Две полоски после вечеринки - Лина Филимонова

- У тебя есть вода?

Мой брат отрицательно мотает головой.

А вспоминаю, как Квазимодо протянул мне бутылку.… Я так же была расстроена. В слезах. А он меня утешил.

Гадский гад!

- Я его убью, - выдает Ваня.

- Найди сначала, - хмыкаю я.

- Найду. Из-под земли достану.

Ну вот. Хоть что-то обнадеживающее…

Может, и правда, найдет?

29

Кирилл

Я ответил на десятки звонков. На сотни сообщений. Реально, их было просто невероятное количество!

Я даже несколько раз встречался с написавшими мне девушками. Потому что надеялся. И боялся спугнуть слишком заковыристыми вопросами. Представлял: а вдруг это Эсмеральда, а я тут устраиваю допрос? Она обидится. Она хрупкая и ранимая девочка.

Но это была не она. Всегда!

Идея с плакатом была провальной. Но ничего лучше я не придумал.

И меня до сих пор точит мысль: а вдруг я ее пропустил?

Поэтому иногда я начинаю перечитывать сообщения. И искать в них какие-нибудь зацепки. Задолбался!

Я уже не верю. Я в депрессии и в апатии.

Настолько, что даже подумываю послушаться отца и вернуться в Дубай.

Эсмеральда - это сон. Мираж. Чудесное мимолетное видение… Может, я вообще сошел с ума и придумал ее?

После месяца бесплодных поисков я уже начинаю сомневаться в ясности своего рассудка.

Мне всегда помогала быстрая езда. В Дубае дороги охеренные, и я гонял ночами, приводя мысли в порядок, а тело в тонус.

Вот и сегодня решил погонять. Да уж…. тут особо не разгонишься. И не расслабишься. Всегда надо быть начеку. В любой момент можешь поймать яму, или открытый люк, или внезапную бабульку, бредущую неизвестно куда в ночи со своей сумкой на колесиках.

Серьёзно? В двенадцать ночи? Может, это тоже мираж…

Но здесь, за городом, всё же легко дышится. А необходимость концентрации заставляет выбросить из головы все ненужное. Ты просто выживаешь. И это офигенно!

Я торможу на заправке. Бензин не нужен, просто хочу выпить кофе по старой памяти. Раньше мы с ребятами часто тут кофеином заправлялись, когда гоняли на байках.

Паркуюсь, вхожу в здание заправки, иду к стойке, за которой зевает сонная кассирша. Заказываю американо и круассан.

И вдруг слышу за спиной:

- О, Песец, здорово. Ты чего тут делаешь?

Оборачиваюсь - Ваня. Сидит, пьет кофе.

Да, похоже пацаны всё ещё любят эту заправку. И кофе, судя по запаху, тут до сих пор неплохой.

Мы жмем друг другу руки.

- Катаюсь. А ты?

- Я тоже.

Сажусь с ним рядом.

Он хмурый, молчаливый. Злой.

Я тоже.

Так что какое-то время мы молчим. В душу друг другу не лезем. И как будто понимаем друг друга без слов.

Как мне этого не хватало в Дубае! Да, там у меня тоже были друзья. Но не такие. Этих я знаю с пеленок. И у нас почти телепатическая связь.

Но не настолько, чтобы я понял, чем конкретно он грузится.

Ваня - классный парень. И, кстати, он хочет, чтобы его звали Гризли, типа, он сын Медведя, все дела. Но, естественно, никто его так не зовет. Все называют просто Ванькой. Он бесится: ну хотя бы Иван! Но нет.

Тусовка беспощадна. Никто не получает кликуху по заказу. Она сама прицепляется в какой-то момент.

Я, может, тоже хотел быть Гепардом или Львом. Но я Песец. И уже смирился с этим.

- Ты чего такой тухлый? - наконец, спрашивает Ваня.

Пожимаю плечами.

- Ты тоже не сказать, чтобы сильно радостный.

- Из-за девчонки? - спрашивает Ваня.

Киваю.

- Ты тоже?

Он, секунду помедлив, тоже кивает.

- Из-за девчонки.…

Мы молчим дальше. А что тут скажешь? Женщины - зло.

Я допиваю свой американо. Думаю ехать дальше. Но тут Ваня выдает:

- Есть одно дело....

- Что за дело? Может, помощь нужна?

- Чё, Песец, возбудился? - ржет Ваня.

Я тоже улыбаюсь.

Чую, дело пахнет керосином. А мне это как раз и нужно. Отвлекусь, развлекусь. Выброшу из головы Эсмеральду.

- Надо одному мудаку рожу набить, - произносит мой старый друг.

Примерно так я думал, почему-то.

- Это я всегда с удовольствием.

Если честно, вообще не помню, когда дрался по-настоящему, не на ринге. Как-то повода не было в последние… лет семь, наверное.

Последняя драка была здесь, на родине. Когда мы с пацанами замахались с какими-то отбитыми гопниками. Мы им наваляли, естественно.

И сейчас, вспоминая об этом, я чувствую прилив адреналина в крови.

Драка - это круто. Драка - это по-мужски. Это способ почувствовать себя живым и настоящим.

- Чё, повеселее, стало? - скалится Ваня.

- Так заметно? - ухмыляюсь я.

И мы с ним выходим с заправки.

- Бить буду я, - говорит Ваня. - Один на один.

- Понял.

Уже не так интересно. Но ладно. Ваньке виднее, как все должно быть. Это его война.

- А ты это.… останови меня, если что, - продолжает он.

- Если что?

- Если я его совсем убивать начну.

- Понял.

Остановлю, чего не остановить-то. До криминала доводить не будем. Так, немного попугаем мудака.

Что за мудак - не спрашиваю. Захочет - сам расскажет. Раз дело связано с девчонкой, скорее всего, соперник.

- Ну все. Теперь и мне повеселее стало, - признается Ваня.- Теперь я не боюсь его убить.

***

Мы подъезжаем к какому-то дому. Ваня тормозит, я тоже. Мы паркуем байки. Он разъясняет мне план:

- Я ему звоню. Он выходит. Я с ним базарю. Ты пока не отсвечивай. Я сам.

- Понял, - в который раз повторяю я.

В этот момент справа от нас появляются некие чувачки. Все такие на спорте, идут с видом: мы тут на районе самые крутые перцы.

Ваня смотрит на них.

- О, Платоша пожаловал. И звонить не надо.

- Платоша, значит.… Который из трех?

- Левый. План меняется.

- Понял.

Я разминаю плечи и поудобнее сжимаю руки в кулаки.

30

Кирилл

Ваня ничего не говорит. Он просто подходит к Платону и сразу бьет его в челюсть. Тот, не растерявшись, бьет в ответ.

Два его друга в недоумении переглядываются. Потом оба смотрят на меня. Я встаю в боевую стойку. Они тоже демонстрирует готовность разогнать адреналин и тестостерон.

Ваня лупит своего соперника, все больше ожесточаясь. Видно, что вкладывает душу