Кровь и Клятва - Натали Рок

На третий день я отправляюсь в лес, в сторону нужной мне деревни, чтобы разведать обстановку. Если судить по карте, до полукровок чуть больше полудня пути. Мне необходимо найти такое место, где я смогу оставить Тайлоса и незаметно для него сходить до деревни и обратно. Например, ночью, когда маг уснет.

Я намечаю себе подходящее место и ближе к вечеру возвращаюсь обратно в хижину. Мужчину застаю в купальне.

Я успела привыкнуть к его обнаженному торсу, но то была забота о его здоровье, а сейчас, осознавая, что он полностью раздет под струей воды, льющейся из закрепленной вверху бочки, сильно смущаюсь. И это чувство приводит меня в ступор. Но и глаз от мускулистой спины отвести не получается, пока Тайлос не разворачивается ко мне лицом.

– Я рад, что в бочке оказалась вода. Без магии я не смог бы помыться. Твоя заслуга? Если так, прими мою благодарность.

– Мне было несложно, – отвернувшись, выдыхаю я.

Должно быть, это нелегко: зная вкус магии, отказаться от нее, не желая по мелочам ранить полностью здоровые ладони.

Я наконец соображаю, что необязательно стоять здесь столбом, и срываюсь к дому. Слышу, как маг за спиной тихо смеется, и смущаюсь еще сильнее. Хотя куда больше?

Отвлекаю себя от странных чувств готовкой и успокаиваюсь полностью, кода спустя долгое время Тайлос так и не заходит в дом. Приходится выйти во двор, чтобы сообщить, что еда готова.

Маг сидит на старом пеньке, в светлой рубашке и штанах, найденных в шкафу. Он замечает мое появление и криво улыбается:

– Ты как раз вовремя.

– Для чего?

Почему-то меня больше привлекают его влажные волосы и посвежевший вид в целом, чем то, что он держит в руках. А это, вообще-то, невероятно: маг крови смастерил для меня лук. Своими руками. Без магии.

– Испробуешь? – улыбнувшись, поднимается он на ноги.

– Мои… – теряюсь я. – Стрелы…

– Я захватил твой колчан, – кивает мужчина на пенек, у которого и правда лежит колчан.

Я тоже дергано киваю и иду ближе. Перехватываю лук, оцениваю его легкость и внешнюю простоту и приятно удивляюсь отличному балансу. Улыбаюсь.

– Решил, что глупо отправляться в дорогу с хорошим стрелком без подобающего для него оружия.

Я поднимаю глаза на Тайлоса и вновь чувствую это: смущение. Отворачиваюсь, подхватываю с земли колчан, вешаю его за спину и вынимаю стрелу. Прикладываю ее к луку. В груди разливается тепло от знакомого напряжения мышц, по которому я скучала. Бросаю взгляд на мага, отошедшего чуть в сторону, и предлагаю:

– Хочешь выбрать цель?

– Здесь водятся белки, – жмет он плечами. – Я не откажусь от простого вяленого мяса в пути.

– Как много тебе его нужно? – веселясь, приглядываюсь я к верхушкам деревьев.

– На твое усмотрение.

– Разделывать будешь сам, – усмехаюсь я и выпускаю первую стрелу. Затем второю и третью. Все они, разумеется, попадают в цель. Я прикладываю к новенькому луку четвертую стрелу, но тут за спиной раздается хруст веток. Я разворачиваюсь в сторону звука, целюсь. Но в следующий миг Тайлос обнимает меня со спины и вынуждает опустить лук. Выдыхает с улыбкой:

– Спокойно, это свои.

Я уже и сама вижу.

Тайлос отпускает меня, чтобы обойти, но оставляет после себя ощущение тепла ладоней на талии и руке. По коже бегут мурашки. Я вспоминаю, какую неприязнь вызвало одно только видение поцелуя с Эларом, и недоумеваю, почему от близости мага ощущения совсем другие.

Тем временем Тайлос подходит к своему коню и треплет его гриву, широко улыбаясь:

– Нашел меня, Бродяга.

Конь фыркает, и маг смеется, гладя его шею, а затем обхватывает ладонями черную лошадиную морду, прислоняется своим лбом к его и что-то шепчет.

– Ты знал, верно? – выдыхаю я. – Что он тебя сам найдет. Потому так легко согласился не искать лошадей?

Это поразительно. И то, что маг крови настолько доверяет обычному животному, то, что конь настолько привязан к человеку, чтобы самостоятельно отыскать путь к нему. Непростой и долгий.

Тайлос вновь зарывает пальцы в гриву жеребца и смотрит на меня:

– Я надеялся. Мы с Бродягой через многое прошли. И потом, ты приложила столько усилий, чтобы оставить нас без лошадей, что я решил, будто ты что-то знаешь. Позже я в этом убедился – Парящие скалы не преодолеть верхом.

– Когда ты догадался, что я полукровка?

Мужчина отводит взгляд, улыбаясь своим мыслям – в последнее время он очень часто улыбается или смеется, что тоже воспринимается мною неоднозначно, – а затем вновь смотрит на меня:

– Ты носила шапку, не плетешь косы и спать предпочитаешь на деревьях. В тебе изначально не было того благоговения, что обычно испытывают люди к подобным мне. Ты держалась со мной, как с соперником, с которым по необходимости пришлось общаться. И в твоих глазах никогда не было страха, разве что один-единственный раз.

– Люди обожают носить шапки, – ворчу я и направляюсь в дом. – Еда готова. И не забудь про своих белок.

Тайлос садится есть перед самым сном, так как весь день занимался белками. Я в это время изучала карту и украдкой наблюдала за ним через окно, что меня раздражало. Поэтому смену повязки я предоставляю ему самому: подготавливаю все необходимое и возвращаюсь на лавку. Маг на это хмыкает и приглядывается ко мне с интересом:

– Простила себя? Или дело в чем-то другом?

– Простила? – не понимаю я.

Маг поднимается из-за стола и замечает по дороге к кровати:

– Вот и я считаю странным: желать кому-то смерти, а затем жалеть о том, что едва его не убила. Думаю, здесь дело в тебе самой – ты не убийца и вряд ли сможешь ею стать, – он молчит мгновение. – Мне нравилась твоя забота, Эания. Даже грустно немного, что я поправился настолько, что могу сам о себе позаботиться.

Я бездумно наблюдаю некоторое время за его действиями и наконец говорю:

– Мне придется, – я морщусь на свою откровенность, но продолжаю, потому что хочу, чтобы он знал, или хочу напомнить самой себе, – стать убийцей. Я дала клятву, что уничтожу магов крови. Всех до единого. А эльфы, как ты и сам знаешь, держат свои обещания.

Тайлос заканчивает перевязывать талию, и смотрит на меня, склонив голову вбок. Усмехается:

– Грандиозные планы. Но каким образом?

– Я знаю ваше слабое место, – веду я плечами, не