Верни меня, если сможешь... - Яна Борисова

нашёл Вас дома, — снова продолжил он, теперь снимая обувь. — Начал пытать Хама, о том, где Вы сейчас. Кстати, что Вы с ним сделали? Утром он не позволил даже приблизиться к Вашей комнате. По возвращению Хам был более сговорчив, но и то не сразу сказал, где Вы.

— Ничего я не делала, просто нравлюсь ему, — наигранно, спокойно ответила, про себя довольно улыбнулась, представляя, как Хам увиливает от разговора.

Рэйсон тем временем одним лёгким движением, просушил свою одежду и себя, я почувствовала лишь слабый ветерок, невесомо долетевший до меня.

— Нет, нет, прошу не надо, — воскликнула, когда Рэйсон вновь развернулся и поняв, что он собирается проделать этот трюк и со мной.

Он вопросительно приподнял бровь, не понимая моего отказа.

— Мои волосы превратятся в непослушную копну кудряшек, — поспешила объяснить, такую бурную реакцию, на помощь.

В ответ Рэйс расплылся в хитрой улыбке, видимо, представил меня в образе рыжего чертополоха и решал, хочет ли он увидеть это наяву.

— Ну хорошо, подождем, пока вы высохните естественным путём, — весело произнёс он, присаживаясь чуть подальше от меня.

Я благодарно улыбнулась в ответ.

В воздухе повисло неловкое молчание.

— Хотите есть? — предложила первое, что пришло на ум.

— А есть что?

— Вира Августа, собрала мне с собой, думаю, хватит перекусить и двоим, — я указала в сторону одиноко стоящей корзинке, у места, где провела всё утро.

Мгновение спустя, мы уже любовались щедростью виры Августы. Мясо, заботливо порезанное на ломтики, сыр, пышные булочки, несколько яблок и бутылка лёгкого, домашнего вина, тут же пробудили аппетит.

Рэйсон достав откуда-то нож, начал делать бутерброды. Мне лишь позволил принимать пищу, не подпустил даже к сбору составляющих, когда я потянулась, чтобы помочь.

Ели молча, стараясь не смотреть друг на друга.

Солнце уже полностью просушило ткань платья и я, закрыв глаза, подставила лицо к горячим лучам, наслаждаясь теплом, и даже на какой-то момент забыла, что не одна.

— Знаете, Амалия, — вдруг выдернул меня из моей медитации глубокий, обволакивающий голос Рэйсона. — Я часто стал жалеть, об одной глупости, совершённой в юности, считавший до этого времени эту самую глупость своим спасением.

Я посмотрела на мужчину.

Задумчивый, он смотрел, куда-то вдаль, левой рукой при этом, перебирая, кожаный ремешок на правом запястье, это аскетичное украшение я заметила ещё при первой встрече, но не придала ему значение.

— Сейчас же, мне кажется, это проклятьем, — он перевёл взгляд на меня. — Хотя, с другой стороны, не соверши я тогда этого, не думаю, что получил бы такой шанс…

Я замерла, ожидая продолжения.

«Шанс на что?», — но мужчина молчал.

Сейчас он смотрел так, словно внутри его рвали на части противоречия, даже складочка между бровей проступила.

Борьба эта закончилась, очевидно, не в мою пользу.

Рэйсон резко встал.

— Я думаю нам пора, — произнёс он, направляясь к своей обуви, что сушилась неподалёку.

Я разочарованно выдохнула, вставая, следом.

Надев платье, начала воевать с завязками. Эта часть сборов занимала у меня всегда больше всего времени. Каждый раз, когда я начинала с ними войну, клялась себе мысленно, что непременно найду местную портниху и предложу ей стратегию по внедрению в местную, женскую моду пуговиц, а то какая-то несправедливость, мужчины могут позволить себе такую не хитрую фурнитуру, а женщина мучайся.

— Позвольте, помогу, — прозвучало у самой моей макушки, а руки коснулись тёплые, грубоватые пальцы.

Приняла помощь, наклонив голову вбок, убирая волосы.

Платье медленно затягивалось, под умелыми руками. Сердце предательски сбилось с ритма.

Я замерла в ожидании нового прикосновения. На последнем препятствии у самой шеи Рэйсон остановился.

Медленно, чуть касаясь, провёл по голой коже шеи у самых волос.

Я вновь прикусила губу, чувствуя, как по телу пробежала волна жара, остановилась, внизу живота и начала волнительно пульсировать.

Развернув, меня к себе лицом, он аккуратно убрал мои непослушные кудряшки с щеки.

— Спасибо, — хрипло выдавила, неотрывно смотря, в его сейчас темный пепел глаз.

Лицо Рэйсона оказалась рядом с моим, как только я произнесла последний звук.

Осторожно он захватил своими губами мои, будто спрашивая разрешение. В ответ я поддалась чуть вперёд, проведя ладонью по его широкой груди.

Поймав мою руку своей, он крепко сжал её, притягивая меня ещё ближе.

Поцелуй его тем временем из осторожного, переходил в жаркий, терзающий и я отвечала. Отвечала, как умела, пусть неопытно, но со всей страстью, что испытывала к этому невероятному, для меня, мужчине. Ноги предательски подкосились. Кажется, я начала оседать.

— Держу, — меня тут же подхватили на руки, обжигая горячим дыханием губы.

— Я не против, — улыбнулась, стараясь вернуться в реальность.

— Ты самый необыкновенный человек, — опустив меня на землю, он крепко прижал меня к себе. — Кажется, весь мир засеял, когда я тебя увидел.

— Хм… А у меня сложилось совсем другое впечатление, — не удержалась, подначила его, вспомнив его сверкающие от ярости глаза.

— Я просто не ожидал, такого отпора на самое невинное предложение, а потом и поучение меня как надо работать, — шептал он мне в макушку улыбаясь. — Прости.

— А я не доверяю сразу людям, даже если они родные братья моего спасителя, — попыталась оправдаться я. — Прости.

Рэйсон чуть отстранился, заглянул внимательно мне в глаза.

— Я счастлив, что стал для тебя не просто родным братом твоего спасителя, — проговорив это, он прислонился своим лбом к моему и глубоко вздохнул. — Как жаль, что нам пора.

— Пора, — прошептала я за ним.

Покидать это волшебное место, пропитанное нашими открывшимися для друг друга эмоциями, не хотелось, но уходить и правда, уже нужно было.

Разомкнув свои горячие объятья, Рэйсон нехотя отпустил от меня. Пока я быстро заплетала косы, он собрал остатки еды в корзинку.

Шли назад, крепко держась за руки, блаженно улыбаясь друг другу. Хорошо рядом никого не было, иначе непременно выдали бы себя.

Так и представляю, как Ниара отчитывает меня: «Приличная вира так себя не ведёт».

Приличная, наверное, и правда не ведёт, а вот земная очень даже. За своё счастье нужно держаться, даже если оно очень опасное как Рэйсон Эриз.

Как до поместья добрались и не заметила.

— Иди собирайся, — тихо произнёс Рэйс у самой лестницы, — а я предупрежу, что мы готовы.

Я кивнула в ответ и сразу побежала в комнату, поймав Ниару по дороге. Собирать мне особо нечего было, пара платьев да принадлежности для рисования, вот только даже это богатство я не знала, как упаковать.

Ниара, напротив, спокойно начала сборы, взяв откуда-то сумку, давая мне возможность привести себя в порядок.

Нырнув в ванну, закрыв при этом за собой дверь, я прикрыла