Влюбленные антиподы - Ольга Горышина

— А как ты научился так хорошо говорить по-английски? — спросила я минут через пять, поняв, что иначе эта дорога никогда не закончится.

Кузьма нагнал меня в один шаг, и мы быстро примерились к темпу друг друга. Между нами болтался мешок с моей одеждой, и я не стала увеличивать расстояние еще больше — за руки все равно не взяться. Да и Кузьме это вовсе не надо.

— Много путешествовал. Один, — ответил он коротко, не горя особым желанием вдаваться в подробности, но все же добавил: — По хостелам.

К чему это? Что это должно было мне сказать? О нем и о специфике подобных путешествий.

— Когда шесть-восемь человек в комнате, то хочешь, не хочешь начинаешь говорить. А когда половина не носители языка, то чувствуешь себя рыбой в воде. Впрочем, европейцы все равно лучше наших говорят, практически без акцента. Ну, ты по хорватам должна была заметить, — и Кузьма наконец повернул ко мне голову.

— Ну да, хорваты… Европейцы, скажешь тоже…

— А чем они тебе не европейцы? Они первыми проголосовали за выход из состава Югославии. Это сербы исторически были с нами по вере, ну и по политике, а хорваты — католики, им к Папе поближе как-то будет. И в меню у них в ресторане третий язык вообще-то итальянский, но никак не русский.

— Что ты хочешь сказать? — вспылила я и отвернулась, не особо-то и желая получить ответ.

— Да ничего я не хочу сказать! — он толкнул меня в бок мягким пакетом. — Только то, что хорваты европейцы и хорошо говорят по-английски, потому что им это нужно. Родителям их это не было еще нужно, вот они и не говорят. Ну и у нас мало кто сносно спикает, потому что до сих пор большинство считает, что это им не нужно. Иначе бы турфирмы не писали капслоком, что персонал говорит по-русски.

— Ты разве ездишь куда-то с турфирмами? — по-прежнему нервно говорила я, не в силах побороть раздражение, которое рождала во мне неторопливая манера Кузьмы вести разговор. Или скорее — монолог, диалог со мной его не особо интересовал.

— Никогда. Я — дикарь. Одиночка, который не желает, чтобы за его же ему ограничивали свободу.

— Но в Мексику ты же ездил с друзьями? — перебила я, горя желанием сказать: с подругами.

— Ну, это не я организовывал. Меня взяли в качестве рабсилы. Переводить с русского на русский. Я еще за полгода испанского немного выучил, потому что мне сказали, что там одним английским не отделаешься. Вернее, за английский придется платить втридорога.

Так и хотелось ввернуть шпильку — ты деньги считаешь, что ли? Или другим помогаешь экономить по доброте душевной за счет своего папочки? Таська тоже с барского плеча мне еще в старших классах скидывала "надеванные единожды" наряды. Но не успела я ввернуть заготовленную колкость, он снова заговорил:

— Тяжело выбрать попутчика, который с тобой на одной волне.

О, вот и булыжничек в мой огород прилетел! Недолет, я тебе в попутчицы не напрашивалась, сам взял. Теперь мучайся, если не принял от меня такой простой расклад: я — на пляже, ты — сам по себе. Сам себя доводишь — а виновата кругом я!

— Вот Таська с Кристиной на одной волне… — Ну как же полчаса да без своей распрекрасной Крысы! — Вернее, она на крысиной волне. Моя сестра самостоятельностью мышления никогда не отличалась.

Ты, похоже, тоже — зациклился на бабе. Интересно, такой крепкой бывает лишь безответная любовь? Хотя разве бывает у Кристины безответная? Если уж она перед Андрюхой раздвинула ноги, то явно Кузьме не отказала. Сначала, а ему, видимо, понравилось, а вот ей стало скучно — захотелось других парней. Или Кристина потребовала от него распустить весь свой гарем — кажется, это абсолютно нормальное условие для долгоиграющих отношений — а ему жалко стало. Увы, вариант "целых овец и сытых волков" не у всех прокатывает. Жалко тебя, Кузьма, вот реально жалко… Может, пора посмотреть на мир через какую-нибудь иную призму, а не через слово из трех букв?

— Хорватия, конечно, изначально была дурацкой идеей…

Я что-то пропустила, нет? Ну да, согласна… Дурацкая, хуже некуда!

— Но мне больно смотреть на сестру…

И на ее подругу. Ну, договаривай уже. Может, тебе к психологу сходить надо? Я хоть и не психолог, но с умной миной выслушать все-таки могу. И даже советов давать не стану. Какой из меня собственно советчик. Мы действительно с Марса и Венеры! Или вообще живем в разных галактиках, которые столкнувшись, могут только взорваться!

— Даш, тебя реально не напрягает такая ситуация?

— Какая такая?

Он даже остановился — видимо, созрел до какой-то серьезной фразы. Можно послушать и вежливо покивать.

— Ну, что тобой так играют? Хотят, с тобой общаются. Хотят, нет… Еще и обсуждают тебя между собой… Что тебя держит подле моей сестры? Она же тебе ничего не дает…