Две полоски после вечеринки - Лина Филимонова

Я подслушиваю, стоя у забора.

В целом, мне всё равно, что скажет и сделает дед. Даже если он сейчас отлупит Платона хворостиной - пусть.

Но всё же я хочу знать, что происходит.

- Чего приехал? - спрашивает дед Платона.

- С Ксюшей повидаться.

- Повидался?

- Ну…

- Ты мне не нравишься, - заявляет дед.

Он у меня очень прямолинейный.

- Э-э-э-э… - опять блеет Платон.

- Она тебя послала лесом?

- Типа того.

- Почему?

Платон молчит. Возможно, пожимает плечами. Я не вижу. Только слышу.

- Обидел ее? - наседает на него дед.

- Ой! - вздрагиваю я.

Потому что моей спины что-то касается.

Бабушка! Подошла сзади… Подкралась незаметно, как ниндзя.Тоже подслушивает, приложив ухо к забору.

- Бабуль, ты чего?

- Это он?

- Кто - он?

- Твой парень?

- Бывший, - говорю я.

- Ты от него сюда сбежала?

- Нет!

- Пошли, - раздается за забором рык деда.

- Куда? - растерянно спрашивает Платон.

- Поможешь мне дров наколоть.

Упс.…

Мы с бабушкой отскакиваем от забора. Она хватается за лейку. Я зачем-то беру в руки лопату.

Калитка распахивается. Дед окидывает меня проницательным взглядом.

- Молодец. Копай.

- Что копать?

- Яму, - дед окидывает Платона оценивающим взглядом. - Два на восемьдесят.

Растерянный Платон жмется к калитке. Но бабушка ее захлопывает и закрывает на замок.

- Хотя… У нас же есть топор, - задумчиво произносит дед. - Копай метр на метр. Но поглубже.

Ну и шуточки у него!

Он ведет Платона на задний двор. Мы с бабушкой идём за ними. Дед скрывается в сарае. Платон торчит посреди двора с таким видом, как будто мечтает немедленно испариться.

Дрова нужны для бани. В доме газовое отопление. А для бани дед других способов обогрева не признает. Никаких электрических саун и прочей ереси. Только дровяная.

- Эй!

Дед появляется с другой стороны - у сарая два выхода. Идет на Платона с топором.

Тот пятится назад. В глазах паника.

Дед замахивается и…. Платон отскакивает.

Дед втыкает топор в большую колоду, на которой обычно колет дрова.

Платон смущенно мнется.

- Умеешь? - спрашивает дед.

Платон растерянно оглядывается на меня.

- Никогда не пробовал.

- Неси поленья! - командует он. - Из сарая. Да не эти! Эти уже колотые. Он у тебя совсем дебил?

Дед спрашивает меня.

- Он не у меня!

Платон приносит несколько поленьев. Дед вручает ему топор. Платон ставит одно полено на колоду. Замахивается.

Бум! Топор втыкается в твердую часть. Платон не заметил сучок. Он пытается вытащить топор, размахивает им, бьет полено о колоду… Наконец, оно раскалывается. Криво и косо, но всё же.

Платон берёт следующее. Замахивается…

- Он так ногу себе отрубит! - переживает бабушка.

Платон услышал ее и теперь опасливо держит топор, максимально отодвинув его от себя.

- Или ещё чего нужное, - вторит дед.

Нужное? Да я бы ему сама это отрубила… Но уже не хочется. Я на него даже не злюсь. Мне на него глубоко пофиг.

- Бей по центру, - подсказывает дед.

Платон попадает по касательной. Полено отскакивает в сторону, просвистев в метре от меня.

Дед отбирает у него топор.

Платон смотрит в сторону выхода.

- Мышей боишься? - спрашивает дед.

- Ну… не особо, - храбрится Платон.

- А крыс?

- Да я как бы.…

- Оставайся ночевать у нас на сеновале, - выдает дед.

- Там ещё змеи иногда бывают, но, в основном, ужи, - вставляет свои пять копеет бабушка.

Что? Они серьёзно? Прошлым летом бабушка собиралась завести козу, но родители ее отговорили. Козы нет, а сеновал есть. И там - немного прошлогоднего сена. И мыши, да. По поводу крыс и змей сильно сомневаюсь.

- Я, пожалуй, поеду домой…

Платон пятится к выходу.

***

- Не понравился он мне, - говорит дедушка. - Не мужик, а мамина пися.

А он-то откуда знает это выражение? Обычно так говорит дядя Варлам. А вслед за ним и вся байкерская тусовка. Ясное дело, не для обозначения настоящего мужика.

- И мне не понравился, - вторит ему бабушка.

Платон уехал. Они сидят на кухне.

- И мне! - говорю я, входя к ним. - Зачем вы предлагали ему ночевать на сеновале?

- Надо дать ему шанс, - говорит бабушка.

- Он не заслуживает шансов, - парирую я.

- Но он всё-таки…

- Кто?

- Твой парень.

- Он не мой парень! И, наверное, никогда им не был.

- В смысле - не был?

- Это было ошибкой.

- Бывают такие ошибки…. которые потом всю жизнь тебя радуют.

- Бабуль, ты о чём?

Вообще не понимаю, что она имеет в виду. Похоже, они с дедушкой перегрелись на солнце.

Платон явно подумал, что они у меня чокнутые.

А я немного развеселилась… Все таки дед у меня классный. И бабушка тоже умеет отжечь.

- Обойдемся без него, - выдает дед. - Сами воспитаем.

- В смысле?- я ничего не понимаю. - Меня уже поздно воспитывать.

- Тебя? Да.… тебя уже поздно. Но хворостиной отлупить можно. Для порядка.

Нет, они точно перегрелись!

26

Ксюша

- Как себя чувствуешь? - спрашивает бабушка за завтраком.

Я пью чай с лимоном. Мечтаю о соленом грейпфруте. Составляю в уме рабочий график на день.

И - даже не вспоминаю о Квазимодо.

Не вспоминаю!

- Нормально, - отвечаю бабушке. - А что?

- Не тошнит?

- Нет. А должно?

- Да я просто спросила.

- Странный вопрос.

- Вчера же арбуз ели. Мало ли что, - бормочет бабушка. - Платон тебе не звонил, кстати?

- Нет. Вы его нормально так запугали.

- Дед вчера перегнул.…

- Да ну. Я бы