К сердцу прижмёт – к чёрту пошлёт… - Галина Осень

– Нет, дорогой Александр Михайлович! Неделя – минимум! И только после полного обследования – выписка. Петров смирился. А как не смиришься: остаться овощем он не хотел. Мало ли. Лучше уж долечиться. А то как там Маруська без него будет.

Зато в тайне от Маши он договорился со своей подружайкой о красивой выездной регистрации после выписки. Никаких пышных свадеб. Ну их! Распишутся и организуют шашлыки на берегу реки. У них там отличное место оборудовано. А гости только свои. Нах всех чужих собирать?! Удивлять им никого не нужно, все и так уже удивлённые. А для себя хватит друзей и родственников. Распланировав это всё, Петров теперь с нетерпением ждал выписки.

А Маша…

Маша крутилась, как белка в колесе: дом – работа- клиника. И ей не то что переживать и строить планы – вздохнуть некогда было! А тут ещё жена Маркелова явилась к нему на работу и устроила скандал, и Машино имя несколько раз прозвучало в кабинете Маркелова.

Неприятно. Кто-то донёс до дамы фальшивую информацию. И она не постеснялась явиться к мужу на работу. Вот, кстати, на работе никто до этого момента не знал, что Маша и Маркелов – бывшие супруги.

– Мария Витальевна, вы бы, голубушка, сходили в цеха пока что ли, – предложила ей кадровичка, которая принимала её на работу. – Ирина Сергеевна – человек сложный и резкий. Настроение может испортить.

– А кто это? – не поняла Маша, отвлекаясь от расчётов.

– Так жена нашего директора, – пояснила женщина.

– И что? Я при чём? – не доходило до Маши.

– Так неужели скандал не слышите?

– Нет, не слышу, – созналась Маша, которая действительно не прислушивалась к посторонним шумам во время работы.

– Кто-то известил Ирину Сергеевну, что Виктор Николаевич принял на работу бывшую жену и оказывает ей знаки внимания.

– Вот же! – с досадой воскликнула Маша. – Ну что людям спокойно не работается?! Где эта Ирина Сергеевна? Сейчас я ей всё объясню!

– Может, не надо? – предупредительно остерегла кадровичка.

– Наоборот, надо! – не согласилась Маша. – А то так и будут на нервы бабёнке капать.

Одёрнув жакет, Маша двинулась к кабинету Маркелова, откуда, действительно, ещё в коридоре слышались звуки словесной баталии.

– Нет, ну это никуда не годится. Устроили тут, понимаешь! – пробурчала Мария, открывая дверь. – Что здесь происходит? – ледяным тоном поинтересовалась она. – Вы понимаете, что вас сейчас слышит и обсуждает весь офис?

Она кинула взгляд на жену Маркелова и сразу осознала свою ошибку: бабёнкой эту накачанную стерву никак не назовёшь.

– А ты кто такая, чтобы спрашивать? – взвилась молодая женщина. – А-а! Наверное, эта самая Маша и есть? – требовательно спросила она у мужа, но ответила ей сама Маша.

– Да, Мария Витальевна Карпова, слушаю вас, – холодно и спокойно представилась она.

Вот не зря её на прежней работе мужики «снежной бабой» называли. Умела она включать ледяной тон для охлаждения. Жена Маркелова немного сдала обороты и уже без крика и визга спросила напрямую:

– У вас с Маркеловым связь?

– Нет, – решительно отвергла Маша. – У меня есть муж, которого я люблю и уважаю. Я не буду унижать ни его, ни себя грязной интрижкой. С Маркеловым у нас есть сын. Виктор, – повернулась Маша к бывшему. – Тебе надо было объяснить жене ситуацию. Не беспокойтесь, уважаемая, – вновь обратилась она к женщине. – Я не собираюсь заводить шашни с вашим мужем. Ещё не хватало! – невольно дёрнула она плечом. – Но и вам не советую вот так врываться в его кабинет. Это дома он вам муж, а здесь руководитель крупного коллектива. И такое унижение не добавит ему авторитета.

– Да плевать мне! – взвизгнула опять Ирина. – Пусть не заслуживает!

Маркелов всё это время молчал и как-то очень внимательно смотрел на жену. Видимо, принимал решение. Принял.

– Выведите постороннюю из кабинета и впредь без пропуска не впускать! – отдал он приказ незаметно вызванной охране.

Ирина открыла было рот и… закрыла, не найдя достойных выражений. Начальник охраны вежливо, но твёрдо взял её за локоть и настойчиво вывел из кабинета.

– Вот видишь, Маш, – устало произнёс Виктор, напоминая ей их прошлый разговор.

–Вижу, но кто тебе доктор, – хмыкнула Мария. – Сам выбирал.

– Сам, – согласился Маркелов и через короткую паузу попросил: – Маш, не мешай мне с сыном связь налаживать, а? Хочу близко узнать родного ребёнка.

– Даже не собиралась. – открестилась Маша. – Сумеете поладить – буду только рада. Ещё не поздно вам понять и принять друг друга. Ладно. Вить, пойду я. Удачи тебе. И спасибо. Хотя, знаешь, есть ещё одно дело. Визит твоей жены подтолкнул. Я буду увольняться. Ищи себе экономиста. Как только найдёшь – я уйду. Не дело это так трепать нервы. Да и Сашка у меня тоже недоволен моим местом работы.

– Жаль, – отозвался Маркелов. – Я уже привык видеть тебя каждый день. Привык быть спокойным за расчёты и отчёты. Ты крутой профессионал, Маша. Но понимаю тебя. Сам не люблю работать на нервах. А Ирина не успокоится. Хорошо, Маш, я дам команду искать человека, но кого попало брать не буду. Так что вам с Петровым придётся подождать. Как он там, кстати?

– Выздоравливает и рвётся на волю, – улыбнулась Маша.

Она вышла из кабинета и, кажется, что гора с плеч свалилась: честно предупредила об уходе. Не любила она бросать начатое дело, но обстоятельства складывались неприятные. А зачем мучить себя, если вокруг полно других возможностей. Вечером в клинике она обрадовала Петрова своим решением.

– Маруська! Ты прямо бальзам на мои раны пролила, – обрадовался Петров.

«Добавить ему что ли радости?» – подумала Мария. Она хотела этой новостью встретить Александра из Германии. Но тогда встреча не произошло из-за всех этих страшных событий. А когда ей сообщили о его состоянии и потом целую неделю, пока он не пришёл в себя, Маша и сама забыла обо всём. Не до того стало.

Зато сейчас вспомнила и всё равно опасалась. Кто его знает. Как Петров отреагирует? Ему и так досталось, а тут такое. Сама-то она после первого шока пришла в себя быстро. И даже нашла много плюсов. А вот Петров… Страшно!

Но тяни – не тяни, а говорить надо. Так будет честно. Маша тоже извлекла уроки из первого опыта и поняла свою ошибку.

Александр продолжал радоваться, что-то ей говорил, мол, найдёт другое место, если захочет. Маша его почти не слушала: набиралась решимости. Дождавшись паузы в словах почти мужа, она внезапно выпалила:

– Я беременна, Саш. Уже десять недель.

Петров замер на полувздохе, широко открыл глаза и медленно выдохнул.

– Маша? – неуверенно произнёс он.

– Правда, – поняла его невысказанный вопрос Мария.

– Машка!!!

Петров подскочил с кровати. Он, конечно, уже вставал и ходил, но не таким же диким способом. Сначала крепко чмокнул её в голову, затем метнулся к окну, схватил свой телефон, бросил, выбежал из палаты и приказал охраннику: