Ошибки, которые мы совершили - Кристин Дуайер

И руки твои тянутся к вещам, что хочешь подарить ей. Всей душой».

Строки обрываются. Стихотворение не окончено, потому что Истон забыл листок на кухонном столе, а я его украла. Он сказал, что все равно не собирался отправлять этот стих на конкурс. Считал, что в нем слишком много клише. И я была только рада. Даже сейчас я думаю, что стих хорош. И не только потому, что он обо мне. Я помню, как читала эти строки и задавалась вопросом, как ему удается увидеть меня именно такой.

А теперь, читая написанное, я спрашиваю себя, была ли я вообще девочкой из этого стихотворения.

12

Пятнадцать с половиной лет

Я должна была научиться водить автомобиль, хотелось мне этого или нет.

Четыре месяца назад мне предоставили комнату. А теперь давали уроки вождения. Интересно, когда я перестану получать то, о чем не просила.

Лучи полуденного солнца отражались от серебристого капота, играя на лобовом стекле машины Сэндри. Я сидела в ней больше раз, чем могла сосчитать. На заднем сиденье, на переднем сиденье, однажды Такер даже случайно запер меня в багажнике на целых три ужасных минуты.

Но я никогда еще не сидела на водительском кресле. Мои ладони покрепче обхватили руль, я сделала глубокий вдох, вжав ноги в коврик на полу.

– Ты уверен? – в миллионный раз спросила я Диксона.

Он провел ладонью по лбу и махнул в сторону пустого поля.

– Элвис, ты там видишь еще хоть одну машину? Или здание? Или что-то еще, во что ты могла бы врезаться?

Я повернулась к пассажирскому креслу, на котором он сидел.

– Не знаю, потому что понятия не имею, что может откуда-нибудь выскочить и убить меня, пока я веду машину!

– О боже, – застонал Такер на заднем сиденье, – Истон же водит. Если даже этот идиот может управлять машиной…

Мгновение спустя Такер уже отбивался от Истона, награждая брата ответными тумаками.

Машина затряслась от перемещения веса по заднему сиденью.

– Эй-эй! – закричал Диксон, развернувшись к ним.

– Прекратите! – завопила я, и, будто кто-то нажал на паузу, все застыли и повернулись ко мне. – Мы же разобьемся!

Диксон откинулся на спинку сиденья и устремил в меня терпеливый взгляд.

– Ты же в курсе, что машина не сдвинется с места, пока ее не заведут, верно?

Я не осознавала, что машина не заведена, но не стала об этом говорить, а отстегнула ремень.

– Я не хочу. – Моя рука дергала застежку. – Это так глупо.

Наконец я высвободилась и потянулась к дверной ручке.

– Эллис. – Диксон назвал мое настоящее имя. Прежде он никогда этого не делал. – Не смей выходить из машины. Ты научишься водить. Сегодня.

В свои двадцать лет он уже считал себя очень умным. Я раздраженно фыркнула.

– Мне никогда не получить права. Я не могу заплатить за курсы вождения, так что не имеет значения, умею я водить или нет…

– Имеет, – поправил он, – это базовый жизненный навык.

– Нет, многие не умеют водить.

– Многие люди – это не моя сестра, – сказал Диксон, как говорил всегда: абсолютно уверенно.

Это простое заявление помогло мне почувствовать себя особенной. Словно их фамилия не отличалась от моей, словно я была одной из них.

– На самом деле я не твоя сестра.

Он очень мягко ткнул меня в бок.

– Не говори глупостей.

Такер наклонился вперед и обхватил руками подголовник Диксона.

– Не могли бы вы двое отложить свой трогательный разговор на потом? У меня сегодня еще до хрена дел, и мне нужно, чтобы ты научилась водить, чтобы Диксон…

Диксон занес руку, чтобы ударить брата.

– Да что ты за…

Я завела двигатель.

Вот черт!

– «Вот черт!» – правильная фраза, – рассмеялся Такер.

Я что, сказала это вслух?

Мои ладони, лежащие на темном пластике руля, вспотели, но я уже дала старт этому уроку. Пути назад нет. Я собиралась научиться управлять несусветным числом тонн стали и стекла, но не то чтобы мне очень хотелось.

– Проверь зеркала, – велел Диксон.

Я проверила боковые, а потом подвинула зеркало заднего вида. В нем отразился Истон, и мы с ним встретились глазами. Он широко мне улыбнулся, и я почувствовала, как улыбаюсь в ответ. Интересно, мое сердце забилось чаще из-за него или же дело было в вождении?

Истон бросил мне вызов:

– Давай посмотрим, будешь ли ты лучше меня.

– Я лучше во всем, – произнесла я с дерзкой усмешкой. Истон был лучшим даже тогда, когда не старался. Мне приходилось усердно зубрить, чтобы получить четверку, в то время как он мог даже не думать о тесте и все равно получал пятерку.

Все такой же широкой ухмылкой он одними губами произнес:

– Ты сейчас во что-нибудь врежешься!

Я закатила глаза, но, пусть это и странно, от его насмешки мне стало легче, и я расслабилась.

Диксон начал инструктаж.

– Нога на тормозе?

Я кивнула.

– Сними машину с ручника и переведи рычаг в положение D.

– Где-то я это уже слышал, – добавил Такер, ни к кому конкретно не обращаясь. В следующее мгновение я услышала звук удара кулаком.

– А теперь надави ногой на газ, – продолжил Диксон.

Я подняла ногу и нажала на газ.

Машина рванула вперед, и я нажала на тормоз. Диксон вцепился в приборную панель, Такер удивленно вскрикнул, у Истона вырвался смешок. Но машина продолжила двигаться рывками вперед и резко останавливаться, дергаться и останавливаться.

– Эллис, тормоз! Тормоз! Нажми на тормоз!

– Я нажимаю! – завопила я, глядя на руль. Я что-то упускала.

– Мы все умрем! – хохоча, выдавил Истон.

Я не знала, что делаю не так, но видела, что машина мне больше не подчиняется. Она будто стала одержимой.

– Эллис! Нажми на чертов тормоз одной ногой, психопатка! – Такер наклонился ко мне и показал на мои ноги.

– Я нажимаю! – У меня по лицу уже катились слезы.

– Водить надо одной ногой! – повторил Такер, но я все равно не поняла.

– Отодвинься, придурок! – орал Диксон на брата.

Истон придвинулся к нам с заднего сиденья.

– Заткнись, ты делаешь только хуже!

Но Такер не прекратил.

– Она нажимает…

Диксон уперся рукой в голову Такеру и толкнул назад.

– Да послушайте меня! – Такер указал на педали, а машина продолжала дергаться. – Обеими ногами!

Диксон замер.

– Что?

– Она нажимает обеими ногами, осел! – заявил Такер.

Диксон опустил взгляд на мои ноги, потом посмотрел на меня.

– Элвис, убери ногу с газа.

Я убрала, и машина вдруг остановилась.

На меня нахлынуло драгоценное облегчение, пока я не поняла, что Истон держится за живот, покатываясь со смеху. Диксон провел обеими руками по лицу и поднял