Ну ты и ведьма! - Лана Ежова

Я вспомнила экзамены, которые сдавала, и содрогнулась.

Нет, обучение было на совесть. Но даже все знания, полученные в ином мире, не помогут решить моральный вопрос: кого и как наказывать? Разобраться сложно – сведений мало, при этом оставлять ситуацию просто так нельзя.

«Придворные мастера пойдут на многое, чтобы удержаться на своем месте. Михелина, как жена главного мага и старшая фрейлина покойной королевы, имеет большое влияние и власть. Но что, если не она виновата в порче нарядов и косметики? Что, если есть еще недоброжелатели?»

– А ты растешь, Эффи, – одобрительно махнул лапкой Чейл. – Раньше не подвергала сомнениям свои убеждения, сейчас задействовала голову.

Сомнительный комплимент, но он прав, я была очень импульсивна. К большому моему огорчению, сейчас порывистость вернулась, приходится сдерживаться, чтобы не наломать дров, как в восемнадцать лет.

Итак, как же поступить?

– Вы хмуритесь, госпожа хранительница, – настороженно произнесла Анхела. – Вам ничего не понравилось? Мы так старались! Неужели обижены приемом?

Придворные мастера превратились в изваяния самих себя. Ждали ответа. От того, каким он будет, зависит образ хранительницы: могущественная, злобная ведьмища или слабохарактерная добрячка. Мне нужно нечто посередине. Почтительное отношение с легким налетом опаски.

– Ах! – Одна из помощниц модистки закатила глаза и отрепетированно упала в обморок. Прямо в руки помощника ювелира.

Суета вокруг нарочито впечатлительной девицы на некоторое время отвлекла от моей персоны и позволила собраться с мыслями.

– Уважаемые мастера и мастерицы, – я сдержанно улыбнулась, – мне все понравилось. Однако у хранительниц есть свои правила, поэтому на бал я пойду в своем наряде и обуви.

– А как же?.. Мы ведь должны… – начала растерянно модистка.

Подняв руку, я решительно остановила глухое роптание.

– Вы предложили помощь. Я вправе отказаться от нее, но свой долг перед короной вы выполнили. Благодарю, все свободны.

Я даю шанс всем. Если кое-кто пожелает получить урок, что ж, он его получит.

Прихватив ученика и кофры, ювелир почтительно поклонился и стремительно ушел, подозреваю, докладывать королю о случившемся.

Сапожник с неприкрытым облегчением на лице быстро собрал свои заготовки и тоже поспешил прочь. Остались Анхела и те, кто очень хотел угодить своему заказчику. Естественно, не королю.

Модистка и мастерица красоты, быстро переглянувшись, принялись меня уговаривать:

– Госпожа хранительница, это же бал!

– Высший свет не поймет, если будете выглядеть немодно!

Подключилась и впечатлительная ученица модистки:

– Его величество огорчится, если вы откажетесь от подарков!

Широко улыбнувшись, поинтересовалась у этой неосмотрительно наглой девицы:

– Милочка, вы умеете читать мысли короля Кассия?

Девчонка побледнела, и ее мать наседкой набросилась на меня, стараясь словесно прикрыть просчет:

– Это же праздник в вашу честь, госпожа хранительница! Вы должны сверкать на нем!

Невидимый Чейл гоготнул:

– Чем сверкать? Голым задом сквозь внезапные прорехи в юбке?

Грубо, но правдиво. Только телесами и будешь сверкать в бракованных нарядах.

– Прошу, не отказывайтесь хотя бы от моей помощи, – сладко пропела мастерица красоты и раскрыла сундучок, демонстрируя косметические средства. – Я лишь немного – совсем чуточку! – подчеркну вашу великолепную внешность.

Она безбожно льстила, стараясь выполнить приказ навредить. И чую, здесь не шантаж или незнание. Нет, она безбоязненно, бессовестно пыталась меня изуродовать, рассчитывая, что обойдется и ей ничего за это не будет.

