Шалун в ее постели - Сабрина Джеффрис

Джаррет видел, что шокировал ее. Что ж, вот и хорошо. Эту женщину следовало привести в чувство. Если бы его сестры отважились на нечто подобное, он бы посадил их под замок и выбросил ключ.

Выходит, она шла за ним по улицам Лондона одна. А потом одна сидела в таверне. Более того, эта женщина вызвала его играть с ней в карты. Она вела себя слишком безрассудно. Очаровательная и желанная, — однако на редкость безрассудная.

Но не настолько же безрассудная, чтобы принять его ставку? Нет-нет, конечно, не настолько… И когда он проводит ее туда, где она остановилась, то обязательно скажет ее сопровождающим, чтобы получше за ней присматривали.

Тут она вдруг вскинула подбородок и заявила:

— Я принимаю ваше предложение.

— Еще чего! — вырвалось у Джаррета.

Она взглянула на него пристально и спросила:

— Значит, вы опять солгали? Выходит, ваше предложение было… несерьезным?

— Первый раз я не лгал! — Он решительно покачал головой.

— Но солгали сейчас, не так ли?

Тяжело вздохнув, Джаррет пробормотал:

— Мисс Лейк, вам нужен хороший сторож.

— И вы, полагаю, готовы безвозмездно предложить свои услуги? — проговорила она с язвительной усмешкой.

Он наклонился к ней и, глядя ей прямо в глаза, прошептал:

— Значит, вы готовы пойти на такой риск, готовы лишиться добродетели и надежды когда-либо выйти замуж, рассчитывая на призрачный шанс обыграть меня в карты?

Она как-то странно взглянула на него и ответила:

— Отчаянная ситуация требует отчаянных мер.

Джаррет снова вздохнул и отвел глаза. Он-то прекрасно знал, что такое отчаяние — в детстве ему часто приходилось с ним сталкиваться. Да и потом, уже став взрослым мужчиной, он провел немало долгих ночей, играя в карты с людьми, проигравшими последние деньги и молившими Бога о том, чтобы следующая партия принесла им выигрыш.

Но ему никогда не приходилось видеть отчаявшуюся женщину, поэтому слова мисс Лейк очень его встревожили.

— К тому же, — добавила она, — я не считаю этот шанс таким уж ничтожным. Я довольно неплохо играю в вист.

Джаррет невольно рассмеялся. Женщина-пивовар из провинции собиралась : обыграть его в карты? Какая нелепость!

— Мне кажется, милорд, вы боитесь проиграть, — заявила эта странная женщина.

Джаррет снова рассмеялся.

— Поверьте, дорогая, у вас нет никакого шанса меня обыграть. — «Но тогда почему же я беспокоюсь?» — спросил он себя. И действительно, ведь он же мог выиграть у нее с закрытыми глазами. И после этого мисс Лейк вернулась бы к себе в Бертон поумневшей.

Вернулась бы падшей женщиной.

Да, падшей, — но ему-то какое до этого дело?! Если она готова на это, то пусть проигрыш послужит ей уроком. Тогда, возможно, она перестанет делать глупости. А он, видит Бог, получит удовольствие.

— Что ж, очень хорошо, — кивнул Джаррет. — Мы с вами сейчас сыграем, дорогая.

К его удивлению, мисс Лейк вздохнула с облегчением.

— Благодарю вас, милорд. — Она лукаво улыбнулась. — Обещаю вам, что счет не будет разгромным. Не могу же я опозорить вас перед вашими приятелями.

Не удержавшись, Джаррет в очередной раз рассмеялся. Эта странная женщина нравилась ему все больше.

Когда они вернулись в главный зал, у стола лорда Джаррета толпились зеваки — очевидно, по таверне уже прошел слух о том, что какая-то женщина рискнула вызвать внука Хетти Пламтри сыграть с ней в карты.

— Что тут происходит? — спросил Джаррет, отодвигая стул для мисс Лейк, сам же он занял место напротив.

— Мастерс утверждает, что ты разрешишь мисс Лейк сыграть с тобой в карты, — пояснил Гейб. — Мы с Пинтером в этом сомневаемся.

— Мастерс впервые оказался прав, — ответил Джаррет.

Сo всех сторон послышались возгласы удивления. Мастерс же, покосившись на мисс Лейк, с улыбкой спросил:

— Может, представишь нам свою прелестную знакомую, а, приятель?

Джаррет, со вздохом кивнув, провел церемонию знакомства.

— Рад познакомиться с вами, очаровательная мисс Лейк. — Мастерс улыбнулся. — Поверьте, мы счастливы получить столь прелестное дополнение к нашей компании.

Аннабел театрально закатила глаза.

— Сэр, я вижу, вы обладаете такими же манерами, что и лорд Джаррет. Наверное, ваша мать чрезвычайно гордится таким сыном.

— Матери только это и умеют делать, — с усмешкой проворчал Мастерс. — Теперь, после того как мой брат женился, она взялась за меня с удвоенной энергией — постоянно ставит меня на место.

— Хватит болтать! — крикнул Гейб. — Во что играем?

— Подозреваю, что Джаррет хочет сыграть в ирландский вист, — с ухмылкой проговорил Мастерс, использовав вульгарное название полового акта.

— А что это за игра? — спросила мисс Лейк.

Выразительно взглянув на Мастерса, Джаррет ответил:

— Не слушайте моего друга, К сожалению, он редкостный идиот. Что же касается игры… — Джаррет посмотрел на Гейба. — Мы с мисс Лейк играем в вист в две руки.

— А какие будут ставки? — спросил Гейб.

— Это сугубо между нами, — тихо сказал его брат.

— Значит, ставки не подлежат огласке? — Мастерс снова усмехнулся. — Похоже, что я все-таки прав.

— Выкинь из головы эти мысли, — проворчал Джаррет. — Имей в виду, что мисс Лейк — леди.

— И между прочим, она даже сидит здесь, рядом с вами, — вставила Аннабел. — Так что если у вас, мистер Мастерс, имеются ко мне какие-то претензии, можете высказать их мне прямо в лицо.

Немного озадаченный ее невозмутимостью, Джаррет украдкой взглянул на нее. И тотчас же заметил, что руки мисс Лейк чуть подрагивали было очевидно, что она все же волновалась.

«Что ж, прекрасно, — подумал Джаррет. — Значит, она не такая спокойная, как кажется. Может, в другой раз дважды подумает, прежде чем соглашаться на подобное безумство».

— У меня к вам нет никаких претензий, мисс Лейк. — Мастерс с улыбкой покачал головой. — Я просто сказал то, что думаю, вот и все.

— Можешь думать все, что тебе захочется, но лучше помолчи, — проворчал Джаррет. — И вообще… поскольку ставка не оглашается, вам всем, возможно, нечего здесь делать.