Зажигая звезды - Мари Милас

– Ты бледная. Может, домой? – Он берет меня за обе руки, придерживая.

– Все в порядке, Лиам, правда. Сейчас я отдохну и приду в себя.

– Не придешь. Собирайся, мы едем домой. – Грубый бас раздается позади меня. После чего меня разворачивают, вырывая из рук Лиама. Пара кристально голубых глаз смотрит на меня с гневом и искренней обеспокоенностью. Понятия не имею, как он смешивает две эти эмоции в одну.

– Лиам, мы больше в твоей компании не нуждаемся. Пока. – Леви машет ему рукой, улыбаясь, как придурок.

– Боже, не будь грубияном. – Я вырываю свои руки из его хватки.

– Каким бы мудаком он ни был, я солидарен с тем, что ты должна пойти домой, – серьезно произносит Лиам. – Я могу отвезти тебя.

– Через мой труп, мать твою, – рычит Леви и приближается к нему.

Боже, я не готова сейчас разбираться с их «солнечными» отношениями.

– Во-первых, мне не нужно домой, соответственно, меня никто никуда не повезет. – Я перевожу дыхание, пытаясь унять дрожь. – Во-вторых, ты, – указываю на Леви, – извинись перед Лиамом за то, что ведешь себя как неандерталец. – А ты, – указываю на Лиама, – извинись перед Леви за то, что назвал его мудаком. – Я опираюсь на стену позади себя, пытаясь устоять на ногах, пока они оба смотрят на меня как на сумасшедшую. – И в-третьих, я…

– Ты едешь, черт возьми, домой, – говорят они в унисон.

– Я ее отвезу, а ты идешь переодевать свои лосины, – произносит Леви, гневно смотря на Лиама.

– Аннабель, напиши мне, как будешь дома. Хорошо? – ласково спрашивает меня друг.

– Я не еду домой! – чуть ли не кричу я. Мне нельзя домой, нельзя, нельзя… Нужно просто пойти умыться, и мне полегчает. Папа вытрясет из меня душу, если я заявлюсь домой, не отсидев ни одного урока, но посетив тренировку. Мне страшно даже представить, какой апокалипсис может начаться.

– Разберись с ней. Если нужно, то свяжи, только забери отсюда, – обращается друг к Леви, после чего разворачивается и уходит. – Мудак, – бросает он напоследок.

– Придурок, – не унимается Леви.

Он подходит ко мне, нежно поглаживая по голове.

– Пожалуйста, Бель, поехали домой.

– Нет, я не могу, мне нельзя, – бормочу я, опустив глаза в пол.

Он берет меня за подбородок, поднимая голову так, чтобы я смотрела в его глаза. Не переставая гладить по голове, Леви спрашивает:

– Почему тебе нельзя домой?

– Потому что я нормально себя чувствую, и в этом нет необходимости. – Я пытаюсь отстраниться и обойти его. Он не отпускает меня, а во мне нет сил, чтобы продолжать сопротивляться.

– А теперь правду. Чистую правду, Бель, – произносит он тоном, который не подлежит возражениям.

– Папа… – вздыхаю я. – Если он узнает, что у меня хватило сил, чтобы заниматься балетом, но не хватило сил, чтобы учиться, он…

– Собирайся. Ты не поедешь домой, но и тут не останешься.

– Но…

– Никаких но, Бель. Расслабься хоть на минуту. Ты мне еще пригодишься, а тебя ноги еле держат.

Он дарит мне легкую улыбку, и я действительно впервые хочу просто расслабиться. Не бояться последствий, моральных унижений и тирании. Дрожащих рук и слез. Не стыдиться того, что болею и не всегда соответствую чьим-то ожиданиям.

– Хорошо.

Глава 14

Аннабель

Леви ждет меня у выхода из школы, когда я подхожу к нему после того, как переоделась. Скажу честно, удалось мне это с трудом, потому что мои руки трясло, как листья деревьев на ветру.

– Мы можем идти. – Я касаюсь его плеча, подходя со спины. Он разворачивается, оценивая меня взглядом.

– Хорошо. На улице сильный дождь. Стой тут, а я подъеду как можно ближе ко входу и напишу сообщение, чтобы ты выходила. Отец вернул тебе твой телефон? Или мне написать на мой?

– Они оба со мной.

После этих слов Леви начинает снимать с себя куртку. Что?

– Накинь на голову, когда побежишь до машины, – инструктирует он.

– Но…

– Боже, Бель, выкинь слово «но» из своего лексикона и просто сделай это. – Он раздраженно закатывает глаза.

– Н… – Мне приходится прикусить язык, чтобы не сказать свое любимое «но». – Ты же промокнешь. – Я смотрю на него, нахмурив брови.

– Думаю, у меня получится с этим справиться. Я не растаю, но можешь называть меня Сахарок.

Подмигнув, он разворачивается и уходит, пока я тихо хихикаю над его словами.

Подойдя к окну, вижу, что на улице развернулась полномасштабная природная катастрофа. Как еще объяснить то, что прямо сейчас за окном посыпался град размером с мяч для гольфа? Наверное, даже природа чувствует, что сегодня вечером у нас дома произойдет настоящий Армагеддон.

Я уверена в том, что папа обязательно узнает о моем прогуле. И дело даже не в маме, которая работает в школе. Она бы не стала рассказывать ему. Папа умеет читать меня как открытую книгу и держать мою жизнь в своих руках. Это лишь вопрос времени, когда правда всплывет на поверхность. Надеюсь, прежде чем я переступлю порог своего дома, мне удастся сохраниться, как в компьютерной игре.

Звуковой сигнал телефона оповещает меня о новом сообщении:

Выходи и береги голову.

Ты разгневала Бога, и теперь он кидается камнями.

Я смеюсь, прикрыв ладонью рот. Убрав телефон обратно в сумку, накидываю куртку Леви на голову и выбегаю на улицу. Машина действительно стоит достаточно близко ко входу, но, несмотря на незначительное расстояние, мне удается промокнуть. Страшно подумать, в каком состоянии находится Леви.

Быстро открыв дверь, я запрыгиваю внутрь и сбрасываю мокрую куртку с головы, убирая ее на заднее сиденье. Вода стекает с меня, образуя небольшие лужицы на кожаном сиденье стоимостью, наверное, с крыло самолета. Взглянув на Леви, я вижу, что он весь мокрый. Абсолютно весь – на нем нет ни единого сухого места. Мокрая рубашка прилегает к его телу, очерчивая мышцы груди и пресса. Зачесанные назад волосы распределены на проборы пальцами руки. На лице остались маленькие бисеринки воды, которые так и хочется смахнуть прикосновением ладони. Он смотрит на меня взглядом, от которого кожа нагревается и, наверное, моментально высыхает.

Черт, в этой машине однозначно повышенная влажность. И я не уверена, что из-за дождя. Мне приходится мысленно ударить себя по щеке, чтобы привести в чувства.

– Кхм… Думаю, можно ехать, – бормочу я, отводя от него взгляд.

– Да. Пристегнись. – Леви поворачивается лицом к дороге и, как только раздается щелчок ремня безопасности, трогается с места.

– Почему на твой телефон еще ни разу никто не позвонил и не прислал какое-нибудь сообщение? – Я задаю вопрос, который интересовал меня с того момента,