Игра в притворство - Оливия Хейл

Я бросаю на нее предупреждающий взгляд.

Она не смотрит на меня.

— Конечно, — говорит Нора. — Что ты хочешь знать?

— Думаю, я знаю Веста довольно хорошо, — говорит моя сестра. — Он ненавидит, когда люди опаздывают, думает, что он всегда самый умный в комнате, и у него патологическая потребность побеждать во всем. Эта часть утомительна. Единственное, чем он не является, — это сентиментальным. — ее улыбка расширяется. Она делает это нарочно, чтобы усложнить мне жизнь. — Скажи мне. Каков он как парень? Ты получаешь цветы, подарки? Он водит тебя на шикарные свидания?

Не помогает, думаю я. Но по сверканью ее глаз, она и не пытается. Ей весело.

Я смотрю на Нору, как и остальные. Но я уверен, они не замечают расчетливый маленький наклон ее головы или то, как она мягко смеется, как будто Эмбер сказала что-то гениальное.

Она думает о правильной вещи, чтобы сказать. Выдерживает время.

— Водит. Он может не казаться романтичным, но у него бывают свои моменты. На самом деле… — на тянет слог, и даже моя мать наклоняется немного вперед, как будто не может дождаться услышать остальное. — Прошлой ночью он удивил меня, отведя посмотреть новый фильм. Сиквел одного из его самых любимых.

Я тянусь к своему бокалу с вином. Один из моих любимых, конечно. Она троллит меня, все еще играя свою роль.

— Вест ходил в кино? — спрашивает Эмбер.

— Я способен делать что-то кроме работы, дорогая сестра.

— Парусный спорт и путешествия, — говорит она. — И все. Какой это был фильм?

Нора улыбается.

— Горячая погоня 2.

Мои тетя и дядя смеются. Эмбер ухмыляется, и даже моя мама смотрит на меня с поднятыми бровями. Боевик про друзей-полицейских — агрессивно посредственный. Не думаю, что кто-либо когда-либо описывал его как один из своих самых любимых.

Нора моргает на меня своими длинными ресницами, с мягкой улыбкой на губах. Как будто я ее любимый человек в мире. Как будто все это реально и правдиво, а не красивая ложь.

— Я знал, что тебе понравится, — говорю я ей и поворачиваюсь к другим. — Вы бы подумали, Нора любит роскошь, но она любит немного нормальности.

— Ты знаешь ее так хорошо, — говорит Эмбер. — Что тебе больше всего в ней нравится?

Я сейчас задушу свою сестру после этого.

Но сейчас я не могу, так что я смотрю обратно на свою фальшивую девушку.

— Она самый проницательный человек, которого я когда-либо встречал.

Это правда. Я видел это в ту ночь, когда она была рядом со мной на вечеринке. Проницательная насчет того, чего другие хотят от нее… и как это дать.

— Ой, — говорит моя сестра.

Даже мой дядя усмехается.

— Вест, тебе нужно придумать что-то получше, чем это.

Но Нора просто улыбается, проводя стройной рукой по скатерти.

— Спасибо.

— Она еще и саркастичная, — говорю я. — Красивая, конечно. И она не стесняется спорить со мной. Что… Мне даже начинает нравиться.

Ее взгляд вспыхивает, встречаясь с моим. В нем есть удивление. Если бы мы не притворялись, если бы у нас не было аудитории, я бы не смог сказать ничего из этого.

Не смог бы признаться, что давно хотел пригласить ее на свидание. Она поверит, что мои слова — всего лишь для вида.

Мама доливает ей вино.

— Моему сыну нужен кто-то, кто может говорить свое мнение. Что тебе нравится, Нора? В нем?

— Тебе не обязательно отвечать на это, — говорю я женщине напротив.

Но она снова улыбается мне, и, черт возьми, я ненавижу, насколько убедительно это выглядит. Как будто она действительно меня любит.

— Он забавный и заботливый. Он очень хорошо обо мне заботится. Особенно сейчас с моей… с проблемой безопасности, которая у меня есть.

— Он хорош в этом. — мама доливает себе вино. В ее глазах проблеск победы. Я уверен, она уже слышит свадебные колокола. — И Нора, как ты относишься к детям?

Я кладу нож.

— Это неуместный вопрос.

— Это совершенно уместный вопрос, — говорит она и накалывает мясо. — Нет правильного или неправильного ответа. Я просто узнаю твою девушку. Это не проблема, Элеонора?

— Нисколько, — гладко говорит она. — Да, я думаю, что хочу детей, но не скоро.

— Хорошо, — говорит мама. — Повлияет ли это на твою карьеру?

— Если бы я все еще была моделью, да, возможно. Но я планирую отойти от этого. Я хочу быть дизайнером моды.

— И ты станешь, — говорю я, прежде чем повернуться к матери. — Ты только что сказала хорошо, но до того, как она ответила, ты сказала, что нет правильного ответа.

— Я солгала.

Она бросает на меня короткий взгляд, прежде чем снова посмотреть на Нору. Ее выражение слишком острое, слишком торжествующее. Я хотел, чтобы она отступила, а вместо этого она впилась еще глубже.

Мне придется поговорить с ней после.

— Если это возможно, я тоже хочу узнать вас, — говорит Нора. — Всех вас. Вы важны для Веста, и, ну… он важен для меня.

Мои глаза сужаются. Этот голос был нежным. Как будто она признавалась в чем-то, что было для нее трудно. И моя мать, и тетя издают мягкие, счастливые звуки. Ой.

— Я хочу больше деталей, — говорит Эмбер. — Вы двое самые милые, и Нора, я обещаю тебе, это первый раз, когда он привел девушку домой. Ладно… Вест. Какой у Норы любимый напиток?

— Негрони, — отвечаю я, не пропуская ни доли. Заткнись, говорю я ей глазами.

Моя сестра просто улыбается.

— Какое у Норы второе имя?

— Он не знает его, потому что оно смущающее, — отвечает Нора с маленьким смешком. — Не заставляй меня раскрывать его сейчас. Следующий!

— Каким был ее первый питомец?

— Собака по кличке Титу, — говорю я. — Она брала его повсюду.

Глаза Норы расширяются. Она не знала, что я это знаю.

Что ж, я слушал истории ее брата. Она получила эту собаку на свой пятый день рождения. Раф ходил с мамой выбрать щенка овчарки.

— А каким было ваше первое свидание? — спрашивает моя сестра. — Я имею в виду, я могу представить, что это должно было быть трудно, с Рафом как одним из твоих старейших друзей.

— Эмбер, не нужно их допрашивать, — говорит мама. Она кладет столовые приборы. — Но да. Расскажите нам о ухаживаниях.

Господи Иисусе, блядь.

Я оглядываю стол. Это не то, во что я ее втяну.

— Как я сказал, мы оба были в Швейцарии под Новый год. Раф, Джеймс, Алекс и я катались на лыжах всего несколько дней. Нора появилась со своими подругами.

Эта часть достаточно правдива. Но мы пересеклись всего на день, не