Женская хитрость - Пола Льюис

Она стала спускаться по лестнице. Ей нужно найти Фрэнка, сказать ему еще раз, что она его любит, что не мыслит без него жизни и, как бы ни сложились обстоятельства…

И тут Джейн вновь услышала злой, надсадный голос отца:

— …Теперь я тебе ничего не должен. И, если когда-либо вновь увижу тебя около моей дочери, пеняй на себя. Ты не раз пожалеешь, что не сдох в той поганой стране!

— Вы правы, сэр. Я воспользовался вашим гостеприимством, вашим пониманием чувства долга и наивностью вашей дочери.

Нет! Ты не должен относиться к себе с таким кощунственным самоуничижением! — хотелось закричать Джейн. А Фрэнк между тем продолжал:

— Я не оправдал вашего доверия, и у вас есть все основания ненавидеть меня. Но в одном вы ошибаетесь. Я не использовал вашу дочь.

Фрэнк перевел дыхание, и на миг Джейн показалось, что он интуитивно почувствовал ее незримое присутствие.

— Это был… самый честный поступок, который я совершил за свою трудную жизнь.

— Да как ты смеешь? — Голос Мартина звучал теперь на самых высоких нотах. — Разве ты пара моей дочери?

— Нет, не пара, и знаю это. Но ваша дочь… она в отличие от вас свободна от предрассудков. И ее, по-моему, не смущало, что рядом с ней бывший солдат.

— Ты не солдат, ты — подлец! — разносился по всему дому яростный вопль мистера Ренкли. — Она же еще ребенок! И ты бесчестно воспользовался ее неведением!

Джейн хотелось кричать, образумить их обоих, но она не могла сделать и шага.

— Ты хорошо разыграл роль героя. — Мартин взял себя в руки и теперь говорил со спокойным уничижительным злорадством. — И потому играючи соблазнил доверчивую девчонку, убедил ее, что она тебя любит. Еще бы, какая удача! Попользоваться чистой невинной девушкой и потом потихоньку улизнуть. Неужели ты думал, что я не раскрыл бы твои шашни? Я ведь не доверчивая сентиментальная девица, меня не одурачишь. Твои приятели были правы, называя тебя солдатом удачи. Что ж, теперь забудь о своей удачливости и убирайся ко всем чертям! Ты не получишь от меня ни гроша, даже если бы сто раз спас мою жизнь!

— Нет! — Джейн, как безумная, сбежала вниз. — Прекрати над ним издеваться! — закричала она на отца. — Все, что ты говоришь, — бесстыдная, наглая ложь!

— Возвращайся в свою комнату! — приказал Мартин.

— Я больше не малышка, которую можно отправить в детскую. Запомни это, папа!

— Я — твой отец! У меня на тебя все права!

— Нет! Я свободный человек, у тебя нет на меня прав!

Мартин сделал над собой усилие и улыбнулся.

— Детка, смешной мой бунтарь, иди к себе в комнату.

— Джейн, не надо быть такой жестокой, — вмешался Фрэнк. — Он же твой отец.

— Нет, только не он! Этого человека я вижу впервые, и он приводит меня в ужас!

— Ты сказал все, что собирался сказать! — снова взвился Мартин. — А теперь убирайся, или я вызову полицию.

Фрэнк направился к двери, Джейн, не раздумывая, бросилась вслед за ним, однако отец подскочил к ней и больно схватил за руку. Джейн вырвалась и бросилась к Фрэнку, крепко обняв его за шею.

— Фрэнк, дорогой, не уходи, не покидай меня!

— Джейн, сейчас мне лучше уйти. Но когда-нибудь мы будем вместе, верь мне!

— Ничего не выйдет, неудачник! — Мартин подошел к телефону и набрал номер полиции.

— Нет, нет! Я не могу без тебя!

Джейн была на грани истерики, но Фрэнк, нежно разняв ее руки, закинул на плечо рюкзак.

— Прошу тебя, Джейн, не надо! — Он снова обнял ее. — Мне этого не вынести.

— Отойди от нее! — закричал Мартин и быстро-быстро заговорил в трубку.

Не обращая на него внимания, Фрэнк нежно гладил Джейн по голове, пытаясь ее успокоить.

— Он твой отец, дорогая. И ты его любишь. То, что ты чувствуешь к нему сейчас, пройдет, уверяю тебя.

— Никогда! — решительно заявила она, крепче прижимаясь к нему.

— Родная, я знаю, как вы близки. Мне не довелось испытать такого счастья, и потому я не хочу быть причиной вашего разрыва.

— Дело не в тебе, — простонала измученная Джейн. — Дело в нем.

— Это я во всем виноват! — воскликнул Фрэнк. — Если бы ночью я ушел от тебя, этого бы не случилось.

— Полиция уже в пути, — холодно сообщил Мартин. — И если ты думаешь, что тебя не арестуют за нарушение границ частных владений, то ты глубоко ошибаешься. А теперь — отойди от нее, оставь мою дочь в покое.

— Неужели вам ничуть не жаль ее, сэр? — возмутился Фрэнк. — Мы же разрываем ее на части.

— Она сама навлекла на себя этот позор!

Джейн едва держалась на ногах. Фрэнк заботливо подвел ее к лестнице и усадил на ступеньку.

— Дорогая, мне пора, — сказал он, опускаясь перед ней на колени. — Будет только хуже, если я останусь. Пусть все устоится и прояснится. Дай отцу время успокоиться.

Фрэнк встал с колен и посмотрел в глаза Мартину Ренкли.

— Не знаю, кто из нас больший мерзавец, — сдержанно сказал он, — я или… вы. — И вышел, громко хлопнув дверью.

Заплаканная Джейн лихорадочно вытаскивала из шкафа одежду и бросала ее на кровать, когда в комнату вошел отец.

— Что это ты делаешь? — Мартин Ренкли свирепо уставился на раскрытый чемодан.

Джейн кое-как свернула последнюю пару джинсов и бросила к остальной одежде.

— Я тебя спрашиваю! — Мартин с яростью захлопнул крышку наполовину пустого чемодана.

Джейн невозмутимо подняла ее, потом сняла с плечиков шелковый хитон и бережно прижала его к груди — в нем Фрэнк впервые ее увидел… Воспоминание об этой судьбоносной встрече придало силы.

— Я требую ответа!

— Да? — Она холодно взглянула на отца. — Я что-то не поняла — какого ответа? Все утро я пыталась с тобой объясниться, но это был разговор с глухим.

— Не смей грубить мне!

— Хорошо, не буду. — Джейн вдруг обуяла ярость. — А ты не боишься услышать мой ответ?

— Куда ты собралась?

— Это тебя уже не касается. Ты ясно сказал, что мое присутствие здесь нежелательно.

— Неправда! Я сказал это Беррингтону.

Она с горьким сожалением взглянула на отца:

— Ты так ничего и не понял. Между мной и Фрэнком нет разницы. Если здесь не рады ему, значит, не рады и мне.

Мартин стиснул зубы, пытаясь справиться с собой.

— Бог мой, что он с тобой сотворил! Ты превратилась в безвольное существо, полностью ему подчиненное!

— Моя любовь к Фрэнку — самое прекрасное в жизни. Он подарил мне счастье быть женщиной и познать любовь.