Наваждение, или Мой чужой мужчина - Адалин Черно

Женя

— Давай попробуем договориться, — произносит Вадим спустя несколько часов после того, как я высказалась.                                                                         

— Я никуда не уеду, — решительно говорю, даже не глядя в его сторону.

Лишь на мгновение я отвлекаюсь от работы, после чего возвращаюсь к проекту и вношу несколько штрихов.                                                                         

— Здесь небезопасно, — в который раз произносит Вадим.

— Тебе не надоело? — я таки поворачиваюсь к нему. — Ты как попугай: здесь небезопасно, здесь небезопасно. Уезжай, тогда сразу станет безопасно.                                    

— Я не могу уехать.                                                                         

— Какое совпадение, представляешь, я тоже не могу уехать!                                    

Я резко раздражаюсь. Не помню, чтобы замечала за собой такого, но сейчас меня не просто раздражает, а даже бесит присутствие Вадима, а еще его уверенный тон и учительский тон.

— Женя, я хочу обсудить все цивилизованно.                                    

— Что сказал Сергей? — спрашиваю, потому что если бы Сергей согласился на мой отъезд, он бы уже звонил и говорил собирать свои вещи.                                    

— Он не понимает всей серьезности ситуации, — раздраженно произносит мужчина. — Сказал, что ты можешь оставаться здесь. Тут, видите ли, охрана.                                    

— Он прав, — киваю головой я. — Здесь есть охрана, большой забор, камеры, к тому же двери автоматической блокировки и…                                    

— Женя, — перебивает меня Вадим. — Ты маленькая? Это все не поможет. Пока никто не знает, где именно я нахожусь, но как только моя локация станет известна, сюда заявится Березовский. И вот эта охрана, двери… все это станет неважным.                                    

— Значит, тебе здесь безопасно? — спрашиваю я, а сама чувствую, как внутри разливается неприятное тепло, свидетельствующее о напряжении от одного упоминания фамилии.

— Не безопасно, — поясняет он. — Но у меня нет выбора.

Я поджимаю губы. Уезжать не хочется хотя бы потому, что мне действительно нравится проект.

— Женя, ты должна понять, пожалуйста.                                    

Я лишь вздыхаю и отворачиваюсь. К проекту душа не лежит хотя бы потому, что я действительно не знаю, как быть. Что делать?                                                                          

— Куда ты влез… снова?                                    

— Женя… — он делает паузу, после чего чертыхается и говорит: — Послушай, тебе нужно уезжать. Сейчас.Я не знаю, когда станет известно о моем месте пребывания. И я не хочу, чтобы ты оказалась в самом эпицентре, понимаешь? Ты должна уехать.

— Вадим, я…                                                                         

Наш разговор прерывает звук въезжающей на территорию машины. Мы оба поворачиваем голову, но отсюда ничего не видно. Вадим приседает и аккуратно подходит к краю, после чего выравнивается и машет кому-то рукой.                                                                         

— Это друг, — поясняет он. — Побудь пока здесь.                                    

С этими словами он уходит с крыши, а я откидываюсь на подушках и пытаюсь прийти в себя. Появление Вадима выбило меня из колеи, а его поведение и вовсе обескуражило меня. Я совершенно не понимаю, почему он ведет себя так некорректно по отношению ко мне. Как не понимаю и того, почему он появился здесь именно сейчас, когда моя жизнь, кажется, стала налаживаться. Когда я нашла идеальный проект и место, приносящее мне умиротворение.

Я даже стала забывать!                                    

И все вернулось снова. Он вернулся.                                    

Я лежу так некоторое время, после чего решаю спуститься и собрать вещи. Если здесь и вправду небезопасно, то мне лучше уехать. Это лучшее, что я смогу сделать, а проект… попробую поработать над ним дома, в конце концов.                                    

Я спускаюсь на второй этаж, иду в свою комнату, но на полпути останавливаюсь, потому что ко мне доносится фраза, вынуждающая меня буквально прирасти к месту.

— О ней уже знают, Вадим, поэтому уезжать ей нет смысла.

— Блять, — ругается Вадим, а я лишь прикрываю веки, хотя чувствую, как липкий страх расползается по телу.                                                                         

В груди начинает нещадно сдавливать, да и тошнота возвращается как-то невовремя.

— Оставайтесь здесь, я привезу все необходимое. И ребят подключу. Вы будете в безопасности, — снова говорит тот же голос.                                    

— А что если увести ее из страны, м? Отправить куда-то, — неожиданно предлагает Вадим.

— Можно, — соглашается его собеседник. — Но где гарантия, что ее не тронут? Что не поймут, что она дорога тебе и не заберут?