Крылья для двоих. Развод - Елена Левашова

– То есть наверняка ты не знаешь?

– Нет. Он целовал меня, Лид… Сказал, что хочет вернуть, – заливается краской подруга. – Уточнил про беременность – не послышалось ли ему?

– Дарин, я рада за тебя. А как твоя тетя? Она сдает домик?

Я успела рассказать подруге по телефону о пропаже денег.

– Сдает. Я помогу тебе, Лид. Я за статьи получила на прошлой неделе. Все будет хорошо. И Ванечка… Я видела их, – неуверенно произносит она.

– Господи, и ты молчишь? Где и когда? Он здоров? С кем был мой мальчик?

– Погоди, Лидочка. Он был с женщиной. Думаю, Волгины наняли няню. Взрослая, с короткой стрижкой, строгая, хорошо одетая. Они гуляли в сквере на Суздальской.

– Это недалеко от дома. Может, мне его выкрасть?

– Не надо. Не руби сплеча, успокойся. В таких ситуациях нельзя действовать сгоряча.

– Вот и Тимур так говорит. А мне хочется взорвать это мир, Дарин. Я на что угодно готова пойти ради сына.

– Вот и взорви. Но сделай это правильно. Сейчас, погоди, – произносит она, касаясь пальцами экрана смартфона. – Тетя Лариса, квартирантка на днях заедет. Оплату я внесу, ладно? Договорились. Я скину ее паспортные данные, секунду.

– Черт… Паспорт будет готов через несколько дней. Я его восстанавливаю.

– Ничего. Лариса Семеновна подождет. Она дама правильная, любит, чтобы все было по закону – договор и все такое… А у тебя будет повод пожить у Тимура подольше.

Дарина замолкает, а входная дверь тихонько распахивается… Испуганно бегу в прихожую, завидев незнакомую мне молодую женщину…

– К-кто вы? – распахиваю глаза и прижимаю руки к груди.

Я уже боюсь их – девиц Тимура… Мало ли какие в их ревнивых головках водятся мысли?

– Простите, если напугала, – широко улыбается она. – Я его сестра Соня. – Тим попросил меня вас навестить. Все рассказал… Мне очень жаль, что все так вышло, – вздыхает она, сбрасывая босоножки.

– Ой… Я и правда испугалась. Это Дарина – моя подруга. Пришла меня навестить. Тимур разрешил.

– Тогда чаю, девчонки?

– Проходите, Соня. У меня тут сырная лепешка.

– С удовольствием отведаю. Как у Тимура стало чистенько, уютно… Вы волшебница, Лида.

Она садится за стол, а я тянусь к чайному сервизу, украдкой ее рассматривая. Красивая, стройная, она очень похожа на брата… Та же широкая, дружелюбная улыбка, ямочка на правой щеке и темно-русые, с оттенком меди волосы…

– Тимур говорил, что вы ищете работу по специальности, – поднимает на меня взгляд Соня. – Пожалуй, я могу предложить вам должность помощника ветеринара в клинике.

– Правда?

– А почему помощника? – хмурится Дарина. – У Лиды и диплом имеется.

– В клинике вакансии нет, к сожалению. Но… – суетится она, оживляя экран смартфона пальцами. – Взгляните, вот мой приют. Не знаю, пойдете ли вы на это… Работать там нелегко. Животных привозят в ужасном состоянии. Избитых и измученных, больных… Зарплата маленькая.

Она листает фотографии из галереи.

– Я пойду, Сонь. И в клинику, и в приют… Справлюсь. Мне сына поднимать надо, если, конечно…

Не договариваю – меня душат слезы… Я в отчаянии, понимаете? Мать, потерявшая надежду… Бесправная, обманутая женщина, к мнению кого не прислушаются. Все продано, выкуплено… Места, должности, полномочия. Что я могу? Как могу бороться за сына?

– Все будет хорошо, Лида. Я в этом уверена на все сто, – ободряюще жмет мою руку Соня. – Вы хорошая девушка. Честная, красивая, открытая… Никто не посмеет отказать вам в праве растить сына.

– Вы не знаете их возможностей… Это страшная семья. Подозреваю, что они причастны к гибели Ларисы – первой жены моего мужа… Если это так, представляете, на что они могут пойти, чтобы добиться своего?

– А что им нужно? Только ваш сын? – уточняет Лариса.

– Нет. Наследство, завещанное мне дедушкой моего мужа. Я ухаживала за ним.

– Отдайте его им… Отдайте без сожаления, Лид. Пусть вернут вам мальчика и все… По-моему, это равноценный обмен?

– По-моему, тоже, – кивает Дарина, уминая третий кусок лепешки. – Ты и сама сумеешь купить квартиру. Ипотеку возьмёшь. Была бы работа…

– Будет. Наберетесь опыта, а потом откроете частный кабинет.

– Лид, надо позвонить Волгиным и предложить обмен.

– Так я и знала, – качает головой Соня. – Тимур просил меня заботиться о вас, оберегать от поспешных решений. Мы дождёмся его. Никому не станем звонить, ладно? Нужно все хорошенько обдумать. Вдруг им нужен еще и мальчик? Тогда разговора не получится…

– Конечно, нужен. Он единственный внук Волгиных.

– Как вы сказали? Волгиных? – бледнеет Соня. – А Лариса… Кажется, я знала ее. Она приезжала ко мне с песиком.

– Погодите, может, вы ошиблись? Лариса Волгина, – повторяю я и нервно потираю руки.

– Точно она… Песик у нее редкой породы – ксоло. Лысая, мексиканская собака.

– И… И что потом? Она перестала приезжать?

– Сейчас ее мама привозит Лорда. Господи… Разве может мир быть таким тесным?

– Лид, надо бы встретиться с родителями этой Ларисы, – предлагает Дарина. – Может, у тебя появится шанс прижать Волгиных? Но сначала мы дождемся Тимура.

– Так и сделаем, – поддакивает Соня. – Адрес есть в картотеке.

Глава 28

Тимур.

– Тимур Георгиевич, вы не заблудитесь? – хихикают стюардессы, когда мы выходим из автобуса.

Я приземлился в Питере, аэропорт Калининграда отказался принимать из-за грозы и сильного ветра.

– Нет, девчонки. Кстати, далеко не убегайте, Калининград скоро откроют.

Моя дочка живет здесь… Девочка, которую родила Оксана. Обида горчит в горле, когда я выхожу из Пулково. Беру такси и еду в гостиницу.

Почему жена так поступила со мной? Боялась, что ее новый избранник не примет чужого ребенка?

Интересно, он узнал правду хотя бы перед смертью?

Или я ошибаюсь? Валентина Афанасьевна ведь не утверждала, что малышка моя? Только предположила.

Заселяюсь в номер и звоню бывшей теще. Я уже тогда должен был догадаться, что для возвращения Оксаны на родину имелась причина… Беременность. Пожалуй, ничто другое не помогло бы