Наследник для дона мафии - Тала Тоцка

А вот его спутник...

Демид достает дочку из Кайена, знакомится с Рафаэлем. Он ведет себя с ним очень серьезно, как со взрослым. И я понемногу расслабляюсь.

Как будто никто не заметил. Может, пронесло?

Приношу еще кофе для прибывших, ловлю на себе пристальный взгляд душнилы. Он Андрей, его так называют Феликс с Демидом. И он начальник охраны Ольшанского, который будет теперь жить в особняке.

Не знаю, хорошо это или плохо. Раздумываю над этим, стоя в проходе за террасой, пока господа отдыхают.

Демид впадает в ступор при виде змеи Раэля, зато Андрею неожиданно приходится по душе таракан. Они устраивают бои на траве, чем приводят детей в полный восторг.

Не такой он и душнила, оказывается...

Арина с сияющими глазами следит за мужем, а я не свожу взгляда с Феликса. Камень в груди ворочается с такой силой, что своими острыми углами разодрал уже все изнутри.

Я же замечаю. Я все замечаю. Он совсем не так ведет себя с Катей. Хотя она очень милая.

С Раэлем по-другому.

Со стороны Феликс с Демидом смотрятся как родители, которые развлекают своих детей.

Неужели он правда чувствует?

И... Имею ли я право молчать?

Ольшанский весь исходится от гордости, когда смотрит на свою семью. У Феликса тоже есть семья, жена и сын. Мне достаточно выйти сейчас и сказать:

— Феликс, я Милана. Твоя жена.

И все. Все. Надо только решиться.

Знать бы еще, надо ли это Феликсу...

— Нам пора, — Демид первым начинает собираться. — Феликс, я заеду в офис. Там одно дело, нужна твоя помощь. Две девчонки обратились ко мне, а я не могу. Никогда еще себя таким гондоном не чувствовал. Арина, ты их знаешь, вы в одном пансионе учились...

— Да, приезжай.

Все прощаются. Я начинаю собирать со стола.

Катя крепко обнимает Рафаэля и звонко чмокает в шеку. Демид обескураженно скребет подбородок. Поднимает голову, находит меня глазами. Кривит губы в ухмылке, разводит руками.

— Дем, иди, я сейчас, — Арина отправляет Демида с дочкой, ждет, пока я подальше отойду с подносом. Но я ей не помеха, я же не понимаю...

Она берет Феликса под руку.

— Фел, ты так привязался к этому мальчику... Скажи, это потому что диагноз как у твоего брата, или потому что он как ты? Сын горничной.

— Да нет, — пожимает плечами Феликс, — просто забавный малой.

— Фел... Из тебя был бы такой отец... Если бы у тебя была семья!

— Ари, не начинай, — морщится Феликс, но увидев, как Арина расстроенно опускает глаза, берет ее ладони в свои. Улыбается, глядя на нее так, что мне хочется плакать. — Послушай, мне правда не нужна семья. Ну не мое это, Ари. Ты иди к своим, иди.

Он ее подталкивает к выходу, и Арина сдается. Уходит, а я спрятавшись в проходе, смотрю как меняются черты его лица. Стискиваются зубы так что желваки ходят на скулах. Сжимаются кулаки.

— Сука... — цедит он зло, будто сплевывает. — Сука, как же я заебался тебя любить...

Я холодею, вжавшись в стенку. Феликс проходит мимо, почти меня касаясь, но даже не замечая. Смотрит перед собой невидящими глазами.

Быстро иду чтобы забрать со стола оставшуюся посуду и Рафаэля.

— Берта, — слышу, как меня окликают на немецком. Оборачиваюсь. «Душный» Андрей, начальник охраны Ольшанского. — У меня есть к вам несколько вопросов. Это не займет много времени.

И меня пробивает.

Я вспоминаю, где я его видела. В Палатинской капелле, где Феликс чуть не женился на Арине. Я бежала оттуда в слезах, на выходе наткнулась на Демида. Он был со своим начальником охраны.

А этот меня точно запомнил.

Глава 9

Милана

— Синьорина Роберта? — острый взгляд пригвождает меня к стенке, стоит только войти в кабинет. Кабинет дона, на минуточку! — Или фроляйн?

— Как будет удобно синьору, — опускаю глаза в пол, поспешно принимая как можно более бестолковый вид. Хотя я и так стараюсь не выходить из образа. По мере сил... — Можно мисс. Я не замужем.

Последнее добавляю с жалкой улыбкой. Ну, надеюсь, что она выглядит жалко.

— Хорошо, синьорина, — широкие ладони ложатся на стол, я внимательно изучаю собственные пальцы, переплетенные на фартуке. — Вы же меня узнали, не так ли?

— Конечно, — киваю.

«Как не узнать такого красивого синьора» вовремя проглатываю.

Это был бы уже перебор. Мы не на рынке, и я не собираюсь ему погадать.

Судя по цепкому взгляду, передо мной далеко не идиот. Интуитивно понимаю, что строить из себя дурочку — это неправильная тактика. Простодушную — да, тупую — нет.

Он просто не поверит. Как и Феликс. Это вам не Луиджи.

— Тогда, думаю, вам не составит труда объяснить столь обширную географию вашей занятости, — сухо говорит Андрей.

А вот тут можно и потупить.

— Эм... — поджимаю губы, — простите, как можно к вам обращаться?

— Платонов. Андрей Платонов. Прошу прощения, я не представился.

Ну конечно, ты же считаешь, что тебя здесь знают даже птицы, прилетающие из дальних стран на зимовку!

— Я не поняла, что вы имеете в виду, герр Платонов.

А теперь можно и в упор посмотреть.

Да, мой немецкий безупречен, нечего губы поджимать. И если я обвела вокруг пальца немецкого консула, турецкую полицию, службу безопасности сицилийского дона и Лоренцу Россини, то тебя и подавно проведу, синьор Душнини!

И да, я прекрасно тебя поняла. Я просто тяну время.

Он кривится, как будто хочет сказать «Не прикидывайтесь!», но не говорит. Возможно, я и в самом деле неплохо играю.

— Я имею в виду, что вы как известный персонаж из пьесы Бомарше. Вы слышали о ней, фроляйн?

— Если синьор уточнит, о какой именно пьесе идет речь, то я конечно попробую вспомнить.

— О Фигаро, Роберта. Вы точно как он, вы везде.

Хлопаю глазами, наклоняю голову, подношу ладонь ко лбу. В общем, всячески демонстрирую замешательство.

— Если синьор будет так любезен и пояснит...

Платонов медленно закипает, но сдерживается изо всех сил, а я усиленно изображаю непонимание. В конце концов, кто ему виноват, пусть учится у службы безопасности дона Винченцо. Те прямые до невозможности.

— Буду, — все-таки не взрывается и начинает перечислять, — сначала вы караулите дона Ди Стефано в часовне на его свадьбе, затем переноситесь вместе с ним на Бали и переквалифицируетесь в официантку на свадьбе господина Ольшанского. А теперь я приезжаю в особняк