Кекс на пляже - Анна Антонова

Мама растолкала меня за пятнадцать минут до законного подъема.

– Вставай, тебе там телеграмму принесли!

– Какую еще телеграмму? – спросонья ничего не поняла я.

– Электронную, – усмехнулась она.

– Что? – я так удивилась, что окончательно проснулась. – У меня комп телеграммы не принимает…

– А эту тетенька почтальон принесла, – продолжала смеяться мама.

До меня наконец дошло. Возмущенно бросив:

– Ну, мам, ты шутница! – я вскочила, накинула халатик и понеслась к входной двери.

Возле нее действительно обнаружилась тетенька «с толстой сумкой на ремне», недовольно проворчавшая:

– Побыстрее нельзя? Мне еще пять домов обходить!

– А вы бы еще пораньше пришли, – вяло возмутилась я, расписываясь в ведомости.

Захлопнув дверь, я рассмотрела бумажку, которую мне всучила почтальонша – почему-то это была не привычная узкая полоска, а листок, сложенный книжечкой, на первой стороне которого красовалась гордая надпись «Вызов». «Вызов» у меня ассоциировался исключительно с дуэлью, но это был уже какой-то полный бред, и я развернула бумагу. «Приглашаетесь переговоры Астраханью видеотелефону адресу Москва Арбат 46 Моспочтампт».

– Мам! – обалдело позвала я. – А видеотелефоны бывают?

– Не знаю, – с сомнением отозвалась она. – В фантастике сплошь и рядом, а вот в реальности… А тебе зачем?

– Приглашаюсь переговоры видеотелефону, – с листа прочитала я.

– С кем?

– Астраханью.

– Так это же Ленечка твой, – осторожно заметила мама.

– Конечно, Ленечка, кто же еще! – ворчливо отозвалась я.

Ворчала я, впрочем, больше для вида, на самом деле что-то в груди трепыхнулось и подкатило к горлу, перехватывая дыхание. Остатки сна как рукой сняло, но соображать я лучше не стала: зубная паста три раза сваливалась со щетки, прежде чем мне удалось почистить зубы, кофе выплеснулся мимо чашки прямо в тарелку с кашей – спасибо, не на колени! – никак не находились целые колготки…

– Ты опоздаешь, – наконец заметила мама. – Сколько можно копаться?

– Не знаю, что надеть, – пожаловалась я. – Он же меня только в летней одежде видел, а сейчас уже холодно…

– И что? Боишься, не узнает?

– Очень смешно! – фыркнула я. – Я вот думаю: свитер или пиджак? Пиджак – как-то официально, а свитер, наоборот, слишком просто…

– Ты опоздаешь, – снова сказала она.

– Ладно, пиджак, – наконец решила я. – Пусть видит, какая я деловая девушка.

– Да уж ты деловая! – протянула мама. – Собираешься, как на свадьбу!

– Ну почти, – пробормотала я, лихорадочно подводя глаза.

Руки дрожали, и карандаш все время соскальзывал, оставляя разводы. Там, на море, я почти не красилась, а вот сейчас пусть увидит… Черт, действительно ведь опаздываю! А еще на работу надо позвонить, предупредить, что задержусь… В трубке наглухо прописались короткие гудки. Опять кто-то треплется с утра пораньше. Ладно, попозже позвоню с мобильного.

– Зонтик возьми! – крикнула мама мне вслед. – Дождь обещали!

Но я уже запрыгивала в лифт и возвращаться не стала.

Дождя пока не было, но небо казалось низким и мрачным, как потолок подвала. Выйдя из метро на «Смоленской», я пролетела мимо дурацкого памятника Пушкину с Гончаровой и влетела в здание почтамта на целых десять минут раньше назначенного времени.

– Здрасть, я на переговоры по видеотелефону! – на одном дыхании выпалила я.

– Что? – удивилась девушка за стеклянной перегородкой.

– Вот, мне телеграмма пришла! – я засуетилась, полезла в сумку. Не хватало еще забыть «Вызов»!

– М-да, действительно, – протянула девица, когда я наконец нашла листок и подала ей. – А почему мы ничего об этом не знаем?

У меня словно кончился завод. Это что, такая шутка? Мама права, и видеотелефонов вообще не бывает?

– Миш! – тем временем крикнула девушка куда-то вглубь помещения. – Тут девушка пришла на видеопереговоры с Астраханью.

Невидимый мне Миша что-то неразборчиво ответил.

– И я ничего не знаю, – поддакнула она. – И не говори. Совсем распоясались. Даже не предупредили! Проходите, – кивнула она мне. – Вот та дверь.

Значит, все-таки не шутка? Я прошла по узкому коридорчику и оказалась в небольшой комнате, на стене которой висел огромный экран, а посередине стоял круглый стол.

– Садитесь, – кивнул мне парень и отвернулся к компьютеру.

Убедившись, что он не обращает на меня внимания, я достала косметичку. Расчесавшись, припудрившись и стерев все-таки размазавшийся карандаш, я бросила в зеркальце заключительный оценивающий взгляд. Что ж, вполне ничего выгляжу, Ленечке должно понравиться…

– Ну, проверим, – парень нажал кнопку на пульте, и по экрану побежали серые полосы.

– Это я летом на море с мальчиком познакомилась, – зачем-то доложила я. – Вот как курортные романы иногда заканчиваются…

Парень неопределенно хмыкнул, а мне вдруг стало мучительно стыдно. Господи, что я несу? Какие курортные романы, почему заканчиваются?

– Так, уже десять, где они? – Миша деловито пощелкал пультом.

Словно услышав его, на экране возникла необъятного вида тетка в сиреневом свитере.

– Алло, прием! – сказала она. – Москва, слышите меня?

Я нервно хихикнула.

– Да, слышим вас хорошо, – как ни в чем не бывало доложил Миша. – У вас десять минут, – кивнул он мне.

Тетка на экране поднялась с места, и только тогда я увидела за ее спиной Ленечку. Он был в расстегнутой куртке, на шее болтался шарф, а в руках он комкал вязаную шапку. И правда, как чудно видеть его в теплой одежде! Неужели у них в Астрахани такая холодная осень? Это же, вроде, юг…

– Привет! – Я едва узнала его голос, искаженный динамиками. – Как у тебя дела?

– Привет! – сбивчиво ответила я. – Ничего, работаю. Как ты?