Две полоски после вечеринки - Лина Филимонова

- Ну писец, - говорю я. - Он в свои двадцать ещё маленький, а я в двадцать три, блять, босс мафии.

- Мне уже двадцать один! - орет Артем.

А, точно. У него же днюха недавно была.

- Тем более! - говорю я отцу. - Помнишь, что я делал в двадцать один?

- Это ты…. А это он…

Батя смотрит на Артема с сомнением. А я вскипаю.

- Это я! Я взрослый, я ответственный, я в каждой дырке затычка… А, может, и он был бы ответственным, если бы ему сопли до двадцати лет не вытирали?

- Кому сопли вытирали? - возмущенно вопит брат.

- Тебе.

- Кто?

- Я, лично!

- Так! - рявкает отец. - Все, расходимся. Я буду думать.

Пусть думает. Что бы он ни придумал - я не уеду. У меня тут Эсмеральда!

И я её найду во чтобы то ни стало.

Звонок. С незнакомого номера. Ещё один.

Но сейчас сердце вдруг забилось особенно тревожно и радостно.

- Привет, Квазимодо…

24

Ксюша

- Что такое?

- Кофе невкусный.

- Нормальный кофе.

- У него какой-то странный привкус.

- Ну, не знаю. Я его в турке сварила, как всегда варю, - ворчливо произносит бабушка.

- Мы тут латте-шмате на огуречном молоке не пьем, - вставляет дед.

- На огуречном никто не пьет, - меланхолично замечаю я.

- А чего? Давайте надоим огурцов!

Я улыбаюсь. Дед, как обычно, жжёт.

- Может, тебе какао сделать? - спрашивает моя заботливая бабушка.

- Да я просто чаю выпью.

Встаю, наливаю себе обычный черный чай. Добавляю лимон. Нормально.

Желудок успокоился.

А я почему-то вспоминаю коктейль “Соленая собака”. Горько-соленый грейпфрут… Мне бы сейчас зашло!

А тогда лучше бы не заходило.…

Я у бабушки с дедушкой. Они на старости лет купили домик в деревне, что-то вроде дачи. Мама с папой решали-решали, как мне проводить лето, а я взяла и уехала.

Психанула. Достало все. Особенно достало ждать, что Квазимодо внезапно объявится. Позвонит. Напишет…

Хотел бы - давно бы написал!

К черту Квазимодо.

И нет, бездельничать не собираюсь. Буду работать удаленно. Нашла себе подработку сразу на нескольких сайтах. Буду админить и модерировать. Это несложно. И, какой-никакой, а собственный заработок.

Что там говорил папа: найдешь себе хорошего мужа?

Да хрен там!

Не нужен мне муж. Мне вообще мужики больше не нужны. От них одни слёзы…

Мне и одной хорошо.

Очень!

Мама абсолютно права. Надо уметь зарабатывать самой. И с трудностями справляться самой. И все делать самой. Чтобы быть сильной и независимой.

***

- А у вас грейпфруты есть? - спрашиваю я в местном магазине.

- Только апельсины. И грейпфрутовый сок.

- Давайте сок.

Прихожу домой. Наливаю сок в стакан. Пробую. Неплохо… Но не то.

Лезу в морозильник в поисках льда - а его нет. Понятно. Никто не замораживает, никому не нужен.

Ладно. Зато есть замороженные ягоды. Клубника, малина, вишня… Нет. Это все не подходит.

О. В дальнем углу морозильника завалялся надорванный пакетик с замороженной рябиной. Бабушка ее заваривает и пьет то ли от давления, то ли от желудка. Я раз попробовала - жуткая горечь.

То, что нужно!

Я бросаю пригоршню ягод замороженной рябины в грейпфрутовый сок. Достаю солонку, посыпаю все это солью. Перемешиваю. Пробую.

М-м-м-м…

Выпиваю весь стакан залпом. Поднимаю глаза. И натыкаюсь на внимательный взгляд бабушки.

Интересно, давно она стоит в дверях?

- Ксюш, ты что такое делаешь?

- Это.… Это такой модный коктейль.

- Вкусный?

- На любителя.

Бабушка качает головой. И разглядывает меня ещё внимательнее.

- Там дед беседку красит, - говорит она.

- Ну.… хорошо.

- Пойдем, посмотрим.

Я не понимаю, зачем мне на это смотреть. Но иду.

Мы выходим в сад. Ну точно, красит. Запах такой… интересный.

Подходим ближе. Ух ты!

- Как цвет? Нормально? - спрашивает дед.

- Как вкусно пахнет.…

Я даже прикрываю глаза от удовольствия. Поэтому про цвет ничего сказать не могу.

Когда открываю, снова натыкаюсь на какой-то странный взгляд бабушки.

- А кофе тебе, значит, невкусный… - говорит она.

- При чем тут кофе? - не понимаю я.

***

- Там к тебе какой-то парень приехал.

Я вскакиваю, чуть не уронив и не разбив ноутбук.

Сердце ухает в пятки. Я хватаюсь за стол - потому что голова внезапно закружилась.

Квазимодо.… он нашел меня!

В этот момент мне не приходит в голову, что он никак не мог меня найти…

- Где? Кто?

- В калитку ломится, - говорит бабушка.

Я несусь к калитке. Распахиваю ее. И слышу:

- Ксюш, я соскучился.

Платон.…

От разочарования у меня подгибаются колени. Я падаю на скамейку у калитки.

Платон садится рядом. У дороги стоит его машина.

Я ожидаю, что он сразу начнет оправдываться, извиняться, вываливать на меня кучу доказательств того, что я все неправильно поняла.

Но он молчит. Минуты две. А потом выдает:

- Ксюш, я такой дурак…

Абсолютно согласна. Разубеждать даже не собираюсь.

- Я всё время о тебе думаю. С той самой вечеринки. Я не… Я больше не виделся с Катькой.

- Мне всё равно.

- А мне нет! Я совершил ужасную ошибку. И жестоко поплатился за нее…

Поплатился?

- Что, ошпаренный писюн отвалился? - с надеждой спрашиваю я.

- Ксю…

- Не отвалился?

Платон пытается взять меня за руку. Я не даю ему свою ладонь.

Вскакиваю со скамейки.

- Тебе пора.

Платон нехотя поднимается.

- Не приезжай больше.

Я быстро иду к калитке. И.… налетаю на деда.

- Эй, малой! - обращается он к Платону. - Постой-ка.

25

Ксюша

Я останавливаюсь.

- А ты иди! - говорит мне дед.

- А ты…

- Я с малым побазарю.

- Но.…

- Иди, - дед заталкивает меня во двор и закрывает калитку.

Конечно, я никуда