Осколки тени и света - Мара Вересень

значения не имели, ведь мне не нужно было никуда идти. Маджен Нери склонялся ближе, тихо спрашивал, как я, проверял пульс и оставлял пальцы на запястье, потом обнимал мою ладонь своей, так тесно, будто мы были парой. Пожилые супруги, попутчики до Ливено, как раз и приняли нас за молодоженов. Дама, переглядываясь с мужем, мило шутила про молодые годы, не зная, что для меня отпустить руку Бернета означало почти тут же начать задыхаться.

Она все пытаясь приободрить меня, то и дело принимаясь рассказывать, как ей приходилось сложно в дороге, когда она ждала первенца. Делилась рецептами средств от тошноты и советовала, что лучше нанять ведьму-повитуху, чем обращаться в целительский центр, когда придет время.

Это время у меня уже было, только в памяти не осталось ничего, кроме боли и неприятия. Разве что вынужденная забота Драгона. И болезненная привязанность, случившаяся от того, что ему необходимо было кого-то любить и о ком-то заботиться, а никого, кроме меня, рядом не нашлось.

— Зараза! — экипаж встал так резко, что я клацнула челюстью и прикусила кончик языка. Боль притупила ощущение петли на шее, вернувшееся, едва маджен Нери отпустил мои пальцы, онемевшие почти за день пути.

Мне все же пришлось признаться Бернету, куда я еду. После того, как потеряла сознание у тумбы информатория, где смотрела расписание. Пришла в себя потому, что маджен Нери меня… целовал. Физически это так и выглядело, а по факту Бернет делал то же, что когда-то Драгон — делился силой. Потом он надрезал запястья и испачкал меня своей кровью.

Гостиничный номер мало чем отличался от того, где я провела предыдущую ночь. Я лежала, Нери деликатно пристроился рядом на шатком стуле.

— Это чистой воды шаманство, но должно помочь, — бормотал некромант, отводя глаза. Я знала почему — в какой-то момент процесс передачи силы перестал быть таковым, но Бернет остановился.

— Вы слишком совестливый для темного, маджен Нери, — проговорила я, когда петля разжалась настолько, что позволила мне говорить. — Как такое могло произойти?

— Увы, я слишком много времени провел вдали от семьи и соответствующего круга общения. Наверное. Не вставайте, я скоро.

— Куда вы?

— Не думаете же вы, что я брошу барышню в беде, принимая во внимание мою излишнюю совестливость? — он наконец посмотрел на меня. — Если сложится удачно и старик будет в городе, вы сможете доехать до… Вам придется сказать, Эленар, чтобы я смог помочь.

— Корнэ, мне нужно в Корнэ к… неважно. Это на всякий случай. Вы не будете знать и вам не придется врать, если спросят.

— Действительно.

— Что за старик?

— Ливиу. Хоран Ливиу. Ведьмак, мастер щита, бывший инструктор по ближнему бою Нодлутской академии магии. Сегодня четверг, а значит он с большой вероятностью будет сидеть в гостиничной таверне.

Глава 4

* * *

Вонь от диковато выглядящего фиала из белой глины способно было мертвого на ноги поднять, а само зелье, проглоченное неимоверными усилиями, подняло и меня. Выморозило изнутри до волдырей, выдавило слезы из глаз, колкие, как стеклянная крошка, а окружающее сделалось похожим на эскиз углем по серой бумаге. К моменту, когда краски стали понемногу возвращаться, мне было совершенно безразлично, какого цвета обои в комнате, или покрывало на постели, где я вполне себе уверенно сижу, хотя несколько часов назад едва могла шевельнуться. Бернету даже пришлось повысить голос, а потом чуть похлопать меня по руке, чтобы я обратила на него внимание. Я посмотрела сначала на него, потом на упавший на покрывало пузырек, подняла за узкое горлышко, качнула в пальцах — осталось еще на один мучительный глоток. Впрочем, это мне тоже было безразлично.

— Потом, — сказал маджен Нери и отобрал фиал, когда я собиралась допить. Вонь меня больше не беспокоила, а вот Бернет, сглатывая и стараясь не дышать, поспешил закупорить узкое горлышко.

— Здесь ровно две дозы, — продолжил он, пристально вглядываясь мне в лицо. — Так сказал ведан Ливиу. Обещал, что вам сразу же станет легче. Добавил, что отсутствие эмоциональной реакции — довольно серьезный побочный эффект. Но если не принимать зелье регулярно — пройдет быстро и почти без последствий.

— Почти? — спокойно поинтересовалась я, вставая и игнорируя протянутую Бернетом руку.

— Есть вероятность спонтанных эмоциональных всплесков: гнев, эйфория, влечение…

— Думаю, это не так фатально, как перестать дышать.

Комментировать было излишне и маджен Нери промолчал. Затем мне был предложен ужин и ночной пассажирский скорый до Корнэ.

Мое желание возместить траты Бернет принял в штыки, попросил не обесценивать чарами его, возможно, единственный стоящий поступок.

— Так странно, — признался некромант, проводив меня к экипажу, который оказался запряжен конструктами, а не живыми лошадьми. — Старик ждал именно меня, хотя я бываю здесь довольно редко. Пару месяцев назад наткнулся на него как раз в пабе. Ливиу весь вечер буравил взглядом, но так и не подал знака, что хочет поговорить. Цедил из кружки, кривился и смотрел. Разносчик сказал, что старик приходит по четвергам, проводит несколько часов с одной кружкой, и уходя, говорит, что никогда не пил пива отвратнее. Только возвращаясь, снова берет то же самое. Как будто забывает. Впрочем, не удивительно, ему уже значительно больше сотни. Надо было видеть облегчение с каким ведьмак отодвинул кружку, когда я подошел. Я рта не успел раскрыть, как получил то, что вы выпили. «Помогло спрятать пламя, укроет и свет от него», — заявил Ливиу. Затем добавил про два глотка и что сделал, что должно, а дальше не его забота, посоветовал не брать имбирное и ушел.

— Так не бывает.

— Отчего же? Очень даже бывает. — Нери устало потер переносицу, он заметно вымотался от того, что пришлось почти непрерывно делиться силой. — Ходили слухи, что Хоран — темный прорицатель. Я не особенно верил, такой дар сложно утаить, однако вот. И получается, что я не ошибся, решившись вам помогать.

— Знаете, — спокойно ответила я, после выпитого меня вообще мало что беспокоило, даже мое незавидное положение и весьма неопределенное будущее, — как человек, которому я не настолько нравилась, вы сделали неоправданно много.

— Хоран назвал это «сделать, что должно». Именно это чувство не дало мне уехать из Дат-Кронен после того, как я закончил свои дела. И оно же подсказывает мне сейчас, что должное исполнено. Надеюсь, у вас все получится, Эленар. Прощайте.

Рукопожатие. Пауза. Деликатный поцелуй руки. Вежливая улыбка с оттенком сожаления. Кивок. Так мы расстались.

Я заняла свое место. Наверняка мне было бы страшно или беспокойно, или еще как-то неуютно, но гадкое зелье напрочь избавило меня от каких-либо эмоций и почти лишило