Незабудка для конунга - Полина Атлант

Я не смогла сказать ни слова, просто сидела и плакала, не могла остановиться, такие эмоции вызвало у меня случившееся. Эмма увидела кучу тряпок на полу и ужаснулась. Она подняла с пола сарафан и осмотрела его.

— Кто-то порезал и порвал всю мою одежду.

— Но кто, вы же с Ингвальдом с вечера тут? — задумалась Эмма и присела рядом.

— Я не знаю…

— Нужно спросить ту служанку, Асту, что убирается в этих покоях, — Эмма крепко обняла меня.

— У тебя есть с собой запасные вещи? — я положила тяжелую голову на плечо подруги.

— Конечно! Давай сходи в баню, я принесу тебе все туда, пойдем, — Эмма потянула меня за руку.

Я встала, она накинула на меня длинный плащ и вывела из дворца через задний ход. Ингвальда в бане уже не было. Оставив меня с рабыней, Эмма пошла за одеждой. Я залезла в бочку с теплой водой и помылась.

Вскоре вернулась Эмма и принесла мне одежду.

— Кэролайн, хватит, пора завтракать. Ингвальд ждет тебя, и он не в самом лучшем настроении.

Эмма и рабыня одели меня и привели мою внешность в порядок. С плохим настроением я вошла в зал дворца, окинув взглядом всех присутствующих. Почти все знатные мужья из далеких мест уже покинули угодья конунга.

Я подошла к столу и присела на свое теперь уже законное место, резное кресло во главе стола, рядом с Ингвальдом. Раньше я могла тут сидеть, лишь если господин дворца того желал.

— Служанка нашлась? Она единственная может знать, кто еще входил в наши покои, — я взяла с подноса глубокую резную чашу со свежей кашей и сухими ягодами.

— Нет, она пропала вместе с твоим подарком, диким скакуном, — Ингвальд, как обычно, завтракал отваренными яйцами, жареной ветчиной и теплыми лепешками.

— Думаешь, это она та самая, что служила Кристин? — я налила нам из кувшина теплого свежего молока.

— Да, кроме нее, никто не посмел бы, — с грустью ответил Ингвальд и тяжело вздохнул.

— Я хочу, чтобы ты нашел эту Асту и наказал ее! — заявила громко я, чтобы все за столом услышали. Люди должны знать, что я теперь жена конунга и никто не смеет мне вредить и угрожать.

— Конечно! Я уже отправил людей на ее поиски.

— Мой отец тебе не говорил, он сегодня уезжает или на днях? — я посмотрела в сторону отца, он выглядел устало, видимо, всю ночь отмечал сватовство.

— Спроси его сама.

Когда мы позавтракали, конунг встал, осмотрел всех и громко сказал:

— Мы возвращаемся во дворец, сегодня нас ждет обряд на источнике!

— Собираться? — спросила Эмма.

— Да! — кивнул он ей и покинул стол со своими дружинниками.

Я не стала оставаться и как можно быстрее собралась в дорогу. Пустой сундук остался тут, а попорченную одежду я попросила выкинуть или сжечь. Как хорошо, что у этой служанки не было ключей от моих личных сундуков и она не добралась до них.

Мы поехали верхом на лошадях, погода располагала к неторопливой прогулке. Было прохладно, но сухо. Со мной рядом ехали отец и Ингвальд. Конунг был зол. Он смотрел вперед на дорогу.

— Дочь, все хорошо?

— Да, — я посмотрела на отца и улыбнулась. — Ты останешься до ритуала у источника?

— Разумеется! — кивнул отец, и я увидела на его руке браслет-змейку династии Драгоценных, теперь мы были большой крепкой семьей.

Прибыв во дворец, я почувствовала себя намного легче. Войдя внутрь, конунг собрал в зале всю прислугу.

— Принимайте вашу госпожу Кэролайн! — он поднял мою руку и поцеловал ее.

— Мы очень рады новой госпоже, — сказала Фрида и хотела меня обнять, потом передумала и заплакала.

— Я тоже счастлива, что вы меня принимаете, — обвела я взглядом собравшихся женщин, прислугу и рабынь.

— Кто-нибудь из вас сегодня видел служанку по имени Аста? — продолжил Ингвальд.

— Нет, господин, она уехала вместе с вами, и с тех пор ее не видели, — отчиталась Фрида.

— Когда явится, немедленно сообщить мне или Лодину, — распорядился конунг, и они с отцом развернулись и пошли из дворца по каким-то делам.

— Что такое, госпожа, на тебе лица нет? — смотрительница подошла ко мне и крепко взяла за руки.

— Ох, Фрида, кто-то испортил всю мою одежду, порвал и порезал целый сундук моих дорогих нарядов, — я сдержалась перед служанками, чтобы не выругаться.

— О боги, кто посмел такое натворить?

— Не знаю, Фрида. Но нужно найти эту Асту, только она имела право входить в супружеские покои, и, кроме нее, там больше никого не видели, — я развела руками.

— Зачем ей это делать, не понимаю, господин с нее шкуру спустит, — недовольно покачала головой Эмма, идя со мной.

— Может быть, потому что она была одна из верных служанок долгие годы. Не понимаю, почему Ингвальд не отправил Асту прочь вместе с Кристин! — громко ругалась я.

— О боги, что творится! Госпожи Кристин тут больше нет, но все равно за нее кто-то мстит тебе, — подруга тоже не понимала зачем, когда с прежней госпожой уже все было решено по закону.

— Фрида, попроси прислать сюда портниху с тканями, мне нужна новая одежда, — дала я задание смотрительнице.

— Сделаю, госпожа, расспрошу еще наших мастериц, может, у кого что есть.

— Спасибо, Фрида! — поблагодарила я свою верную служанку и отпустила ее по делам.

— Какая ты уставшая, может, приляжешь немного отдохнуть перед ритуалом? — Эмма закрыла двери, подошла ко мне и крепко обняла.

— Да нет, скоро мы поедем к источнику, не хочу выглядеть как сонная муха, — я сняла плащ и отдала его хозяйке.

— А сейчас ты выглядишь, госпожа, как загнанная лошадка, и поверь мне, после ритуала тебя ждет долгая бессонная дочь в постели с господином, — сказала Эмма и стащила с кровати тяжелый плед, намекая мне, что я должна прилечь.

— О боги, мой наряд с помолвки тоже испорчен... что я надену… — послушав подругу, я сняла с себя сарафан и легла в постель.

— Не волнуйся, у тебя ведь тут осталась еще одежда, я посмотрю, что там,