Шалун в ее постели - Сабрина Джеффрис

Что-то в тоне Мастерса насторожило Джаррета. Он пристально взглянул на друга. Тот рассматривал свои ногти, но во всем его облике чувствовалось напряжение.

А Гейб, казалось, ничего не замечал. Усмехнувшись, он сообщил:

— Селия до сих пор сердится на бабулю из-за этого нелепого ультиматума. А Минерва теперь злится на Джаррета из-за того, что ему удалось выкрутиться. Минерва говорит, что тоже намерена бороться, но я даже не представляю, что онa сможет сделать. С Джарретом-то все ясно — он сумел договориться, потому что бабуле требовался надежный человек, знающий пивоварение. А какие козыри у Минервы? — Гейб пожал плечами.

— Я уверен, что леди Минерва способна найти выход, — проговорил Мастерс с деланно безразличным видом.

Джаррет замер на мгновение. «Что же это значит? — думал он. — Неужели у них… какие-то отношения?» Когда он увидел Мастерса с Минервой на балу в День святого Валентина, у него возникла такая же мысль, но потом он совершенно об этом забыл. А вот теперь… Черт возьми, неужто их и впрямь что-то связывало?

Проклятие, лучше б не связывало! Конечно, Мастерс был его лучшим другом, но его отношение к женщинам Джаррету очень не нравилось. То есть не нравилось бы в том случае, если бы речь шла о его, Джаррета, сестре. Нет-нет, такой вариант его совершенно не устраивал. Минерва заслуживала более подходящего мужа. А Мастерс… Он, конечно, отличный друг, однако… Черт побери, такой развратник никак не мог стать мужем его сестры!

— У нас козыри — черви, лорд Джаррет, — сказала мисс Лейк.

Взглянув на карты, он увидел, что пытался побить ее бубнового валета пиковой пятеркой, козырем предыдущей игры. Проклятие, все перепутал! Мысли о Мастерсе и Минерве отвлекли его от игры, и он совершенно ничего не соображал.

— Да, конечно, — проговорил Джаррет ровным голосом и подтолкнул к сопернице ее взятку. — Так что теперь… — Он со вздохом умолк.

Теперь-то у него возникли проблемы. Играя бездумно, он пропустил по крайней мере три хода и сейчас пытался вспомнить, какие карты вышли из игры. Увы, впервые в жизни ему не удавалось это вспомнить.

Проклятие! Он действительно не мог вспомнить, где были трефовая королева и червовая «десятка». У него их не было — это точно. А вот какие карты выбросила она?

Оставалось два последних хода, и сейчас он имел на руках «девятку» червей и «пятерку» треф. К тому же он был почти уверен, что у соперницы оставалась бубновая «восьмерка», а также либо трефовая Дама, либо червовая «десятка». И следовательно…

Джаррет произвел в уме быстрый подсчет. Если он пойдет «пятеркой», то любая из возможных комбинаций приведет к ничьей. Если же пойдет «Девяткой» червей, то может выиграть она или же… Да, или снова будет ничья.

Что ж, наверное, нужно пойти с «пятерки». Это будет вполне безопасно, поскольку в таком случае он по крайней мере не проиграет. Хотя и не выиграет, разумеется. И тогда… Что, если карты в следующей игре окажутся ещё хуже?

Проклятие, что же делать?! Наверное, следовало рискнуть.

Сделав глубокий вдох, Джаррет выложил на стол «девятку». И мисс Лейк тут же побила ее червовой «десяткой».

Джаррет в изумлении уставился на свои карты. Выходит, он ошибся в расчетах и теперь тонул. И последний ход был простой формальностью. Соперница выиграла последнюю партию. И следовательно, выиграла окончательно. То есть выиграла и ставку.

О, будь оно все проклято!