Черная Принцесса: История Розы. Часть 1 - AnaVi

и не такое же, где она только и сейчас устроила, но и до сих пор же устраивает и в виде же все такого же эпика да и все на той же непарковке двора университета. Содом же и Гоморра да и на своем еще том веку такого явно же не представляли, что они же тут все разом и как раз таки представляли. Прям же почти что еще и под окнами же у самой администрации. Которая если же еще и не чавкала попкорном, запивая все же это недело колой. То и точно уже курила нервно в сторонке. Да и уже непосредственно в самом же этом дворе. Поближе, так сказать, к сцене. Да еще и в отдельной для этого курилке-партере. Променяв ложу. Но и все еще совмещая же таким образом полезное с приятным. А затем приметила еще и пока легкий румянец Карины, отвлекаемой так же бесподобно, как и бесплодно Никитой на чьих же ногах и рядом же уже с кеми, собственно, все это действо здесь и сейчас происходило. И, поглубже вдохнув ее уже и горящий вместе с кастрюлей же сахар, выдохнула через нос и сцепленные же зубы уже и чистый воздух, тут же попытавшись, как и тот еще ионизатор, и охладить сим пространство не только меж ней и Егором и рядом, но и вокруг, прибрав же еще при этом и лишние разряды тока уже и между ними двоими. В который уже раз да и за этот день путаясь и тут же пугаясь этого полного отсутствия всего и всех — рядом с ним. Когда будто и весь фон враз замирает, размывается или вовсе же чернеет и посередине него остается одно лишь светлое пятно. И в нем же — лишь двое. И больше — ничего и никого. Да и ведь ничто, никто более-то уже и не нужно, не нужен. И не интересует же так же уже ни то, ни другое от слова: совершенно. Вот — что страшно-то! Но и одновременно же так до шума тараканов в голове, пожара чертиков и демонов, дьявола в глазах и полета бабочек в животе у собственных же плантаций сирени при одной же лишь пещере в скале с таким же драконом и как никогда же и ни с кем с божьим промыслом в легких красиво и прекрасно. Совершенно!

— И кто в этом виноват? — Фраза-вопрос и в ответ же ему вышла из нее вновь куда жестче и грубей, чем планировалось. И она уже почти была так же готова продолжить его, дополнить и пояснить. Может, даже уже и попросить прощения. Ведь и явно же уже и будучи здесь и сейчас, с ним, можно же и сказать, что и как раз таки наконец наедине не хотела да и не думала же даже изначально перекладывать всю ответственность за нее, него и них на него же одного. Вроде и того, что: «может быть, именно в этом и проблема?» в ответ же все и на его же желание защитить ее, продиктованное затем еще ко всему же и первым же его признанием ей. Обвинив же тем самым еще не только же само чувство его к ней, но еще и его же самого: за то и другое. И надо ж было так опростоволоситься на не старости-то еще лет, пойдя на поводу у так ненавистного же ей самой единственного человеческого дневника среди же не таких остальных и с одной же лишь единственной, единой цитатой подо все, всех и ко всему: «я не знаю, что я чувствую». С продолжением же уже от себя: «а вот раз ты и знаешь — ты и виноват». Что за нее-себя, что и за того парня. А ведь и всегда, как и та же все баба-яга была против, стояла и продолжала же стоять, отстаивая то, что отношения, какими бы они ни были — были обоюдным договором и таким же согласием-соглашением лишь и только двоих. Без односторонне-третьего вмешательства и изменения! Но ведь он и так и без этого же все это и по ней же прекрасно понял. Как и помнил же, зная ранее. Где-то еще и дополнив при этом сейчас, утвердившись же еще и за счет же и начавшего тут же, как и только слова же слетели, подрагивать в своей же свободе и свежести, так еще же и морозности озона. Как и мечущихся по его все лицу карих глаз, особо задерживаясь на его же уже глазах как вместе, так и порознь. Переходя от одного к другому. И обратно. Ища же лишь один его намек на ее же последующее отступление. Который он ей не дал, а скорее даже, наоборот, еще и помог, как и она же ему сама еще сегодня не помогала — но хотя бы и правильно умела распознавать знаки, как и читать же меж строк. Уже неплохо. — Лучше спроси: «что с этим делать?».

— И что же?

Усмехнувшись от таких ее очередных же в него самого стрел, но уже и не от перевода темы, а от вопроса же на вопрос, находясь все еще в одной Егор лишь мельком отвел от нее глаза. Почти и незаметно — так быстро. Но оттого и почти, что и слишком резко. Особенно же и для той, что только так же все почти и делала в отношении же все него, так еще и сейчас же так же почти что и лежала под ним. И единственное же, что и пока же могла рассмотреть и за чем могла следить в принципе, как и особо тщательно, так это за его же все и раз от разу меняющейся мимикой. И поймала же его здесь и с ней, в этом же конкретном моменте за тем, к своему же и прямо-таки безмерному удивлению, за чем и не рассчитывала вообще — за подглядыванием. Буквально! И пусть же и совсем недолгим. Но! С такой явной же еще и завистью, почти и ревностью к тому, не принципиально же и лично, а скорее же даже в общем и именно к тому, что видел. Что сначала же и не сдержала такого же удивленного вдоха, а затем и предательского легко, но и не менее же громкого смешка на выдохе! И дернул же ее опять кто-то из рогатых блеснуть умом, которого, видимо, все-таки и нет, как и глазами же, которых скоро точно так же и вслед