Развод - Маша Малиновская

Кончаем мы вместе. Снова. Как и тогда в ресторане. Никто никого не ждёт и не пытается помочь. Всё происходит естественно.

Отдышаться после такого непросто. Как и разлепиться из того единого целого, в которое сплелись наши тела, опутавшись вокруг друг друга руками и ногами.

Гордей скатывается с меня и разваливается на спине. Его грудь часто вздымается и опускается, а на шее быстро-быстро бьётся жилка.

Ещё один гол в собственные ворота…

Почему мы вообще не можем уйти с поля? Почему продолжаем бросать этот мяч друг другу?

Отдышавшись, Гордей садится на кровати. Подтягивает штаны и оборачивается на меня.

— Ира, ты хотела мне что-то рассказать. Что именно?

Glava 18

— Ирина Геннадьевна, пришлите, пожалуйста, сканы свидетельства о рождении Виктории и номер пенсионного страхования, чтобы мы могли оформить заявку на участие в конкурсе, — говорит воспитательница дочери мне по телефону, а я зажмуриваюсь, укоряю себя за то, что совершенно забыла собрать пакет документов. Блин. Хорошо, что Маргарита Петровна сейчас не видит моё смущённое лицо. — Если можно, до конца дня. Заведующая сегодня до восемнадцати часов в саду, нужно успеть у неё заявку утвердить и подписать.

— Да, хорошо, конечно, — говорю и, зажав плечом телефон, пытаюсь найти на столе ручку, чтобы записать в ежедневник. Она, как на зло, как раз скатилась со стола. — Всё сделаю, Маргарита Петровна.

— Спасибо. Тогда жду.

— Хорошо. До свидания.

Отключаю телефон и выдыхаю медленно, надув щёки. Сегодня я просто тону в делах и задачах. И о самом важном — о том, что нужно сделать для дочери, забыла.

— Ирина, Антон Макарович просил скинуть ему по электронке медиаплан по “Тоскана Сити”, — в мой кабинет, не обременяя себя ожиданием ответа на короткий стук, заглядывает Саша.

— Да, сейчас доделаю и скину, — киваю ей.

— Он просил поторопиться.

— Окей, — отвечаю сдержанно, стараясь не выдать своё раздражение.

Саша ко мне внезапно охладела после того, как главный на совещании объявил, что проект по Сабурову курировать буду я. Будто между нами с ней завеса упала. Да и не только с ней. Коллективу не особенно понравилось, что таким масштабным заказом, в работе над которым будет задействована вся команда так или иначе, будет руководить новенькая. Ещё и без свежего опыта.

А ещё я подозреваю, что размышления Саши вслух перед коллективом не забыли коснуться и повышенного внимания ко мне Антона Макаровича и его настойчивых приглашений выпить кофе, которые Саша слышала пару раз. Видимо, все сложили два плюс два, да и верить в то, что новая сотрудница получила проект потому, что интересна главному, куда проще и приятнее, чем в то, что это может быть её профессиональная заслуга.

Так что теперь мне иногда и кофе выпить не с кем. Когда выхожу в зону отдыха, то там внезапно образуется тишина, а если соберусь выйти с коллегами в кофейню, то оказывается, что все уже и ушли.

Теперь я пью кофе у себя в кабинете. Оно как-то и работается продуктивнее, что ли. Но всё же иногда обида саднит, ведь никому не хочется быть аутсайдером.

Беру телефон и пишу начальнику:

“Антон Макарович, я вам всё выслала на почту. Можно, я задержусь немного с обеда? Нужно съездить срочно за документами дочери”

Отпрашиваться крайне неудобно, но для Вики очень важно участие в этом песенном конкурсе. Она у нас обожает петь и вообще даже хочет стать певицей. Понятно, что это, скорее всего, не более, чем детская мечта, но почему бы не поучаствовать в разных конкурсах, если ей хочется?

“Хорошо” — присылает короткий ответ Антон Макарович.

Наверное, ему такое не очень нравится, но деваться некуда. Быть работающей мамой, а тем более маленького ребёнка, непросто. Но я настроена справляться.

Конечно, ни на какой обед я не иду, а ровно в двенадцать бегу на парковку и еду домой за документами, и только уже на середине пути вспоминаю, что документы-то у Гордея! Они ему нужны были, чтобы оформить на дочь долю в его новой квартире.

— Блин! — сворачиваю во дворы и перенастраиваю навигатор на другой адрес. Хнычу, когда он выдаёт, что время пути только в одну сторону целых двадцать пять минут.

Но деваться некуда. Вывожу машину на дорогу снова и еду в нужном мне направлении, по пути набрасывая голосовое Гордею.

В его офисе я не была давно. И уж тем более в качестве бывшей жены. Сказать честно, даже как-то не по себе стало. Уже представляю, как будут смотреть, не забудуть пошептаться за спиной.

Ну что ж, от этого тоже никак не уйти.

— Ирина Геннадьевна, добрый день, — улыбается Наталья на ресепшн, вставая, когда я выхожу из лифта. — Очень неожиданно видеть вас.

— И не говори, Наташа, — киваю. — И сама не планировала. Гордей у себя?

На сообщение-то он мне так и не ответил, кстати. Может, его вообще в офисе нет или документы Вики у него дома. Хотя, я помню, он говорил, что забрал их в офис.

— Да, был у себя, — кивает девушка, а я иду дальше.

Офис у Гордея не очень большой. И сотрудников немного, да и зачем ему. Основной персонал — это работники ресторанов, а конторских вмещает один этаж в бизнес-центре.

Иду через основное помещение, разделённое на рабочие зоны матовым стеклом. Кабинет самого Гордея дальше, в самом конце. Он тоже сделан из непрозрачного, но только тёмного стекла. Перед дверью стол секретарши.

— Привет, Лиза, Гордей у себя?

Секретарша Гордея вскидывает на меня удивлённые глаза, кажется, она совершенно не ожидала меня тут увидеть.

— Ой, Ирина Геннадьевна, вы не предупредили, что придёте… Но да! Он на месте. Я доложу о вас.

— Не нужно, Лиз, я сама, — останавливаю её и берусь за ручку двери.

Признаться, сконфуженный вид Лизы заставляет в голове вспыхнуть картину, как за этой дверью Гордей обжимается с какой-нибудь… В общем, с какой-нибудь.

Просто вспышкой так в мозгу.

Обжищающей. И заставляющей почувствовать пропуск удара в груди.

В последний раз мы