Ну ты и ведьма! - Лана Ежова

Жаль, последнее вряд ли он сможет сейчас, когда его способности ограничил Вечный.

Мимо проносились дома с изумрудной черепицей и малахитовыми из-за плюща стенами, пышные цветочные клумбы, ухоженные парки и пронзительно-голубые озера. Чарополь по праву считался самым чистым и зеленым городом Архольма – здесь неустанно трудились сотни бытовиков и магов-природников. Лишь города дивных были зеленее, но они не в счет.

– С каких это пор во дворце два распорядителя? – поинтересовалась я через некоторое время.

– С тех пор, как у одних бытовиков высокие рекомендации от академии, а у других тетки, приближенные к королю, – мрачно ответил Элрей.

Интересно, насколько близка к Кассию родственница Анхелы? Неужели официальная фаворитка? Сколько прошло времени после трагической гибели королевы? Почти год. Неполный год…

От мысли, что Кассий не выдержал сроки траура, стало неприятно.

Нет, не верю! Не мог он так поступить с памятью женщины, которая подарила ему двоих детей, даже если не любил ее. У того Кассия, что я помнила, были непоколебимые принципы.

– И все же зачем дворцу два распорядителя? – подал голос Чейл.

Надо сказать, прозвучало мелодично, нежно и с капелькой магии. Куратор нагло попытался расположить к себе, не опасаясь, что стражи Совета заметят внушение.

Подействовало. Напряженные плечи нашего водителя расслабились, и он ответил охотно:

– После проведения королевских смотрин останется лишь один распорядитель, его величество выберет самого достойного.

Противостояние придворных – маленькая и точно подлая война. Не хотелось бы угодить между двух огней, придется лавировать между Анхелой и Элреем. Если я планирую стать в будущем королевой, это умение пригодится.

Впереди показался мост через глубоководную, быструю Чару.

Сколько бы раз я ни видела монументальное сооружение, а сердце все равно замирало, душу охватывали трепет и робость. Опоры моста в виде анфилады серокаменных колонн, облепленных драконами и химерами, напоминали о кровавой битве с Хаосом. Темный бог был сражен и заперт в ничто, но и спустя века у победы оставался горько-полынный вкус. Именно с того момента началась новая история для ведьм.

Мост мы преодолели медленно – похоже, распорядитель решил дать нам возможность полюбоваться прекрасными видами. Отсюда неплохо просматривалась и гора Ячарис с Источником, который мне предстояло хранить. Увитая туманной дымкой и шапками облаков, она выглядела таинственно, но при этом чужеродно – темная игла на теле красочно-веселой столицы. Игла, которая будоражила и давала возможность творить чары.

При взгляде на Ячарис мое сердце забилось быстрее.

Быть хранительницей – мечта большинства ведьм и многих магичек. Для последних неисполнимая греза, ведь Источник не подпускал их к себе, порой наказывая смертью за дерзость. Быть хранительницей – не мой выбор. Двадцать лет назад я сопротивлялась изо всех сил. Сопротивлялась – и проиграла. И цена моего проигрыша – годы жизни и разлука с любимым.

Оставив далеко позади Чару и мост, мы увидели королевский дворец. Трехэтажное здание в обрамлении зеленого парка надолго приковывало взгляд. Гора Ячарис – символ моего поражения, дворец – символ моих несбывшихся надежд. А еще там ждал Кассий!

Надеюсь, что ждал.

Как же я хочу его увидеть… Заглянуть в глаза и убедиться, что время и люди над истинными чувствами не властны. Что ни двадцать лет моего отсутствия, ни покойная жена и двое детей ничего не изменили в душе моего короля.

И да, я не претендовала бы на него, оставайся он женатым мужчиной. Мне жаль ту ведьму, которая попытается своровать чужое счастье. При должном упорстве у нее все получится, только какой ценой? Если совесть позволит забрать чужое, высшие силы позже обязательно напомнят о правиле: обида и боль – губительные удобрения для хрупких цветов любви.

Магическая повозка, не останавливаясь, проехала на территорию дворца мимо поста гвардейцев на вратах.

Ухоженный королевский парк кричал об усилиях, приложенных природниками. Маги активно вмешивались в развитие деревьев и цветов, меняя скорость роста, высоту, форму и даже цвет. Как ведьме, мне было неприятно смотреть на подобные ухищрения. Зачем принуждать розы цвести раньше положенного? Для чего в маленьком озере гигантские водяные лилии алого цвета? К чему заставлять раскидистые кусты тянуться вверх, как заправских солдат? Противоестественно до чудовищности, против правил природы!

– Госпожа хранительница, вам не нравится королевский парк? – тихо спросил распорядитель.

– Как он может не нравиться? В него вложили свои силы столько талантливых магов, – нейтрально ответила я, оставив истинные впечатления при себе.

Брови распорядителя дрогнули.

– Вы правы, парк не может не нравиться.

Молодой мужчина сосредоточился на дороге, но явно понял мое настоящее отношение.

Я мысленно выругалась и покосилась на Чейла. К счастью, тот засмотрелся в окно и не заметил мою промашку. Это дворец, здесь нужно держать лицо. Если меня читает, как книгу, неопытный придворный, то как глубоко заглянет в душу ковен?

Магическая повозка остановилась у подножия парадной беломраморной лестницы.

Сердце забилось быстрее – нас встречали.

Увы, не тот, кого ждала.

Воображение, нарисовавшее яркую встречу с королем, сильно приукрасило действительность: кроме Анхелы, нас ждали двое мужчин в синих с золотым галуном ливреях и смутно знакомая фигуристая шатенка в фиолетовом платье.

Магповозка остановилась. Спешились с ящеров гвардейцы.

– С прибытием, госпожа хранительница! – торжественно произнес Элрей, помогая выйти из салона.

Приставленные Фарийским стражи тенями выросли за спиной и по бокам. Быстрый поединок взглядов – и гвардейцы отошли в сторону, больше не претендуя на место рядом со мной.

Анхела легкокрылой бабочкой слетела по лестнице.

– Госпожа хранительница, ваши покои – «Рассветное серебро», находятся на королевском этаже, – сообщила она тихо и улыбнулась.

Почему-то опасливо улыбнулась, будто, пока добиралась до дворца, я внезапно научилась кусаться и сейчас ка-а-ак наброшусь на несчастную!

– Покои во дворце для тебя ненадолго, Арбор, не привыкай к роскоши, – ехидно пропела дама в фиолетовом. – Твое место у Источника, на горе.

Какой знакомый нежно-слащавый голосок! Его не забыть. Как и все гадости, что творила его обладательница.

– Дворец прекрасен, но тесен для хранительницы магии, – с подчеркнутым пафосом произнесла я и уже с жалостью добавила: – А ты, Михелина, все на вторых ролях? Лавку зелий открыть силенок не хватило? Небось, при покойной королеве была старшей фрейлиной, а сейчас даже важных гостей доверили встречать?

У старой знакомой рот некрасиво открылся и глаза выпучились, как у жабы.

За произнесенные колкости даже стыдно стало… на пару секунд. Михелина дружила лишь с отличницами и чуяла, когда ведьма попадала в немилость к преподавателям. А сколько девчонок она подставила!..

Так, лучше не вспоминать, иначе прокляну.