Пламя на двоих - Ольга Ярошинская

Тот взвыл и сполз по стене, и Элай поднял его за шкирку как котенка.

— А ты как поживаешь? — поменял ладонь, чтоб не обжечь. — Слышал, у вас в башне какие-то неполадки с душем? — тычок под ребра. — А ты такой чистоплотный. — Еще один, с другой стороны.

— Да как ты смеешь? — просипел Янис. — Ты кто такой?!

— Никто, — согласился Элай. Будь он по-прежнему наследником трона, такого беспредела бы себе не позволил. — Поздравляю с победой, Янис! — тот дернулся, попытавшись удрать, но Элай поймал его за шиворот и впечатал носом в стену. — Но если ты еще хоть раз посмотришь в сторону Вив, — произнес ему на ухо, склонившись, — у тебя только это золотое яйцо и останется. Ты меня понял?

— Понял, — выдавил Янис, косясь как испуганный заяц.

— То-то же, — сказал Элай.

Он отпустил его, одернул смявшийся пиджачок, легонько похлопал по щеке, и Янис втянул воздух сквозь зубы.

— Иди давай, откуда пришел. Посещения закрыты.

Янис ушел, не оглядываясь, а Элай направился к выходу.

Берта искренне раскаивалась в содеянном и брала вину на себя, но что-то тут было нечисто. У нее всего лишь искра. Она шарахалась от его прикосновения, как и прочие, — Элай давно это выяснил.

И тут вдруг пожар. А еще камни, летящие с неба. Он сам чуть не вывернул ногу, приземлившись на какой-то булыжник. Так-то охрана следит за периметром, но кто-нибудь мог пробраться, подстроить всякое. А потом сделать ставку на другую команду — на Крылатых играх многие делали деньги.

Увы, когда Элай спустился в долину, рабочие уже убрали остатки бревна и расчистили площадку под будущий механизм.

— Там уже и чинить было нечего, — пояснил один из работяг. — Но вы не волнуйтесь, к следующим Играм все будет готово.

Элай пошатался там немного, пнул камень, попавший под ногу, и пошел прочь.

А в башне его ждал гость — невысокий смуглый мужчина, попивающий чай в одном из кресел гостиной.

— Мне предложили стража! — восторженно сообщил Туч, кинувшись к Элаю. — Сказали — отличный щит, широкий и надежный, и реакция у меня хорошая, и стремление помочь друзьям. Элай, это в два раза больше денег, чем за рядового дозорного! Год поработаю — а потом можно свадьбу играть.

— И меня считают очень перспективным, — похвастался Иней, развалившийся в кресле напротив гостя, — но у меня еще куча времени, чтобы определиться.

— А мои иллюзии никто не увидел, — горестно вздохнул Рони.

— Еще увидят, — утешил его гость. — Но я ждал вас.

Он поставил чашку на блюдце, поднял взгляд на Элая, и тот замер. Он знал эти глаза, серо-зеленые, как изнанка листка.

— Мы говорили, что тебе неинтересно, — добавил Туч, — но он уперся и сидит.

— Парни, там к Вив уже пускают, — бросил Элай. — Сходите, а? Узнайте, придет ли она в башню на ночь или останется там.

И ему придется ночевать в соседней палате.

Он подождал, пока ребята выйдут, и сел в кресло напротив гостя.

— Давно не виделись, Риан, — сказал Чезарь Мареска, скайлорд южных рубежей, и лучики морщин прорезали смуглую кожу от уголков глаз.

— Лет шесть, — кивнул Элай.

— Ровно столько тебя считают мертвым. Говорили, инициация прошла плохо, но я своими глазами видел, что весьма хорошо. У тебя крылья, легендарный аркан! Твоя мать бы тобой гордилась.

Земли Мареска граничили с поместьем матери. Чезарь шутил, что король увел невесту у него из-под носа. Иногда Элаю казалось, это вовсе не шутка.

— Почему отец отослал тебя?

Сердце заныло, будто в него всадили нож.

— Я горел изнутри несколько дней, — нехотя ответил Элай. Говорили — три, но казалось — вечность. — Отец решил, мне уже не помочь. Приказал закончить мои страдания. Но кое-кто верил в меня сильнее.

— А сейчас? Ты пытался поговорить с ним? Ты ведь жив и здоров. Ты — наследник!

— Он сделал свой выбор.

Чезарь откинулся на спинку кресла, разглядывая Элая так, будто увидел впервые. Что ж, инициация меняет людей.

— Знаешь, все эти россказни про драконью кровь, что она соблазняет и толкает на путь порока, — он покрутил смуглой кистью в воздухе, — иногда кажутся мне лишь удобным оправданием. Человек остается человеком. Я видел Игры. Ты бросился на помощь без колебаний. Тириан бы так не поступил.

— Для короля это скорее плюс, — усмехнулся Элай.

— Престол должен быть твоим, Риан, — твердо сказал Чезарь, подавшись вперед. — С тобой обошлись несправедливо!

— Я не вполне здоров, — отрывисто признался Элай. — Помимо крыльев у меня есть еще меч и знак летописца, и огонь...

— Как так? — изумился Чезарь.

— Мой огонь обжигает, — закончил Элай. — Я не могу прикоснуться… ни к кому.

Сегодня был миг, когда безумная надежда коснулась его души. Вивиана в его объятиях, глаза в глаза, вздох — как будто удивленный. Но ему померещилось. Она лишь набрала в грудь побольше воздуха, чтоб закричать чуть позже. Болевой шок.

Чезарь нахмурился, протянул руку, и Элай легонько коснулся его пальцев.

— Глядишь, обернешься драконом, как короли древности, — усмехнулся Чезарь, отдернув ладонь. — Вот будет потеха. Но, Риан, ты все равно имеешь все права на престол. Я знаю тебя с детства, я знал твою мать. Она не простила бы, если бы я остался в стороне. Я поговорю с королем. Ходят слухи, что драконья кровь сводит его с ума. Если он отказался от тебя и выбрал преемником младшего, значит, это действительно...

— Вам пора, — сказал Элай, невежливо перебив гостя.

Чезарь умолк, затем поднялся.

— Я напишу тебе, можно? — спросил напоследок.

— Буду рад.

А когда гость ушел, Элай бросился наверх, изо всех сил пытаясь подавить приступ, который поднимался в нем удушливой жгучей волной. Он упал на пол, вцепился зубами в ковер, выгибаясь от боли, и жадное пламя вгрызлось в него изнутри точно голодный дракон.

* * *

Тьма отступила, и перед глазами выросли ворсинки ковра, а ощущение собственного тела, разбитого и опустошенного, потихоньку вернулось. Дракон спрятался, но не ушел, и это было хуже всего — понимать, что боль повторится. В зубах застряли нитки, во рту остался соленый вкус крови, а мышцы мелко дрожали. Элай перевернулся на спину, и потолок над ним поплыл, покачнувшись. Уже совсем стемнело, а снизу доносились голоса.

— Откуда я знаю, что написал доктор? — возмущалась Вивиана. — Сам посмотри, какой почерк.

— Мне кажется, он просто ручку расписывал, — пробасил Туч. — А сказал-то что?

— Приходить к нему на обработку раз в день. Отстранил от практики на неделю.

Легко отделалась. Странно это — она шла через пламя…

— Судя по запаху,