Личный трофей опального генерала. Книга 2 - Виктория Волкова

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«Идеальный, — улыбнулась она про себя. — Самый лучший мужчина! Спасибо тебе, сестричка, что выбрала его для меня», — мысленно обратилась она к Дашке.

А когда муж сел рядом с подносом в руках, прошептала чуть слышно:

— Люблю тебя, Сережа.

— И я тебя, Санечка, — деловито заметил он, поднося к ее рту бутерброд. — Давай за меня, за Алексея…

Александра стоически прожевала бутерброд с солоноватой икрой, запила его сладким отваром.

«Интересно, а Кирсанов слышал когда-нибудь о несочетаемости продуктов? — про себя осведомилась она. — Наверное, нет. Детство сытым точно назвать нельзя, а потом училище и армия. Ешь, что дают!»

— Вкусно? — улыбнулся муж.

— Очень, — мяукнула она, мысленно отмечая, что никто и никогда так не носился с ней. Только мама, и то в раннем детстве.

— Сережа, а что ты почувствовал около могилы отца? Простил его? — внезапно осведомилась Санька и сама подивилась своему вопросу.

— Раздражение, Сань, — недовольно хмыкнул Кирсанов. — И ничего больше. Я не воспринимаю мучителя матери как своего отца. Знаю, как он выглядел. Фотки свадебные сохранились, но вот как родственника не воспринимаю. Только как врага.

— Что-то ты почувствовал в утробе матери, — просипела Санька, пытаясь скрыть слезы. Но разве можно спрятаться от всевидящего генеральского ока?

— Все, отбой, Санечка, — пробурчал он, выключая свет и ложась рядом. И Саньке внезапно подумалось, что не нужно вот так, на минорной ноте, ложиться спать. Все равно не уснуть, и мысли, злые и тревожные, заполонят сознание. Будут кататься в голове вдоль и поперек, начисто лишая сна.

«О чем бы поговорить?» — мысленно встревожилась она и собралась уже рассказывать о тете Люсе и ее Фунтике, но вовремя поняла, что это совершенно напрасная затея.

«Ну нельзя же вешать лапшу на уши занятому человеку. Вон и так пытается помочь, хотя своих проблем полно», — вздохнула Санька, подставляя мужу губы для поцелуя. А когда поцелуй кончился, Кирсанов решил поздороваться с Мартой и Бертой и аккуратно развел в стороны полы халата. Коснулся губами сначала одного, потом второго соска.

— Здравствуйте, Берта! Здравствуйте, Марта! — просипел он, оглаживая упругую грудь.

— Ты опять все перепутал, — рассмеялась Александра.

— По-моему, ты меня дуришь, — рыкнул Кирсанов и бросил сиплым надтреснутым голосом: — Хочу тебя, Санечка. Но я потерплю. Пусть гематома только рассосется, устроим забег.

— В баньке? — улыбнулась жена.

— Можем уехать на пару дней к Гоголю на дачу. А хочешь, свою купим. Выздоравливай и найдем подходящую. Все, как ты скажешь, сделаю, — прошептал он, осторожно привлекая ее к себе. — Только поправляйся скорее.

— Я — городской житель, Сережа, — слабо улыбнулась Александра. — Боюсь жить в частном доме. Случись что, никто не поможет…

— Сейчас время такое, Санечка, — скривился Кирсанов. — И в квартирах особо ждать помощи неоткуда. Никто даже простейших приемов самообороны не знает. Не умеет оказать первую помощь. Люди живут в виртуальном мире. Физически они еще здесь, а вот головой уже там. А реальность воспринимают как компьютерную игру, где с десяток жизней отмерено.

— Спасать гражданское население должны профессионалы, — взяв руку мужа в свои, проворковала Александра. — Несведущий человек может только навредить…

— Так и я о чем, — поморщился Кирсанов, внезапно вспомнив глуповатую Юльку. — Вон журналистка эта, что позавчера с твоим дружбаном к нам приходила. Сегодня тоже заявилась с товарищами. Так они ее на кладбище забыли. Пришлось Крепсу искать дуреху, а потом коленки перекисью промывать.

— Как забыли, Сережа? — изумилась Санька. — Как можно забыть человека? Это же противоестественно…

— Да, — кивнул он. — Она могла замерзнуть или покалечиться. А так только колени и нос разбила. Недотепа. Ищет сенсации на свою голову. Вот сидела бы дома и блог вела. Объясняла бы народу, какие таблетки пьет и на каком сайте их заказывает…

— Если узнаю, что ты на моих конкурентов подписался, — строго предупредила Санька и уперлась мужу пальчиком в грудь, — устрою тебе сцену ревности…

— Да я всего один раз заглянул… — по-мальчишески попробовал оправдаться он, но Александра, вдруг став серьезной, перебила его:

— Ты придумал, как выручить Кристину, Сережа?

— Да, — кивнул он. — Там ребята из ФСБ подключились. И мои парни тоже. Выяснили, кому именно пришло в голову поджениться на чужой жене. Сейчас проработают детали операции и освободят твою Кристину от престарелого родственника. Только ты ей не пиши ничего, — пробурчал Кирсанов. — Успокаивать ее нельзя, родня заподозрит неладное. Сообщать, что готовится операция, тоже.

— Я отвечу, что сильно заболела и не встаю с постели.

— Разумно, — кивнул муж и поцеловал Александру в щеку. — Теперь спать, Санечка.

— Ага, — пробормотала она, внезапно почувствовав усталость. — Я тебе так благодарна, — протянула Александра, засыпая. — Так благодарна-а…

— Это еще за что? — хмыкнул Кирсанов, поправляя жене одеяло.

— Ты камень нашел. Не поленился съездить…

— Ну а как иначе, Санечка? Мы же должны разобраться, что произошло.

— Лучше травма, чем когда сосуд лопается, — вздохнула она.



— Это чем же? — строго глянул на жену Кирсанов и даже на минуту забыл, что собирался раскатать рядом с Санькиной кроватью самонадувающийся коврик из изомата и лечь спать.

— Ничего ты не понимаешь, Сережа, — всхлипнула Санька и отвернулась к стене.

— Здрасьте, пожалуйста! — вздохнул Кирсанов, искренне не понимая, чем не угодил жене. Снова примостился рядом и прошептал на ушко: — Что ты надумала, Сань?

— Иначе бы я боялась, что умру, — пролепетала она. — А ты докопался до истины.

— Вот и хорошо, — пробурчал он, целуя ее в шею. — Спи. Я твой сон охранять буду, — заверил жену Кирсанов и поморщился. — Нужно распорядиться, чтобы сюда доставили двуспальную кровать, — усмехнулся он. — А то палата люкс, называется… Да и на коврик мне идти что-то не хочется…