти часов. После девяти часов, я полностью свободна, – заметила я.

– И куда же ты спешишь так? – спросил он, подаваясь вперед.

– Домой, – ответила я, пожав плечами. – У меня есть свои дела.

Герцог поднял взгляд на часы, а я мило улыбнулась.

– Я могу идти? – спросила я.

– Хорошо, – холодно произнес хозяин, а я вздохнула полной грудью.

Не дожидаясь ответа, я выскользнула за дверь и подхватила свой мешок. После роскошного дома возвращаться в свой неуютный курятник ужасно не хотелось. Но я понимала, что самое важное – это перцы! Иначе я всю жизнь буду отмывать чужую посуду.

Я вышла из дома и решила идти старым маршрутом, через кусты, как вдруг увидела нечто странное. Красавица – невеста прогуливалась по аллее, туда-сюда, как вдруг через забор перелетело письмо.

Она тут же схватила его и спрятала. Я уж было пожала плечами, как вдруг невеста заметила меня.

Глава 25

Она посмотрела на меня пристальным взглядом. Я сделала вид, что меня это волнует меньше всего на свете. Под тяжестью ее взгляда, я удалялась домой.

Уже дома я развернула салфетки и положила в них семена. По-хорошему семена нужно прятать.

Пока что меня ужасно нервировал факт, что герцог тоже увлекся перцами.

– Ему-то что не хватает? – возмущалась я вслух. – Вон сколько денег! Куда еще?! Словно он последние шнурки от корсета невесты уже пятый раз проваривает!