– Дамочка отрабатывает мешочек золотых, который оттягивает ее правый карман жакета, – лениво отозвался Чейл.

Если я ведьминской сущностью ощущала намерения, чаяния людей, то дух видел улики.

На миг захотелось сдать бесстыжую женщину стражам Совета. Пускай бы поинтересовались, откуда золото в придворном наряде? За гонорар щедрой клиентки не выдашь – если работаешь на корону, предоставлять услуги в частном порядке запрещено.

Я подавила недостойное желание нажаловаться – разберусь сама, без магов, а то еще решат, что мне нужна их защита.

– Меня радует ваша настойчивость, – я позволила себе улыбку предвкушения, – она достойна награды.

Мысленно кликнув Вету, я вытянула вправо руку – и в ней в облаке золотых искорок проявился посох-метла. Череп, увенчивающий рукоятку, хищно клацнул зубами.

– И-и-и! – тонко запищали помощницы мастериц.

– Властью, данной мне Мирозданием, призываю Ткачих Судьбы! Да будут вознаграждены дела ваши: добрые – добром, злые – неудачей, отраженной эхом троекратным.

Из глазниц черепа вырвались лучи и коснулись женщин, всех, кроме Анхелы. Видимо, Ткачихи Судьбы решили, что она недостаточно натворила дурного, и ее можно пока не перевоспитывать.

Потрясенная тишина, а затем я утонула в истеричных выкриках:

– Вы нас прокляли!

– За что?..

– Да как вы посмели!

– Я пожалуюсь вашему ковену и Совету магов!

Угрозу прокричала мастерица красоты, потрясая коробочкой с пудрой. Косметическое средство выскользнуло из рук и ударилось об пол – бледно-розовое облако окутало женщину.

Окружающие ее девушки отпрянули в разные стороны.

– Что это? – тонко и звонко спросила Анхела. – Посмотрите на нее!

Руки и декольте мастерицы красоты покрылись некрасивыми алыми язвочками.

Девушки дружно ахнули и сделали еще несколько шагов назад.

– Это же пудра «розовый стыд»! – возмутилась Анхела. – Столько дебютанток после нее лечили кожу… И вы хотели подсунуть ее нашей хранительнице?

Все присутствующие женщины объединились в едином порыве: их обвиняющие взгляды были осуждающе остры и направлены на мастерицу красоты.

– Это не мое! Мне подбросили! – тотчас пошла она в наступление. – Кто же это сделал? Кто покусился на мое доброе имя? Я думаю, этот человек здесь! Ваша тетя решила отдать мое место своему мастеру красоты?

Она гневно уставилась на обвинительницу.

На кровати захихикал Чейл:

– Вот это реакция! Мое восхищение дамочке. Ты можешь поучиться у нее самообладанию и наглости, Эффи.

«Что-то не хочется, – мысленно отозвалась я. – Да и наглости лучше всего учиться у профессионала – у тебя».

Куратор распушил усы, словно я комплимент произнесла, а не оскорбила.

Пока я отвлекалась на разговор с Чейлом, скандал усилился.

– И теперь моя!.. Моя внешность испорчена! – причитала мастерица красоты. – Кто за это ответит?

Анхела растерялась и не придумала сразу, что сказать. Наглая мастерица красоты решила, что выйдет чистенькой из грязной ситуации. Зря она так, высшие силы не обмануть.

Я хотела отдохнуть перед встречей с Кассием, поэтому девичьи разборки в спальне лишние, пора их прекратить. И я, мило улыбнувшись, сообщила:

– Уважаемые мастерицы, вы получили благословение Ткачих Судьбы, если мало, могу попросить обратить на вас внимание Матушки Земли.

Покровительница семейного очага, матерей, здоровья, земледелия и прочих мирных профессий почиталась не меньше Судьбы. Неудивительно, что женщины всполошились, и это выдавало их с головой: они ясно понимали, что творили зло.

– Нет желающих? Тогда попрошу всех покинуть мои покои! – я добавила в голос льда.

– Минуточку, а кто исцелит меня? –