Кровь и Клятва - Натали Рок

Нам нужно в деревню, и, похоже, Тайлос неосознанно гонит коня именно в ее сторону. Я мирюсь с неминуемым и из последних сил продолжаю отгонять от нас хищных тварей. Они противно рычат и скулят, падают и снова поднимаются, разрывая когтями землю. Беснуются. И внезапно отстают, когда лес за нами так же внезапно исчезает.

Мы оказывается на холме, и Тайлосу приходится резко остановить коня, чтобы тот не переломал себе ноги на крутом спуске. Бродяга из-за этого встает на дыбы. Я заваливаюсь на грудь мужчины и цепляюсь пальцами за его бедра, чтобы не упасть.

Тайлос выравнивает лошадь, а затем кружит на месте, вглядываясь в глубь темного леса. Оттуда слышатся недовольные рыки, а среди деревьев мелькают быстрые и гибкие тела, но из леса карисы выходить не спешат.

– Почему они…

– Боятся, – я тяжело дышу. – Карисы не терпят открытые пространства и большое скопление народа.

– Народа?

Я поднимаю дрожащую руку и указываю пальцем вниз по холму, где среди кустов и невысоких деревьев виднеются бревенчатые домики. Меня удивляет, что на главной площади, которую отсюда видно как на ладони, стоит здание, чем-то похожее на человеческий храм. Там же виднеется и разношерстная толпа.

– Полукровки и… люди? – не меньше меня удивлен Тайлос.

– И, кажется, у них свадьба.

Это странно. Карта мамы сказала, что это деревня полукровок. Но, по всей видимости, население в ней смешанное и никто из них не скрывает свою суть от других.

– Как поступим? – негромко интересуется мужчина. – Ты выдохлась, и тебе нужен отдых.

– Как нужно и в эту деревню, – выдыхаю я.

Маг напрягается, а через некоторое время неспешно отправляет коня вниз по холму. Усмехается:

– Думала наведаться сюда без меня?

– Ты же не станешь их убивать?

– А они меня?

Хороший вопрос. Но если там есть люди, значит, полукровки вполне мирно с ними уживаются. Разве что магов крови не терпят ни те, ни другие.

Свадьба. На которую мы с магом собираемся наведаться незваными гостями.

На полукровках традиционные для эльфов плащи зеленого оттенка, они всегда надевают их на подобные события, люди же нарядились во все самое лучшее из того, что у них имеется. Невеста в белом – человечка. А жених, насколько мне удается рассмотреть с холма, – полуэльф. Я никогда не видела смешанных свадеб. Но, очевидно, полукровки рождаются не только вследствие насилия. Есть среди враждующих рас и браки по любви. Наверное, не стоит этому удивляться, если подобных союзов напрямую не касаются сражения. Как в этой поразительной деревне.

– Маги крови проводили зачистку в этих краях очень давно, – задумчиво делится Тайлос. – Местность здесь недружелюбная, и, пожалуй, довольно умно селиться там, где маги уже побывали и вряд ли вернутся.

– Но такой шанс всегда есть, – замечаю я.

Мы входим в поселение со стороны, которая ближе всего к главной площади.

Я замечаю, как в окнах домов за нами цепко следят чьи-то глаза, но поднимать суматоху оттого, что в деревне объявился маг крови, никто не спешит. Странно. Полукровки уверены в том, что их защитят люди? А люди – в том, что маг прислушается к ним и никого не тронет? И тут я замечаю чистокровную эльфийку: Витания предупредила всех, что мы здесь появимся. И, конечно, она предвидела, что Тайлос не станет пускать себе кровь.

Впрочем, маг заметно напрягается, когда эльфийка выходит вперед и замирает перед нашей лошадью. Она раскидывает руки в стороны и улыбается:

– Рада вас видеть в здравии и благополучии, Эания и Тайлос. И добро пожаловать на праздник. Надеюсь, вы не против стать на нем добродушными гостями?

Я слышу в ее вопросе намек и понимаю, что он относится к магу. А тот, по моим ощущениям, внимательно осматривается. Его пальцы сжимают поводья с такой силой, что костяшки белеют. Догадываюсь, что сейчас Тайлос изо всех сил сдерживает свою ненависть к чистокровной. Почему? Потому что рядом нет толпы преданных псов? Или потому, что она спасла ему жизнь?

Я подмечаю, что многие на площади напряжены ничуть не меньше самого мага. Они опасаются его, даже несмотря на предсказание эльфийки. Невеста – девушка примерно моего возраста – встала перед своим женихом и, видимо, намерена защищать его ценой собственной жизни.

– Новый опыт, Тайлос, – тихонечко напоминаю я. – Ну же, расслабься.

Мужчина шумно выдыхает, а затем усмехается:

– Используешь против меня мои же слова? – Он выпускает из рук поводья, поднимает их ладонями к народу и говорит громче: – Я не представляю угрозы ни для кого из вас. Нам с моей попутчицей лишь нужен кров для отдыха. И мы с удовольствием присоединимся к празднованию, после того как отдохнем.

Витания снова улыбается и кивает кому-то в толпе. В тот же миг от нее отделяется мальчишка лет тринадцати и спешит к нам. Сначала он гладит морду Бродяги, а затем перехватывает его за узды. Улыбается нам с осторожностью, веснушчатое лицо полно смелой решительности:

– Меня зовут Киариис, я провожу вас в наш дом, где вы сможете поесть и переодеться к празднику.

Даже так? Витания нам и наряды приготовила? И мне, и магу? Поразительно. Я не против основательно поговорить с этой женщиной.

В глазах темнеет.

Острие ножа отбрасывает свет от огня. Рука с оружием заносится надо мной. Что-то перехватывает меня поперек груди, тянет в сторону. Возле уха раздается обжигающий шепот:

– Неужто решила умереть за меня?

Я моргаю. Сердце часто бьется в груди, а над головой раздается тихий голос мага, отчего я вздрагиваю:

– Что? Чего ты испугалась, Эания?

Я веду плечами, качаю головой и выпрямляю спину:

– Все в порядке. Просто сильно выдохлась.

Вскоре Киариис останавливает лошадь у старенького покосившегося домика, и мы с Тайлосом спешиваемся.

– Я накормлю коня, а вас – моя сестра.

Мальчик кивает на вход в дом, в дверях которого стоит девочка, как две капли воды похожая на него. То же веснушчатое лицо и рыжеватые волосы, заплетенные в косу. И то же выражение решительной смелости в карих глазах. Дети куда смелее взрослых. Видимо, поэтому мага крови и меня заодно доверили в их руки.

– Меня зовут Киания, – рассказывает девочка, когда мы входим в дом. – Здесь живет наша бабушка. Но сегодня она переночует у нас, чтобы вы могли хорошенько отдохнуть.

Мы с магом переглядываемся, наверняка думая об одном и том же: снова вдвоем в одной комнате.