Крылья для двоих. Развод - Елена Левашова

– Нет. Я закончил авиаучилище, Лида. Я пилот высшего ранга. У меня армия… всегда.

– Ты кажешься очень сильным.

Вскидываю бровь и улыбаюсь. Она меня разглядывает? Мне ведь не кажется? Краснеет, глаза отводит, губу прикусывает…

– Я и есть сильный.

Молчу, сосредоточившись на дороге… Надо было что-то спросить у нее в ответ, но я затупил. Да и что спрашивать, когда все ее прошлое – рваная, кровоточащая рана?

– Приехали, Лид. Я зайду с тобой, – произношу ультимативно, отстегивая ремень безопасности.

Вадим Семенович охает и подскакивает с кресла, завидев Лиду… Подозрительно косится на меня, однако отвечает на рукопожатие.

– Господи, где вы были, Лидочка? Я вам звоню, звоню… Самое плохое начал думать… Как хорошо, что вы пришли… Ох, – вздыхает он, промокая лоб бумажным носовым платком.

– Позвольте, я скажу? – проговариваю я.

– Тимур, я сама… Вадим Семёнович, так вышло, что единственный, кто мне помогает – Тимур…

– Ермилов Тимур Георгиевич. Мы познакомились при странных обстоятельствах, но я очень хочу помочь Лиде выпутаться из…

– А ей есть из чего выпутываться. Лидочка, тут такое, такое…

Адвокат копается в папке с бумагами. Вздыхает, жмет на кнопку переговорного устройства и просит принести воды.

– Не томите, Вадим Семенович, – взмаливается Лида, потирая руки от нетерпения.

– Отец вашей свекрови, Василий Федорович завещал квартиру вашему сыну Ване. Пока мальчику не исполнится восемнадцать, распоряжаться ей можете вы. И только вы… Так указано в завещании. Но… Если вы лишитесь опеки, родительские права перейдут нашему супругу.

Лида ошеломленно молчит. Раскрывает губы и хватает воздух ртом, не в силах вместить в себя услышанное.

– Потому и приходил в наш дом нотариус… Вместо того чтобы позвонить мне, он прибежал советоваться к Волгиным, – обессиленно шепчет она. – Потому они и хотели от меня избавиться… Пансионаты искали, чтобы меня там признали невменяемой, нуждающейся в опеке.

– Лидочка, им сейчас выгоден ваш побег. Ванечка же не с вами, я правильно понимаю? – постукивает пальцами по столу адвокат.

– Я… Правильно… Думаете, вернуть сына не представляется возможным?

– Будет о-очень сложно. Работы нет. Жилья тоже. Я попробую узнать, готовят ли Волгины иск о лишении вас материнских прав?

Меня разбирает злость. Кого они собрались лишать прав? Лиду? Умную, образованную женщину и хорошую мать?

– То есть бесполезно идти к нотариусу? Я не смогу получить квартиру?

– Идти туда нужно сейчас же! Пока Волгины возятся с документами, вы сможете получить наследство.

– Лид, поедем к нотариусу, – предлагаю я.

– У меня нет паспорта, Тимур, – безнадежно бомочет она.

– Господи, ну, как же так? – разводит руками адвокат.

– Я потеряла его, когда убегала от разъяренных родственников.

– Дуйте тогда в МВД по месту прописки. Вы у Волгиных были прописаны?

– Нет, в квартире мамы.

– Слава богу. Лидочка, нужно успеть втступить в права наследства, пока эти изверги не спохватились.

– Хорошо.Тимур, ты со мной? – поднимает она на меня синий взгляд.

Глава 25

Лидия.

Он почему-то со мной… Высокий, привлекательный, на Тимура обращают внимание все. Кажется, в головках девушек сидит лишь один вопрос: «Что он нашел в этой дурочке? Почему послушно идет рядом и не сводит взгляда?». А мужики, вероятнее всего, жалеют бедолагу…

– Тебе очень идет это платье, – хрипловато произносит Тимур, поднимая на меня взгляд.

В очереди мы стоим почти час… В коридорах пыльно и душно. В воздухе витают ароматы чужих духов, библиотечной пыли и обречённости…

Возле восьмого кабинета толпятся мигранты. В руках женщины – кричащий малыш… Маленький, беззащитный, у меня сердце сжимается от каждого его крика.

Как там мой Ванечка? Малыш мой, сыночек… Никогда не считала себя сумасшедшей мамашей, но сейчас я убить готова за шанс его увидеть…

– Спасибо, Тимур. Наверное, все дело в том, что это платье твоей жены.

– Бывшей жены, Лид. И уже погибшей, – отвечает он нахмурившись.

– Волгина! Проходите, – кричат из кабинета.

– Почему она? Они позже пришли, – возмущается бабулька в широкой соломенной шляпе.

Тимур решительно берет меня за руку и тянет за собой. Сама бы я уступила… Опешила от грубости, одеревенела… Мне себя иной раз хочется от души треснуть. Когда я уже вырасту или научусь защищать себя?

– Здравствуйте, я Волгина. Мне нужно восстановить паспорт, я его потеряла.

Худощавый, рыжий парень в полицейской форме взмахивает ладонью, указывая на место, и переводит взгляд на Тимура.

– А вы кто? Подождите в коридоре.

– Я ее… жених, – без колебаний отвечает Тимур. – Нам очень нужен паспорт, понимаете? Я пилот международных авиалиний, скоро улетаю в длительный рейс. Мы хотели пожениться и…

– А вы не замужем? – хмурится лейтенант.

– Документы на развод уже в суде, – хлопая глазами, вру я. – Пожалуйста… Мне нужно получить паспорт поскорее.

– Не могу ничего сделать. Срочности в этом вопросе нет. Все должны проверить перед тем, как… – сощуривает он взгляд, пялясь в экран. – А почему вы не сказали, что находитесь под следствием?

– Под каким еще следствием? – нервно сглатываю я.

– Елена Васильевна Волгина обвиняет вас в краже комплекта с бриллиантами и двух миллионов рублей. Заявление она написала позавчера, его принял следователь Морозов.

Два миллиона… Я же видела их и не взяла… Хоть на конверте и было написано мое имя.

– Комплект… вот, – касаюсь сережек и демонстрирую кольцо. – А денег я не брала.

– Вам тогда нужно к следователю… Но это я в базе подсмотрел. У нас есть доступ, – чешет он затылок. – Зачем вы украли драгоценности?

– Я их не крала. Она подарила их мне. Паспорт я могу получить или этого права у меня нет?

– Можете. Давайте документы.

Глава 26

Лида.

Осознание того, что все потеряно, запаздывает… Все это время я двигалась вслепую – на инстинктах, автомате, чувстве страха…

Тимуру в этом плане легче – он привык доверять приборам. А мне на что ориентироваться? Плыть по течению, доверившись судьбе, или снова строить планы?

– Тимур, я боюсь, – шепчу, когда мы выходим из