Кекс на пляже - Анна Антонова

– Ленечка здесь! – с ходу выпалила я.

– Где? – не поняла она.

– В Москве! Сегодня приехал!

– Ничего себе! Сюрпрайзом, что ли?

– Ага, – мрачно ответила я. – Я бы за такие сюрпрайзы…

– А ты чего такая злая-то? – удивилась она. – Не рада встрече с любимым?

– Ох, Ларис… Если бы я еще была в чем-то уверена…

– А в чем ты не уверена?

– Да ни в чем! Вот пришла на показ, а работать не могу, – пожаловалась я. – Совсем из колеи выбил!

– Так, – скомандовала она. – Где он сейчас?

– Гуляет. Обещал встретить после показа, но я с ним так поговорила, что уже сомневаюсь…

– Гуляет? – возмутилась Лариска. – По морозу?

– Всего минус два!

– Не забывай, он у тебя мальчик южный. Ему и минус двух может хватить…

– Я не виновата! Нечего было без предупреждения…

– Короче. Ты сейчас ни о чем не думай и спокойно работай. Отвлекись. Глядишь, что-нибудь умное в голову придет. А потом, если… когда он тебя встретит, спокойно поговорите. Все, топай!

Пока я разговаривала, фойе опустело, и я вприпрыжку понеслась по лестнице в демонстрационный зал. Еще опоздать не хватало, буду из-за спин выглядывать… Мало того что ни с кем не поговорила, так еще и не увижу ничего! Напишу в статье, как с Леней встретилась…

Стоять за спинами не пришлось – умничка Зайцев позаботился о прессе, и меня заботливо препроводили в первый ряд.

Я машинально что-то черкала в блокноте, а мыслями все время возвращалась к Лене. Куда он, правда, подался? Проспект Мира, конечно, интересная улица, но ориентируется он, что бы там ни говорил, все равно плоховато, да и магазины его вряд ли интересуют… Может, в кино сходит? Ага, стоило ради этого в Москву ехать…

За всеми этими мыслями я не заметила, как показ кончился. Уже не помышляя ни о каких интервью – про модели записала, пресс-релиз взяла, что-нибудь да сляпаю! – я вихрем слетела по лестнице, забежала на фуршет, глотнула там шампанского, чтобы хоть немного расслабиться, оделась и вышла на улицу.

Сердце трепыхнулось где-то на подступах к горлу – Леня меня ждал! Ждал, ждал!

– Что так долго? – буркнул он.

– Как обещала, – напустила независимый вид я.

– Ну что, куда? – нетерпеливо оглянулся он. – Учти, я уже нагулялся.

– Тогда в «Макдоналдс».

– Да я могу и… – начал было он, но я перебила:

– В театре премию выдали?

– Зачем ты так? – он как-то беспомощно посмотрел на меня, и мне стало стыдно. Что же я, правда, такая злая-то сегодня?

– Ладно, идем, – я подхватила его под руку и потащила к переходу.

Места по случаю воскресного вечера удалось занять только в кафе, да и то с боем – две малолетние девицы неохотно убрали куртки и сумки, и мы сели напротив.

– Я сейчас тебе кофе возьму, – засуетилась я. – Ты же замерз, наверное…

Он схватил меня за руку:

– Сядь. Дай хоть посмотреть на тебя, а то все куда-то бежишь, бежишь…

Я послушно опустилась на диванчик и расстегнула пальто. Леня помог его снять и пристроил на спинку.

– Ты почему приехал в воскресенье? В субботу не догадался? И почему сразу не позвонил, поезд ведь утром приходит? Не мог в пятницу выехать?

– Я и выехал в пятницу. Ты не забывай, что поезд от нас до Москвы идет не ночь, а две.

– Что? – тупо переспросила я.

– Полторы сутки, – пояснил он.

Я еле удержалась, чтобы не засмеяться:

– Ленечка, неправильно говорить «полторы сутки»!

– А как правильно? – надулся он.

– Полтора суток… Полутора суток… М-м-м… – смутилась я. – Надо в словаре посмотреть.

– Ну вот, сама ничего не знаешь, а сразу – «неправильно»!

– Конечно, «полторы сутки» – неправильно!

– Ладно, полтора дня, – нашелся он. – А с утра я не мог позвонить, потому что устраивался.

– И где же ты остановился? – живо поинтересовалась я.

Леня отчего-то смутился:

– Да у меня друг состоит в одном… обществе религиозном…

– Секте, – уточнила я.

– Ну, назвать можно по-разному…

– Ладно, и что дальше? – нетерпеливо заерзала я.

– Он связался с московским отделением и попросил меня принять. Вот я сегодня утром пришел на их собрание, посидел, послушал, познакомился с руководителем… Он спросил, у кого я могу остановиться. Одна женщина и согласилась.

– Женщина? – насторожилась я.

– Да она уже немолодая, – успокоил Леня.

– Ну и что, мало ли…

– Надь, перестань, – поморщился он. – Ты же знаешь…

– Ладно, перестала. Так ты у нее бесплатно остановился?

– Конечно. Вот видишь, как я в Москве здорово устроился, – довольно заметил он. – А ты говорила, не смогу, ни на что не способен…

– Я такого не говорила!

– Так подразумевала.

– Ну просто замечательно ты устроился! – все-таки не сдержалась я. – Бесплатно, у какой-то непонятной тетки… Она точно оплаты натурой не потребует?

– Надь!..

– Ладно, проехали.

Ленечка зашуршал каким-то пакетом и извлек коробку конфет, почему-то перевязанную веревочкой:

– Это тебе.

– Спасибо, – я осторожно взяла подарок, не зная, что с ним делать.

– Это рыба наша астраханская, – пояснил он. – Очень вкусная.

– Спасибо, – еще раз повторила я.

Ничего глупее нельзя было придумать!

– Надь, а ты… все еще встречаешься со своим этим? – осторожно спросил он.

Я судорожно вздохнула:

– Ленечка, сколько раз повторять, я с ним и не встречалась никогда.

– Так не встречаешься? – уточнил он.

– А также не переписываюсь и не перезваниваюсь. Ты доволен?

– Я доволен, – ничего не выражающим голосом ответил он.

– Ну и отлично. Рассказывай тогда, зачем приехал. По работе? – коварно спросила я.

Его лицо потемнело:

– Надь, по какой работе… Я к тебе…

– Ах, ко мне! – я почувствовала, что снова начинаю заводиться. – А ты меня спросил? Я, знаешь ли, работаю! Я хотела тебя, ну, не знаю, на майские праздники, что ли, пригласить… Выходных много, тепло, погуляли бы по городу, я бы тебе все показала… А сейчас, зимой, что?

– Да не нужно мне ничего показывать! Я к тебе приехал, к тебе, понимаешь? Ну не мог я без тебя больше, – он придвинулся и обнял меня за плечи, едва не смахнув локтем пластмассовый стаканчик.