Влюбленные антиподы - Ольга Горышина

Это ты сейчас про деньги, что ли? Так я у твоей сестры никогда и ничего не просила. Одежду брала, потому что Таська втюхивала мне ее со словами — иначе на помойку бомжам отнесу.

— А я с ней не общаюсь, ты разве не заметил? — сказала я почти правду.

Это походит больше на отголосок былого общения. Теперь даже не скажешь — дружбы. Держит при себе, потому что другим отдать жалко, да никто и не просит отдать. Бред… Я после школы как-то вообще не задумывалась про нашу с Таськой дружбу: некогда стало из-за учебы, дурацкой работы и маминого нытья из-за вечной нехватки денег. Отлично — ну не Машке же на работу в шестнадцать идти! Ей к ЕГЭ надо готовиться, поступать, выучиться… Нам надеяться не на кого. Только на себя.

— Откуда мне заметить? Я сам с сестрой не особо общаюсь. Тоже некогда. Какой столик возьмем — на террасе или внутри?

Вот так незаметно мы прошли целый километр.

— Давай лучше на улице. Здесь спокойнее.

Внутри работал телевизор, шел футбол — Хорватия, ничего удивительного!

Указали утреннему официанту желаемый столик, сели, раскрыли меню, заказали "природну воду" и получили время на подумать.

— Даш! — пятерня Кузьмы легла на меню, закрыв от меня не только цены, на которые я уже и так велела себе не смотреть, но и сами блюда. — Давай возьмем морепродукты? У них тут есть блюдо на двоих.

И снабдил вопрос таким умоляющим взглядом, что мне захотелось отвернуться. Уж лучше буду смотреть в меню: креветки, устрицы, жареный осьминог…

— Осьминог?

— А что ты скривилась? Очень даже вкусно. Ты ела когда-нибудь жареного осьминога? Нет? Тогда точно надо попробовать. У тебя сегодня день открытий… В море ты уже нырнула, — почти что рассмеялся Кузьма.

— Знаешь, — я пыталась говорить и выглядеть серьезно. — На сегодня достаточно катамарана.

— Значит, осьминога оставим на завтра? — и щупальца Кузьмы поползла по меню прямо к моему… моему бантику!

И я, захлопнув меню на его руке, откинулась на спинку стула и сказала громко "нет". На все — осьминога и мой бантик, и то, что к этому бантику в мыслях Кузьмы прилагалось.

— Даш, ну что ты упрямишься? — улыбнулся он еще сильнее, ловко высвободив из меню руку. — Лучше попробовать и сказать "фу", чем пройти мимо блюда, которое могло бы стать твоим любимым.

Он даже погрозил мне указательным пальцем своей щупальцы. Но я усмехнулась:

— Вряд ли я стану покупать себе на ужин осьминогов. Во всяком случае в обозримом будущем.

Кузьма замер, но быстро нашёлся с ответом и ни словом, ни взглядом не обмолвился про мою работу и смехотворный заработок:

— Давай будем спорить о вкусе ананаса с теми, кто их ел.

— Я ела ананасы… — прищурилась я на пламя свечи, которая металась туда сюда в наэлектризованном квадрате нашего столика.

— Это вообще-то такое выражение…

— Цитата, ты хотел сказать, — улыбнулась я на его манер, поняв, что стою на берегу Рубикона и промедление подобно смерти. — Я знаю, я не тупая… Хотя знаешь, я понимаю, как ты себя со мной чувствуешь. У меня такие же коллеги в магазине, им можно только улыбаться. Поддерживать беседу на их уровне невозможно даже при всём желании. Я и не представляла раньше, что за люди ходят вокруг меня. Мы ведь обычно не выходим из зоны комфорта без особой надобности, а причины выхода не всегда прописаны на лице. И моя начальница уверена, что через год я принесу ей диплом, чтобы стать менеджером отдела. Типа, дворником высшего разряда. Прикинь?

Кузьма кивнул — правда, непонятно чему.

— Ну, я тоже удивился, когда узнал, чем ты занимаешься. Зачем? Неужели по специальности на четвертом курсе не устроиться? Уверен, что у тебя снова одни пятерки.

— Да, одни пятерки, — процедила я сквозь зубы, не в силах заставить себя продолжать разговор с улыбкой.

Как он. Ему на зло! Только зло не выходило. Получалось грустно.

— Нам нужны были деньги и срочно. Я искала подработку рядом с домом, потому что я и так два часа трачу на дорогу в универ. И главное — мне нужна была работа без умственного напряжения. Руки товар расставляют, а мыслями я в своих домашках. И в свободную минуту не туплю в телефон, а читаю с экрана учебник. Ясно?

Он кивнул и ответил:

— Не совсем. Я тебе, знаешь, что скажу. У меня был профессор по физике. Он тоже, когда в аспирантуру пошел, решил, что пора семью заводить и кормить ее. Ну и, чтобы не грузить голову, как ты сказала, пошел в маляры. Говорил, месяц помахал валиком, два, три… И почувствовал, что тупеет от окружения и долбанной рутины. Да и после физической работы хочется завалиться в кровать и спать, не до диссертации уже… И он бросил.

Я тупею? Ну да… Я и до магазина не была тебе интересна. Если только в качестве манекена для первого поцелуя. Да и то не срослось как-то…

— У меня нет вариантов бросить, — решила я не спорить с ним о своей тупизне, чтобы не нарваться на более грубые комплименты. — Я не могу сказать маме: знаешь, есть бесплатные аналоги твоим лекарствам. Зачем тратиться на дорогие препараты и частную клинику. Понимаешь, о чем я?

Кузьма снова кивнул.

— Даша, я все понимаю, но я не понимаю одного: почему ты не попросила Таську устроить тебя к отцу.

Тупой тут он!

— Я же сказала, что не хотела ничего по специальности. Мне учиться надо, а там это было бы невозможно.

— Знаешь, я тоже вот думаю, что тебе учиться надо, а не товар по полочкам раскладывать… Как ты смотришь на то, чтобы за те же двадцать тысяч циферки в базу вбивать. Из дома, кстати.

— Я не хочу, чтобы ты за меня просил, — отрезала я.

— А я и не могу за тебя просить. Я прекратил с отцом всякое общение еще два года назад. Пусть Таська просит. А то что она как тварь-то себя ведет? Ты, блин, десять лет ее тянула, а она, зная, что у вас в семье такая жопа, даже палец о палец не ударила. Это вообще свинство, полное… Я не знал, что она до такой степени сучка стала…

— Кузьма, не смей так говорить!

На мой окрик он замер, с открытым ртом.

— Она твоя сестра. Ты что такое несешь?

— А ничего… — он шумно выдохнул. — Ну да, сестра… По факту, а так… Да, ладно… Ты, по ходу, вообще ничего не знаешь.

Я выпрямилась до боли в лопатках.

— Ты у нас когда последний раз в гостях была?

Что ж, скажу…

— До школьного выпускного.

— Оно и понятно…

— Чего тебе понятно?

— Да ничего, ладно…

— Нет, ты уж говори, раз начал…

— Напьюсь, скажу… — усмехнулся он и махнул официанту, который после того, как принес нам бутылку воды, в ожидании замер у двери: — Нам мясную тарелку на двоих, — сказал Кузьма уже по-английски. — Греческий салат, тоже на двоих и по поллитра пиво. Одно ТОЧЕНО, другое Ожу…