Единственная Джун - Дженнифер Хартманн

Она не говорит мне ни слова.

Даже после того, как я, приведя себя в порядок, устало спускаюсь с Тео вниз и прощаюсь с ней, Джун просто молча таращится в экран телевизора, зарывшись на диване под пушистым пледом. Она игнорирует меня. Я вздыхаю. Понимаю, что ей всего девять и это не должно меня задевать…

Но все равно задевает.

* * *

– У тебя получилось!

Венди раскачивается на качелях, ее красноватые волосы собраны в два низких хвостика. Моника катается рядом с ней, когда мы с Тео подходим к ним. Деревянная стружка хрустит под кроссовками, я поправляю волосы, слегка прокашливаясь.

– Привет.

– Хорошо выглядите, дамы. – Тео поворачивает бейсболку козырьком назад. Он всегда знает, что сказать. Он всего на год старше меня, но такое ощущение, будто лет на десять.

Моника спрыгивает с качелей и бросается на руки к своему парню, обвиваясь своими длинными ногами вокруг талии. Светло-пепельные волосы блестят в свете фонаря.

– Я скучала по тебе, – визжит она, прижимаясь к нему.

Они целуются.

Целуются очень долго, взасос. Срываются на стоны.

Я стою всего в футе от них и чувствую себя неловко. Я бросаю взгляд на Венди, она опускает голову и прикусывает губу с едва уловимой улыбочкой на лице. Не имея представления, что делать, пока Тео и Моника там засасываются, я засовываю руки в карманы джинсов и медленно подхожу к ней.

– Итак…

Она поднимает взгляд, словно ожидая чего-то большего.

Но мне нечего предложить.

Она хихикает и кивает головой на качели рядом с ней:

– Садись.

– Ладно.

Я так и поступаю: усаживаюсь на качели и отталкиваюсь ногами. Я смотрю на Венди, а она смотрит на меня. Мы смеемся и отводим взгляд.

– Ты раньше когда-нибудь целовался с девушкой?

От этого вопроса я поперхнулся. Поборов приступ кашля, я глубоко вдыхаю и отрицательно качаю головой. Мои щеки становятся пунцовыми от накатившего чувства стыда.

– Нет… а ты?

Она улыбается, в глазах загорается лукавый огонек.

– Нет. С девушкой я не целовалась.

До меня доходит, насколько неудачно я сформулировал вопрос, я резко опускаю голову, и глупая песенка Кэти Перри[19] приходит мне на ум.

– Ты знаешь, о чем я.

– Да, знаю, – говорит она, издавая свистящий звук и посасывая нижнюю губу. – Я однажды целовалась с мальчиком. Прошлым летом на ярмарке. Он выиграл для меня мягкую игрушку, и я чувствовала себя обязанной ему, понимаешь?

– Конечно. Думаю, понимаю.

– Но он не тот, кого я хотела поцеловать.

У меня внезапно пересыхают губы, поэтому я облизываю их.

– Не тот?

Венди утвердительно качает головой, ковыряясь носком сандалии в деревянных щепках. Когда она поднимает на меня глаза, ее щеки заливает румянец.

– Я хотела поцеловать тебя, Брант Эллиотт.

– Меня? Почему?

– Потому что ты мне нравишься.

Полагаю, это достаточно убедительная причина.

– Поэтому ты попросила меня прийти сюда сегодня вечером? Чтобы поцеловать меня?

– Возможно.

Меня охватывает незнакомое чувство, словно бабочки в животе. Не уверен, что я должен что-то сделать с этой информацией.

Может быть, я должен поцеловать ее?

Моника заливается смехом, когда Тео подхватывает ее и перекидывает через плечо так, что она болтается вверх ногами.

– Опусти меня, Тео! Тебе же будет лучше, или, клянусь, сегодня ты ничего не получишь.

Ничего не получишь.

Я знаю, что это подразумевает секс.

Мы с Тео близки, поэтому говорим о сексе: в частности, о том, что у него он есть, а у меня нет. Его первый раз был с Моникой Портер, ранее в этом году. Он улизнул из дома через окно своей спальни, прямо как в кино. Думаю, они оба занимались сексом первый раз на заднем сиденье Land Rover родителей Моники, что, как мне показалось, не очень-то удобно. Но Тео сказал, что это был один из лучших моментов в его жизни.

Он сказал мне, что я тоже должен попробовать.

Я сглатываю, переключая свое внимание на Венди. Ее глаза темнеют. Набравшись храбрости, я спрашиваю ее:

– У тебя уже был секс? – Я краснею, когда этот вопрос вырывается из меня. И я очень надеюсь, что она этого не заметит.

Венди поднимает брови, как будто она не ожидала этого вопроса.

– О, эм… нет. Только один поцелуй.

– Да, то же самое. – Я иду на попятную, снова прокашливаясь. – Я имею в виду секс. Но, уверен, это и так понятно, учитывая, что я ни с кем не целовался.

Кажется, я несу какую-то чушь. И мне кажется, что я вспотел.

Венди встает с качелей и протягивает мне руку.

– Пойдем.

– Куда?

– Просто немного прогуляемся.

Тео с Моникой потерялись в своем собственном мире, поэтому я, борясь с нервозностью, принимаю предложение Венди. Я беру ее за ладонь и встаю с качелей. Мы прогуливаемся по парку, держась за руки, пока легкий летний ветерок обдувает кожу.

– Так…

– Так, – повторяет она сквозь смех. – Ты собираешься меня поцеловать или что?

– Что?

Мы останавливаемся, и Венди поворачивается ко мне, смущенно улыбаясь.

– «Что» не было возможным вариантом, знаешь ли.

Она снова прикусывает губу, мой взгляд замирает на этом жесте. Стиснув зубы, я резко втягиваю воздух:

– Верно. Я знаю.

– Да, уверен?

Нет. Может быть. Вероятно. Да.

У меня бешено стучит сердце.

– Я думаю об этом. – Проклиная себя за то, что являюсь чертовым трусом, я провожу ладонью по лицу и мысленно приказываю своему вырывающемуся из груди сердцу успокоиться. Затем я протягиваю руки и прижимаю ладони к ее щекам, возможно, немного грубо. Она резко втягивает воздух в удивлении, и я ослабляю хватку. – Мне жаль…

Венди высовывает язык и облизывает пересохшие губы, не сводя глаз с моих.

– А мне нет.

– Все в порядке?

– Да. Более чем. Это то, о чем я мечтаю уже несколько лет.

– Несколько лет, хм? – Прикусив щеку, я провожу большим пальцем по ее лицу. – Это немалый срок для того, чтобы мечтать о поцелуе с кем-то.

– Уверена, это стоит всех лет ожидания.

Наши взгляды снова встречаются на мгновение, а потом я наклоняюсь ближе. Я дышу прерывисто и сбивчиво. Меня накрывают эмоции, и я прошу лишь, чтобы тело не дрожало, как у неопытного дурачка. Я размыкаю губы, то же делает и она. Придвигаясь ближе, я последний раз глубоко вдыхаю, не оставляя между нами пространства, и мои губы сливаются с ее губами. Сначала я целую ее осторожно, просто щекоча или лаская. Мы словно парим, она скользит руками по моим бедрам,