Эллиот Майлз - Т. Л. Свон

– Случайный секс меня не интересует. – Выпрямляю спину, чтобы казаться убедительнее.

– Еще как интересует! – выдает меня Ребекка. – А как же Хит? Вы двое трахались как кролики месяцами, и вам было наплевать на весь мир.

– Так то был Хит, он не считается.

– Это почему это?

– Потому что он был только-только после разрыва отношений, мы трахались «на отскоке», – поясняю я, запивая пояснение вином. – Это другое дело.

Дэниел корчит рожу, выражая отвращение.

– То есть ты на самом деле предпочла бы какой-никакой секс «на отскоке» с Хитом жаркому и зажигательному – с секс-богом Эллиотом Майлзом?

– Он мой начальник! – фыркаю я.

– Так оно и хорошо! Требуй повышения, делая ему минет. Получишь бонус два в одном!

Мы все хихикаем.

Глаза Ребекки на миг отрываются от чтения.

– Ты действительно смотрела на его член?

– Нет! – снова фыркаю я. – Это его мечты. У меня на работе есть занятия получше, чем глядеть на его дурацкого змея в штанах.

Дэниел и Ребекка покатываются со смеху.

– Откуда ты берешь такие сравнения, Кейт?

– Я росла с братом Брэдом, – поясняю я. – Знаю все до единого названия и прозвища мужского члена. Ящер, хобот, дирижерский жезл, – бормочу я скороговоркой, прихлебывая вино. – Назови любое – я его слышала.

– «Вжарь мне своей дирижерской палочкой», – тут же напевает Дэниел на популярный мотивчик. – Скажите, отличная песня? Жаль, что ее больше не исполняют. Почему бы кому-нибудь не сделать на нее ремикс? Клянусь, я стал бы рекорд-продюсером проекта!

– А разве продюсеры еще существуют? – удивляется Бек. – В смысле, сейчас уже не делают таких альбомов, как раньше. И как эта работа теперь называется?

– Хороший вопрос, – киваю я.

– Прошу вас. – Официантка приносит нашу еду и расставляет перед нами.

– Спасибо!

Она уходит, и мы втроем принимаемся за еду.

– О, кстати, а в субботу вечером у нас с вами общий выход, – говорит Дэниел с набитым ртом, вгрызаясь в свой стейк.

– Куда? – интересуется Ребекка.

– «Клуб 55» открывает новую точку. У меня есть четыре ВИП-билета.

– Целых четыре? – оживляется Бек. – А можно, я возьму Бретта?

– Да, конечно, почему ж нельзя, – говорит Дэниел, не прекращая жевать. – Не забудь, что завтра мы идем покупать тебе рабочие шмоточки, Кейт.

– Да мы ж только на тех выходных закупались вроде? – удивляюсь я.

– Да, но теперь ставки поднялись, твой шеф, горячий парень, хочет тебе вдуть. Нам нужно добиться, чтобы у него аж яйца посинели, да так, будто вот-вот отвалятся… пока он не начнет умолять.

– Вот еще! Не будет он умолять!

– О, еще как будет!

Закидывая в топку очередную порцию еды, только фыркаю.

– Ну отлично! Если учитывать, с какой скоростью ты растрачиваешь мои денежки, мне действительно придется зарабатывать премию.

– Делай это на коленях, – советует Дэниел, кивая и салютуя мне бокалом. – Заработай эти грязные бабки, подруга! Намекни ему, что, если он выделит тебе служебную машину, ты не только отсосешь, но даже сглотнешь.

– Прекрати! – хохочу я. – Заткнись, пожалуйста!

– Да это я так, к слову пришлось, – пожимает плечами друг.

Продолжаю жевать, пытаясь согнать с лица улыбку.

А я бы и бесплатно сглотнула.

Как обычно, сижу в кафе и наблюдаю, как паркуется у здания «Майлз Медиа» черный «бентли». На часах всего половина седьмого, и, судя по тому, что водитель выходит из машины и стоит у крыльца в состоянии полной готовности, я понимаю, что Эллиот, должно быть, скоро уедет.

Делаю глоток кофе, мысли крутятся в голове сами по себе.

У него всегда за рулем шофер?

– Здесь не занято? – спрашивает кто-то, похлопывая по табурету рядом со мной.

– Нет, – вежливо отвечаю я. – Пожалуйста, можете садиться.

Мое внимание возвращается к зданию нашей компании… интересно, где он живет? Достаю телефон и впервые в жизни набираю в поисковике имя «Эллиот Майлз».

Эллиот Майлз – третий сын медиамагната Джорджа Майлза и его жены Элизабет.

Наряду со своими тремя родными братьями входит в список известных богачей США, обладает, по приблизительным оценкам, состоянием в семьсот миллионов долларов.

– Сколько?! – невольно ахаю я.

Не чуждый публичности и верный семейным традициям, Эллиот Майлз замечен в связях со многими самыми красивыми женщинами мира.

Любовно прозванный журналистами Казановой в силу очевидной способности заставлять женщин исполнять любое свое желание, Майлз имел непродолжительные связи с Эммелиной Хаузер, прославленной пианисткой, Хизер Моретти, не менее прославленным арт-директором американской редакции «Вог», а в последнее время – с Клариссой Малхолланд, адвокатом по правам человека, работающей в Организации Объединенных Наций.

Ему нравятся женщины умные и интересные, при этом красота – на третьем месте в списке, пусть и отстает от первых двух ненамного.

Перехожу в раздел картинок – открываются бесконечные ряды его фотографий с женщинами: официальные мероприятия, яхты, ночные клубы, премьеры…

Да он прямо гребаная рок-звезда!

Прикусив губу, скептически задираю бровь. Фу, Казанова Майлз… глаза бы мои на тебя не глядели!

Впрочем, ладно. Закрываю картинки и возвращаюсь на главную страницу.

Читаю дальше.

Его коллекция искусства, одна из лучших в мире, оценивается в более чем двести миллионов долларов и выставляется в частной галерее в Нью-Йорке. По слухам, экспонаты, самые близкие сердцу владельца, хранятся в его лондонском доме.

– Частная галерея, серьезно? – бормочу себе под нос.

Вконец раздосадованная, поднимаю глаза на «бентли».

Ну, и где этот блудливый кошак?

Мне вспоминаются слова из моей переписки с Эдом. Он, оказывается, не ищет ни пылкую, ни сексуальную.

Он ищет необыкновенную.

Грызя ноготь, думаю, что это значит.

Принимая во внимание всех прекрасных женщин со всех концов света, с которыми он встречался.

Необыкновенная.

Даже сама формулировка – и та странная.

И когда я ее встречу, я это пойму.

Снова перебираю наш диалог, слово за словом.

Я верю в любовь с первого взгляда. Когда наши глаза встретятся, мы оба это поймем.

Прикусываю губу, пряча улыбку.

Двери распахиваются, и широкими решительными шагами выходит на улицу Эллиот.

Портфель в руке. Спина прямая как шомпол. Ему не нужно никому доказывать свою силу, она и так видна. Эллиот Майлз – прирожденный лидер до мозга костей.

Он кивает и говорит что-то водителю, садясь на заднее сиденье. Дверца закрывается.

Машина выезжает на улицу, и я провожаю ее взглядом.

Когда наши глаза встретятся, мы оба это поймем.

Грустно усмехаюсь.

Эллиот Майлз до сих пор верит в волшебство.

И я знаю, что он ждет встречи не со мной.

Я не необыкновенная.

У нас не случилось того момента, от которого перехватывает дыхание, и ладим мы примерно