Мой кавказский отчим - Нина Северова

— Аслан, Шахид, — Саша встаёт и жмёт нам по очереди руки.

— Сразу к делу? — откидываюсь на стуле.

— Да успеем с делами разобраться, — улыбается.

— Верно. Документы всё равно все готовы, осталось только подписать.

— Что за девушка вчера с тобой была, Аслан? — Саша наливает воду в стакан.

Сжимаю кулаки до хруста. Шахид заметно напрягается.

— Что за интерес к моей женщине, Разумовский?

Саша смеётся и поднимает вверх ладони.

— Успокойся. Просто… она очень красивая. Лицо как у ангела. Я подумал, что эскорт. Хотел… Ну, неважно. Извини, — протягивает руку. Эскорт, блядь⁈ Учитывая, что Саша только с такими и возится, как он не смог отличить нормальную девушку от шлюхи?

— На первый раз прощаю. В следующий раз получишь по морде, — жму ладонь.

Шахид выдыхает. Он знает, что в гневе я себя не контролирую. И бесполезно пытаться меня вразумить, я могу переломать.

— Через неделю у меня юбилей, приходите, — откидывается чуть назад, когда официантка приносит заказ. — Будем здесь же. Народу много соберётся, но все свои. Алишер тоже обещал быть.

Грёбаный Алишер. Лакомый кусок для всех, кто хочет работать с иностранцами. Потому что его семья контролирует почти все каналы из страны. А те, которые не курирует, они уже наши. Так мы и начали с корейцами работать. Но никому об этом знать необязательно.

— Придём, — Шахид улыбается. Он любит такие мероприятия, потому что всегда там цепляет баб. Как будто в будни этого не делает. Да и вообще у него проблем с этим нет. Молодой, горячий. Я тоже таким был, но сейчас всё изменилось. Стараюсь не думать, сколько мне на ручном режиме придется выживать.

— Ну, теперь к делам? — Саша достает ручку из папки.

— Да, поработаем.

* * *

Время три часа дня. София ничего не пишет и не отвечает на мои последние двенадцать сообщений. Я злой как черт.

Посмотрел по камерам, она в своем огороде. Ходят туда-сюда с отцом. И раз не отвечает, подозреваю, что телефон остался в доме. Работает, малышка моя. Я рад, что она не белоручка. Но со мной ей надо будет только быть счастливой и улыбаться. Всё остальное я сделаю сам. И если сейчас она хочет мнимой свободы, ну хорошо. Пусть привыкает к мысли, что у нее есть мужчина. Я обещал ждать месяц — сдержусь. Изломаю себя, сойду с ума, но сделаю, что пообещал.

— Не хочешь в зал заехать? — брат постукивает по передней панели.

— Хочу, если всю дурь из меня выбьешь, — сжимаю руль.

— Как получится, — хмыкает. — Не хочешь мне ничего рассказать?

Не хочу. Но надо.

— София будет моей женой через месяц.

— Женой⁈ — Шахид хватает меня за руку, — Она же твоя падчерица или как это правильно называется. А Марина?

Блядь.

— Марина живёт отдельно почти месяц. Заебала меня злить и провоцировать. Как родит, заберу ребёнка. Мать из нее никакая, так что, проблем не будет, — бросаю на брата быстрый взгляд.

— Ты зверь, чтобы детей у матери забирать? А София? Она же вообще молоденькая для тебя.

Начинается морализаторство.

— Шахид, она отдала Софию своему брату и тот её удочерил и воспитывал. Я ещё не говорил об этом с Софией, но был свидетелем разговора. Марина появлялась в жизни дочери несколько раз. Понимаешь? Несколько раз за почти двадцать пять лет. Мой ребенок вряд ли ей нужен.

Достаю из бардачка бутылку с водой. Мне плевать на общественные нормы и как наши отношения выглядят для людей. Но София ещё сомневается и это меня беспокоит. Впереди разговор с её отцом, и я могу пойти нахрапом и просто забрать её. Или украсть и не позволять видеться с семьёй. Но я не хочу таким быть. Для Софии семья — это жизнь. Она сломается. А я никогда себя не прощу за это.

— София в курсе, что у тебя на нее планы? — Шахид берет бутылку из моих рук, открывает и протягивает обратно.

— Да. Я дал ей месяц привыкнуть к мысли, что она моя. Потом заберу, — выпиваю половину за три глотка.

Шахид молчит. Он знает, что бесполезно что-то говорить. Я всё решил. София моя и точка.

— Если ты будешь наконец-то счастлив, я только рад, Аслан.

Улыбаюсь. Мой брат — моя опора.

— Спасибо, родной. Я влюбился как сопляк. Даже цветы заказал сегодня. Первый раз, блядь.

Шахид заливается хриплым смехом. Он, в отличие от меня, умеет красиво ухаживать. Цветы, сюрпризы и прочая муть. Женщины такое любят. И после того, как он дарит им звёздное небо, они раздвигают ноги и он ловит оргазмы до звёзд из глаз. Не осуждаю. Это просто факт.

Заходим в зал. Шахид повёрнут на спорте, у него самые навороченные тренажёры, самые лучшие тренера и самый качественный инвентарь. Внутри всё сделано с умом, разделено на зоны. Много душевых кабин и два вида сауны.

— Груша или октагон? — спрашивает, когда выхожу из раздевалки.

— Октагон.

Шахид опытный боец. Рубится так, что его соперник выдыхается в первые пять минут. Но не я.

Мы боремся как буйволы, грыземся как львы. Ни он, ни я не даём слабину. И это ещё больше раззадоривает.

— Ты тяжёлый как слон. Надо похудеть, брат. Иначе раздавишь Софию своим весом, — Шахид тяжело дышит, когда я беру его в удушающий.

— Чё? Ты оборзел? — я аж растерялся. И, конечно же, брат воспользовался моментом и опрокинул меня на спину.

— Я сильнее и я выиграл, — лыбится довольный.

— Использовал моё слабое место, да? — лежу и снимаю перчатки. Шахид подаёт руку, хватаю и поднимаюсь. Хорошо поборолись. Теперь в душ.

Встаю под прохладные струи и жду, когда смоется пот. Закрываю глаза. Тело остывает, голова наконец-то успокоилась. Но душа ноет, хочу увидеть её. Целовал вчера столько и всё мало. Хочу ещё. Хочу всю.

Выключаю воду и оборачиваю вокруг талии полотенце. Мышцы приятно ноют. Шахид прошёлся по мне трактором, но тем и лучше. Поесть бы.

Достаю из пиджака телефон. София написала двадцать минут назад. Пока смска открывается, у меня начинает тревожно долбить сердце.

«Было много работы, извини, что не