Когда Орк слушает Принцессу - Лина Эвери

— Это значит, что мы еще встретимся. Но после договора вы перейдете на выделенные земли, а у меня впереди коронация и…

— Тише, Фелиция. Слишком много слов.

У Фелиции перехватило дыхание, но остановится она не могла — говорила сбивчиво, на выдохе, почти паникуя:

— Граф Эвальд теперь расскажет всем, что я сошла с ума — мне нужно будет доказать вассалам, что договор все решит, мне нужно будет подготовить…

— Этот граф не врёт, — Дракмор усмехнулся. — Ты сошла с ума.

— Потому что решилась на мир с орками или потому что влюбилась в орка?

Слишком резко и прямолинейно — глаза Дракмора расширились и он усмехнулся. Ухмылкой недоброй, но одновременно заставляющей Фелицию краснеть до самых ушей.

— Я это видел, — признал он.

Он смотрел на неё — жёлтые глаза тёплые, почти золотые. И в них не было насмешки. Только то, от чего у Фелиции кружилась голова.

— Я боюсь, — призналась и она.

— Чего?

— Возвращаться. После всего, что было… мне бы хотелось продолжения, но… это невозможно.

Дракмор сделал шаг вперёд. Его рука — без железа — поднялась и коснулась её щеки.

— Ты не должна боятся. Нет ничего невозможного для меня — «до свидания» означает то, что и означает.

Глаза Фелиции расширились. Он, как и она, хочет увидеться вновь.

Это не прощание.

— Обещаешь? — спросила она, словно маленькая девочка.

— Орки держат слово, — напомнил Дракмор.

Фелиция смотрела на него. На шрамы, на клыки, на зелёную кожу — такую чужую и такую родную одновременно

Она встала на цыпочки.

Он наклонился.

И она поцеловала его.

Настоящий поцелуй — не в лоб, не в щёку. В губы. Тепло, мягко, неумело — она никогда раньше не целовала мужчин.

Дракмор замер на секунду. Потом его рука легла ей на затылок, придерживая. Он не настаивал. Не углублял. Просто принимал — этот поцелуй, эту тишину, это обещание.

Когда они отстранились, Фелиция была красной, как её волосы. На секунду её сердце замерло, а теперь быстро забилось.

— Это был первый поцелуй принцессы Вереи, — сказала она охрипшим голосом. — И я подарила его орку. Какой будет скандал в высшем свете!

— Твой свет не узнает, — ответил Дракмор.

— Узнает. Я сама расскажу!

— Зачем?

— Чтобы знали, — Фелиция улыбнулась. Она правда сошла с ума. — Что я не боюсь. Не их. Не тебя. Ничего!

Дракмор посмотрел на неё своим знакомым долгим взглядом. Потом наклонился и коснулся лбом её лба — жест, которого она не знала.

— Я приду за тобой.

— В Верею? Орк в человеческом городе?

— Я уже был там. В молодости. Плохо кончилось.

— В этот раз кончится хорошо, — твёрдо сказала Фелиция. — Я обещаю.

Она развернулась и пошла к карете. Не оборачиваясь. Боялась, что если обернётся — не уйдёт.

Фред открыл дверцу. Она села внутрь, на мягкие подушки — такие непривычные после земли и шкур.

Карета тронулась. Фелиция смотрела в окно. Лагерь отдалялся — костры, шатры, фигуры. Она искала глазами Дракмора.

Он стоял на том же месте, где она его оставила. Руки скрещены на груди. Голова чуть наклонена.

Железный коготь блестел на солнце.

— До свидания, — прошептала Фелиция.

Она достала из кармана деревянный гребень. Провела пальцами по зубьям — неровным, грубым, сделанным вручную.

Всю дорогу до Вереи она не проронила ни слова.

ЭПИЛОГ

Спустя полгода.

Верея расцвела. Буквально — весна раскрасила королевство в зелёный и золотой, а торговые караваны, наконец, пошли через южные степи без опаски.

Орки не нападали. Фермеры не горели. Дети играли у околиц.

Фелиция фон Бруншталль, принцесса Верейская, сидела на троне и слушала доклады. Через три дня ей предстояла коронация. Она станет королевой — первой королевой Вереи без мужа на троне.

По крайней мере, пока.

— …доходы от южных графств выросли на сорок процентов, — бубнил Фогель, министр финансов. — Торговля с орками принесла…

— С зелёными орками, — поправила Фелиция. — Есть ещё красные, но они далеко.

— С зелёными орками, — процедил Фогель, — Принесла рекордную прибыль. Народ доволен... Фермеры спокойны. Воры на дорогах…

Фелиция не слушала.

Она смотрела в окно — туда, где за стенами города начиналась степь. Там, за горизонтом, был лагерь. Там был он.

Дракмор. Железный Коготь.

Она скучала. Так, что по ночам ворочалась в своей огромной королевской постели и гладила деревянный гребень.

— Ваше высочество! — голос Фогеля стал резче. — Ваше высочество, вы слушаете?

— Да, — соврала Фелиция. — Прибыль, мир, налоги. Всё отлично.

— Я спросил о другом.

— О чём?

Фогель переглянулся с бароном Крейном. Тот кашлянул.

— Мы обсуждаем вопрос о вашем замужестве, ваше высочество, — сказал Крейн. — Через три дня вы станете королевой. Королеве нужен муж. Вассалы ожидают…

Она перестала слушать снова. Замужество. Опять. Те же лица, те же голоса, те же аргументы. Граф Эвальд снова прислал предложение, молодые лорды строили глазки, а соседние короли намекали на союзы.

Никто из них не умел делать гребни. Никто не сидел ночью у её постели, когда она бредила от жара. Никто не прикрывал её своим плащом в холодной степи.

— …поэтому мы предлагаем рассмотреть кандидатуру герцога…

Дверь распахнулась.

Фред влетел в зал, как ошпаренный — растрёпанный, красный и тяжело дышащий.

— Ваше… ваше высочество! — выдохнул он.

— Фред, мы на заседании, — строго сказала Фелиция. Но сердце уже ёкнуло — Фред никогда не врывался на собрания без весомой причины.

— Там… гость, — Фред сглотнул. — Он… он говорит, что у него... что он является вашим вассалом. И что... он имеет право войти.

— Кто этот наглец? — спросил Крейн.

Фред не ответил. Потому что дверь открылась снова, и в зал вошёл Дракмор.

Зал заседаний Верейского совета был гигантским, но даже не смотря на это, когда внутрь шагнул орк, всем присутствующим показалось, что помещение уменьшилось вдвое.

На Дракморе был человеческий костюм — тёмно-серый, явно сшитый на заказ. Дорогая ткань, тонкое шитьё, даже запонки. Костюм сидел плохо: рукава коротковаты, плечи трещали по швам, воротник душил, а брюки заканчивались выше лодыжек. Но это была попытка. Отчаянная. Даже смешная. Очаровательна.

И самая прекрасная вещь, которую Фелиция видела за последние полгода.

Железный коготь он не спрятал. Не пытался надеть перчатку или скрыть под рукавом. Шёл с ним открыто — и блеск металла заставил нескольких советников побледнеть.

Фелиция замерла на троне. Сердце колотилось где-то в горле. Она хотела сказать что-то умное, королевское, дипломатичное.

Вместо этого она просто смотрела на него — и улыбалась. Как девчонка. Как та самая Фелиция из шатра, которая не боялась запачкать платье кровью.

— Орк! — Крейн вскочил в ужасе. — Как ты