Хрустальный пепел - Беатрис Лайтвут

нечто новое, свежее. Я хочу тебя распробовать, — Нанше широко улыбается, демонстрируя идеальные белые зубы. Ее красные губы ярко выделяются на фоне бледной кожи. Я не отвожу взгляда, жду продолжения. Пока нечего бояться, у нее было сотни шансов убить меня, но я все еще дышу. Внутри у меня рождается новое чувство — любопытство. Мы уходим все дальше от центра деревни и направляемся к небольшой возвышенности. Там между двух столбов, прикованный цепями висит Ланс. Я не вижу его лица, голова свешена на грудь, а сам он не движется. Сердце сжимается, сковываясь ужасом. Я прибавляю шаг, срываясь на бег. Нанше не останавливает меня. Подбегаю к нему, поднимая его лицо. Глаза закрыты, ровное дыхание согревает мои щеки. Я осматриваю его тело, убеждаясь, что ему не причинили вред.

— Ланс… — я тихо зову его, пытаясь привести в чувство. Но он молчит. — Ланс, ну же!

Я трясу его за плечи, а потом обращаю свой яростный взгляд на Нанше. Меня трясет от бессилия и непонимания того, что с ним случилось. Ему может помочь только королева. И по взгляду карих глаз я понимаю, что она знает о своем превосходстве.

— Что с ним? Что вы сделали? — я стараюсь спрятать угрозу, но мой голос все равно звучит высоко, передавая мою панику и страх за него.

— Я не имею к этому отношения, — произнесла королева скучающим тоном, — это расплата.

Он говорил, что плата кровью имеет последствия, для каждого мага свои. Значит, он еще не приходил в себя. Я коснулась его лица пальцами, любуясь таким редким умиротворением на его лице, делающим его почти мальчишкой.

— Мы должна забрать его отсюда, он может быть в том же шатре, что и я…

— Здесь только я отдаю приказы, — оборвала меня Нанше.

— Прошу вас… — я могла только умолять, мне нечего было предложить ей. И Ланса потерять я тоже не могла.

Мы долго смотрели друг на друга, будто ведя безмолвную битву. Если она не смилуется, мне придется освобождать его самой и тогда на легкую помощь можно не рассчитывать. Но я была готова рискнуть. И Нанше это видела.

— Заключим сделку, — женщина принялась рассматривать свои ногти, будто все происходящее здесь казалось ей неимоверно скучным. — Сегодня вечером у нас будет небольшой праздник, я хочу, чтобы ты станцевала для меня.

Я изумленно уставилась на нее. Танцевать? Взглянула на Ланса, на натертые кровяные запястья и потрепанную одежду. Сейчас он был для меня важнее всего. Пять минут позора я смогу выдержать.

— И это все? Танец в обмен на помощь ему?

— Возможно, у меня найдется еще пара прихотей, но это мелочи, — она усмехнулась, осознавая свою победу. — Главное твой драгоценный маг будет в теплой постели и с должным уходом. Ну, так что?

— Я согласна.

— Умная девочка, — королева была очень довольна собой. А я уже мысленно станцевала и уже сидела у кровати Ланса, держа его за руку и смотря в его голубые глаза. Я нежно коснулась губами его губ.

— Все будет хорошо… — прошептала я, еще не зная, чем для меня обернется этот вечер.

Глава 12

Нанше проводила меня до шатра и, не сказав больше ни слова, бросив напоследок лишь хищную улыбку, удалилась. Я же не могла улыбаться. Чувствовала, как меня придавливает к земле, ломая все сильнее. Хуже безысходности может быть только неизвестность, потому что сил бороться с мечущимися мыслями и догадками все меньше. Всего несколько дней назад я чувствовала поддержку Ланса, была хоть в чем — уверена, не чувствовала себя одинокой.

Но сейчас…

Метка по-прежнему на мне. За мной по-прежнему идет охота, Ланс без сознания, а я в лагере ведьм и не знаю, что мне делать дальше. Как получить помощь королевы в одиночку? Я ничего не знаю об их мире…

Я опустилась на пол, обнимая колени. Все стало таким сложным, а я раньше жаловалась на свою обычную скучную жизнь. Я усмехнулась, понимая, что нужно было правильнее загадывать желания…

Я бы просидела в своей печали так весь день, если бы в мой шатер не ворвались, словно вихрь, Дора и Шантра. Я тут же вспомнила их злые шутки, и смело посмотрела на них. Теперь им меня так просто не запугать.

— Нанше приказала подготовить тебя к вечеру, — произносит Дора, улыбаясь во весь рот. Сейчас ее улыбка выглядит искренней. Блондинка вся сияет, на ее лице я замечаю даже проблески вины.

Я поднимаю брови, и Шантра цокает языком, тряся стопкой одежды.

— Ты же не думала, что на празднике можешь появиться в людской одежде? Это почти что оскорбление, — она прошла к столику с зеркалом. Я наблюдала, как ее внушительная черно — пепельная шевелюра из нескольких десятков косичек подпрыгивает. Никогда не видела подобной прически.

— Садись, у нас мало времени, — фыркнула Шантра, уперев руки в бока.

— Тебе бы не повредила капелька вежливости, — пробурчала я, поднимаясь с места.

Дора прыснула, но промолчала. Шантра насупилась, но не стала ничего отвечать. Я послушно опустилась на стул, впервые тщательно взглянула на себя. Вид был не из лучших. Бледная кожа, красные глаза, огромные мешки, потрескавшиеся и обкусанные губы.

Шантра заметила, как я пристально рассматриваю себя, хмурясь все больше, и ее лицо становилось все более недовольным.

— Все можно исправить, — констатировала она, — даже тебя.

— Все ведьмы такие злые, или только тебя змея в детстве укусила? — я складываю руки на груди, смотря на Шантру в зеркале.

— Она не слишком любит чужаков, — пожимает плечами Дора, беря в руки гребень, — так что просто игнорируй.

— Есть какая-то особая причина?

— Не твоего ума дело, — рычит Шантра.

Я понимаю, что разговора не получится, и молчу, пока ведьмы выполняют приказ — делают меня уместной для сегодняшнего праздника.

— У тебя красивые волосы, — улыбается Дора, расчесывая мои непослушные темные локоны. Они единственные не были разочарованием во всем моем внешнем виде.

Не успела я ее поблагодарить, как Шантра закатила глаза. Дора показала ей язык. Мне показалось это забавным, они словно две сестры, совершенно разные, но прекрасно ладящие друг с другом.

Прошел примерно час моих мучений. Дора была бережной и аккуратной, а Шантра же агрессивно пыталась придать мне подобающий вид. Румяна, помада, тени и еще куча вещей из нашего мира понадобились, чтобы в зеркале появилось красивое отражение. Я не спрашивала, откуда это все у ведьм, которые на каждом углу говорили, как ненавидят людей.

— Теперь остался последний штрих, — произнесла Дора, протягивая мне одежду для вечера. Она потянулась к застежкам на моих штанах, но я