Я не хочу с тобой дружить - Стася Лис

Телефон зазвонил, пока я чистила зубы. От неожиданности щётка больно прошлась по дёснам. Я ойкнула, сплюнула пасту и прикрыла губы ладонью, словно это могло спасти от боли.

Ну и кому приспичило звонить так рано?

На дисплее высветилось имя «Никита». После той ночи мне пришлось добавить его номер в список контактов. Вздохнув, я нажала зелёную кнопочку, принимая вызов.

— Вер, привет. Надеюсь, ты уже встала, потому что я собирался позвать тебя гулять, — тут же затараторил Сафронов.

Судя по голосу, настроение у него было отличное. Что меня немного огорчило. Ибо моё настроение близилось к отметке «0».

— На твоё счастье, я уже встала, — буркнула я недовольно, закрепив телефон между ухом и плечом, вытерла лицо бумажным полотенцем. — Не знаю… я не собиралась сегодня выходить из дома.

— Да ладно тебе. Я тут узнал, что в торговом центре недалеко от тебя есть роликовая зона. Пошли покатаемся.

Я вернулась в свою комнату и плюхнулась спиной обратно на кровать.

— Я не умею, — призналась. Да и учиться мне не особо хотелось.

— Не проблема. Я тебя научу, — со всей серьёзностью заверил Никита.

И тут я вспомнила о вчерашнем разговоре после школы с друзьями Жени Канарейкина. Это ведь отличная возможность расспросить подробнее самого Никиту. А ещё узнать, почему вчера его не было в школе.

— Хорошо. Встретимся там через два часа.

Я пришла чуть раньше назначенного времени. И ещё тридцать минут ждала Никиту. Вообще-то девушке положено опаздывать. Где такое видано?

Справедливости ради, Никита явился не с пустыми руками. В качестве извинения он протянул мне красивую коробочку, в которой лежал браслет из голубого бисера. Я сразу его примерила. Как оказалось, браслет отлично подходил к моему сегодняшнему наряду. Так что я оказалась довольна и простила ему опоздание.

Кататься на роликах для меня оказалось непосильной задачей. Просто устоять на них уже было не так легко. Ноги просто разъезжались в разные стороны. Я чувствовала себя коровой на льду. Но Сафронов показал невероятное терпение и выдержку, пока учил меня кататься и главное — правильно падать. Не каждый учитель бы смог так кропотливо что-то объяснять. И это как раз было плюсом к моему убеждению, что у Никиты не было никакой неконтролируемой агрессии. Он бы сейчас мог раз десять на меня сорваться, но продолжал упорно меня учить. А я начинала потихоньку схватывать азы и ехать без его помощи.

Мы катались два часа. Этого времени хватило, чтобы мы устали и проголодались. И Никита безоговорочно повёл меня на фудкорт. Мы заказали по бургеру, картошки, колу и сырных палочек специально для меня — вместе с чесночным соусом. Никита, пока я не видела, отвечая на сообщения Светки, стащил у меня одну палочку. За что получил моё возмущённое «Эй».

— Я ничего не делал! — проговорил он, подняв руки вверх, а затем проглотил остатки моей сырной палочки.

— Себе купи, — буркнула я для вида. Но коробочку подвинула ближе к нему.

Никита рассмеялся.

— Какая ты злюка.

— Я не злюка. Я абсолютная справедливость, — гордо провозгласила я.

— Тогда, — кивнул Сафронов, — справедливо нужно поделиться.

И он быстро стащил ещё одну палочку, закинув себе в рот.

— Вот, справедливость восстановлена, — с гордостью провозгласил он.

Я хмыкнула, открывая чесночный соус и макнув туда картошку.

— Как тебе сегодня? Лучше похода в кино? — поинтересовался Никита.

Я пожала плечами. На деле мне и то, и это понравилось. У каждого была разная атмосфера. И Никита открывается с разных сторон. Так что выбрать что-то одно я посчитала несправедливым.

— Ладно, я это учту, — легко согласился Никита, принимаясь за свой бургер.

— Тебя вчера в школе не было, — вспомнила я.

— Да, — отмахнулся он. — Чувствовал себя неважно.

Я макнула очередную картошку в соус.

— Светки тоже вчера не было, — зачем-то сказала я.

Он чуть не подавился бургером. Его глаза мгновенно округлились. А затем губы растянулись в ехидной улыбочке.

— Ревнуешь? — он с довольным видом откинулся на спинку пластикового стула и прочесал между пальцев каштановые волосы. — Я знал, что тебе не безразличен. Но не переживай. В моём сердце только ты. Единственная и неповторимая.

Я скептически выгнула брови. Ну и кто меня за язык тянул?

— Вчера проходил классный час из-за инцидента с воровством.

— И что? Интересно было?

— Как обычно. Но я немного о другом. Женя…

— Курочкин? — уточнил Никита.

— Канарейкин, — поправила я привычно. — В общем, Женя вчера познакомил меня кое с кем. Канунников тебе о чём-нибудь говорит?

Никита сдвинул брови к переносице. Положил недоеденный бургер обратно на поднос и задумался. Но покачал головой.

— Нет. Кто это?

— Брат Димы из параллели. Ну помнишь, который на географии с Никифором ржал как конь.

Теперь Никита понял, о ком я говорила, и закивал.

— Так вот, этот Канунников говорит, ты его избил в прошлом году, — продолжила я.

Никита же пожал плечами.

— Не было такого, — абсолютно серьёзно ответил он. Но заметив мой взгляд, полный недоверия, поспешил оправдаться. — Вер, я может и задиристый, и вообще мало похож на ангела, в отличие от тебя, — он подмигнул мне.

Я закатила глаза. И это мне говорит человек, который краснел от флирта со Светкой.

— Но в прошлом году, — продолжил он, — я не мог никого избить по той простой причине, что меня не было в России. Я только несколько месяцев назад прилетел из Португалии. Браслет, кстати, тоже оттуда. Специально для тебя выбирал.

— Из Португалии? — опешила я от такой новости. — Что ты там делал?

Никита как-то замялся. Помял бумажку от бургера. Нога его невольно затряслась под столом.

— Ты только не злись, ладно? — произнёс он. — Я в общем соврал тебе тогда в недострое…

— Соврал? Зачем?

— Сам не знаю, — пожал он плечами. — Батя у меня правда программист, но живёт в Португалии. В Лиссабоне. Мама подала на развод — отец якобы ей изменил — забрала меня, и мы вернулись в Россию. Я на неё злился типа. Поэтому ляпнул не подумав. Но потом понял, что если бы не этот переезд, мы бы, наверное, никогда и не встретились больше. — Никита смерил меня оценивающим взглядом. — Прекрасно, теперь ты меня не веришь.

— Скажи что-нибудь на португальском, — потребовала я.

Он немного помялся, но всё же произнёс, глядя мне в глаза:

— Quando compreender a tradução, diga "sim". E moverei as montanhas para que não nos impeçam de voltar a desfrutar do nascer do sol.

Я отвела взгляд.

— И что это значит?

— Ничего. Детская считалочка, — отмахнулся он.

— Я точно могу тебе верить? — уточнила я. — И ты не