Две полоски после вечеринки - Лина Филимонова

- Ну нет. На меня, конечно, посматривают мужчины. Но далеко не в таком количестве и не такого возраста. А вот ты у нас просто звезда! Ни один мимо не пройдет.

- Ну как платье? - спрашиваю я.

И верчусь перед мамой, которая сегодня не в меру болтлива.

- Супер! Берем.

Я закрываю шторку примерочной, а она продолжает:

- Ты как-то особенно расцвела в последнее время. А ведь ещё в пятнадцать ты была…

- Гадким жирным утенком, - подсказываю я.

- Красивым пухленьким утеночком, - смягчает реальность мама. - Просто очаровательным!

- Я была толстой.

Это правда. Лет до пятнадцати у меня были пухлые щеки и толстая попа. А потом я резко выросла и все лишнее куда-то рассосалось. К моей радости.

- Ксюша, ну что ты такое говоришь? Ты была очень милой девочкой. И стала прекрасной девушкой. Просто модель! Хоть сейчас на подиум.

- Уже бегу, волосы назад, - бурчу я.

- Или замуж, - у мамы новая гениальная идея.

- За кого?

- За самого лучшего! Естественно.

Я закатываю глаза. Но она этого не видит…

***

Я не хотела идти на этот день рождения. Но от мамы разве отвяжешься? Она думает, что я грущу из-за расставания с Платоном.

Да я этого Платона не вспоминала вообще ни разу! У меня даже злости к нему нет.

Вся уходит на подлого гадкого Квазимодо.

Вот кого я ненавижу изо всех сил. Вот просто… есть не могу от ненависти!

Козел. Гад. Мудак!

Как он мог так поступить со мной? Воспользовался моим расстроенным состоянием, напоил, соблазнил… Наврал с три короба. “Я тебя никуда не отпущу, ты моя навсегда, я никогда не встречал никого на тебя похожего…”

Как всё это банально…. И как глупо было ему верить.

Я - просто дура.

И мне сейчас совсем не хочется веселиться.

Мы находим тетю Кристину и вручаем ей конверт. В нем - сертификат в ее любимый магазин нижнего белья. Да, ничего более оригинального мы с мамой не смогли придумать.

- Ой, спасибо! - радуется она. - Я как раз там одну вещичку присмотрела…

Папа вручает ей букет.

- А где Кирюха? - спрашивает Ваня.

- Они с мальчишками на втором этаже, играют в приставку. Или дерутся, кто будет играть.

- О!

Ваню как ветром сдувает.

- Взрослый парень! - ворчит отец. - А все туда же.

- А ты куда?

Мама ловит его за воротник.

- Я это…

- В приставку играть?

- Ага.

- Или они новый мотоцикл разглядывают, - вдруг вспоминает тетя Кристина.

- У кого новый байк? - резко тормозит папа.

- Кирилл из Дубая привез.

- Что за модель?

- Да я не разбираюсь. Мотоцикл в гараже, под ним Тимур, Пашка и…

Папу уже как ветром сдуло.

- А кто это у нас тут такой красивый? А кто это у нас такой сладкий?

Мама неожиданно начинает разговаривать высоким неестественным голосом. И тоже куда-то резко стартует.

Я смотрю - там две молодые мамочки, Риша и Маша, возятся со своими детишками. Не сами, конечно. Собралась целая толпа нянек и чуть не дерутся за право потискать трехлетних двойняшек Риши, Лизоньку с Илюшей. И трехлетнюю же дочку Маши, которую зовут Катенька.

Боже, какие они милахи!

Тоже пойду займу очередь.

Обычно я на детей особо внимания не обращаю. Ну дети и дети. Сосут пустышки, писают в памперсы. Неинтересно. А сейчас что-то прям захотелось повозиться с ними.

- Как тебя зовут? - спрашиваю дочку Риши.

- Лизавета Селгеевна.

- О как.…

Смотрит на меня своими ясными глазками. Хлопает ресницами.

- Сделай мне колаблик.

- Что?

- Колаблик.

- Да это Сережа делает им кораблики из бумаги, - объясняет Риша. - А потом они их пускают в ванной. Остальные игрушки вообще не нужны!

- Я не умею кораблик, - признаюсь Лизе.

- Ты же большая.… - разочарованно тянет она.

И убегает.

А у меня - слёзы на глазах. Почему?! Ну уж точно не из-за кораблика…

Я в последнюю неделю часто реву. Просто… от злости! Ненавижу мужчин. Все они козлы. А Квазимодо - главный козел. Я бы его вообще убила!

Но я его никогда больше не увижу…

У дяди Тимура и тети Кристины большой дом и огромный сад. И везде люди. На каждом диване, под каждым кустом, и, естественно, у стола с напитками. Подхожу, чтобы выпить чего-нибудь прохладительного.

- Ксюха, ты что ли? - раздается за спиной.

Оборачиваюсь - Богдан. Сын дяди Кости и тети Ники.

- Я.

- Ну ты…. охренеть красотка… Я в ахуе.

Окидывает меня восхищенным взглядом. Чуть ли не слюни пускает.

- Богданчик, я тебе глаза на жопу натяну, - спокойно произносит откуда-то появившийся Ваня.

- А я чё? Я ничё…

- И усы твои кошачьи повыдергиваю.

- Ради такой красоты готов пожертвовать усами, - скалится Богдан.

- А хвостом? - угрожающе рычит Ваня. - Готов пожертвовать?

- Эй, что началось-то? Я просто восхитился.

- Иди лучше восхитись новым Кирюхиным байком.

- Да я уже.… О, а вон и Кирюха. Наконец-то вылез из-под своего мотоцикла.

21

Кирилл

Сбежала.

Исчезла. Растворилась в ночи. Как песок между пальцами - не удержать…

Я проснулся - её нет.

Только мятые простыни. И капли крови, как на месте преступления.

Ей не понравилось? Было больно? Она посчитала меня грубым чудовищем?

Я сразу бросился звонить. Ну как бросился…

Телефон на руке стерся. Ни одной цифры. Остался лишь красный след от помады. Стойкая, блять…

С бешено колотящимся сердцем я открыл фото в телефоне. И - чуть не долбанул его об стену. Фотка смазалась! Я сделал кадр в движении. Всего один кадр!!!

Идиот. Дебил тупоголовый!

Столько было возможностей…. Набрать. Убедиться. Переспросить. Заставить продиктовать номер… Я все просрал!

И проспал.

Время уже двенадцать дня.

Ломанулся вниз, на ресепшн. Никто ничего не видел