Беспроигрышное пари - Кэт Шилд

— Бурное же у тебя было детство, — рассмеялся Себастьян. — Счастье, что выжила. А я и не предполагал, что ты была таким сорванцом.

— Ну, в тринадцать лет я забросила все эти лихачества, когда поняла, что мальчишки предпочитают не встречаться с девочками, которые гораздо лучше, чем они, катаются на велосипеде и скейтборде. И именно тогда мама взялась за мое воспитание вплотную. Я должна была перевоплотиться в достойную дочку приходского священника, и мне пришлось сделать вид, будто я смирилась, а на самом деле мною все больше и больше овладевала тоска. Мое будущее виделось мне похожим на техасское шоссе — пустым, бесконечным и скучным. Иногда мне казалось, что я просто-напросто умру, если не вырвусь отсюда.

Себастьян понимающе покивал, явственно сознавая, насколько плохо жилось полной энергии девчонке в этом захолустном городке, где каждый друг друга знает и где нет никаких перспектив.

Пока Мисси убирала инструменты в сарай, он выкинул кучку сорняков в мусорный контейнер, и они вместе пошли в дом. Скоро вся семья соберется на праздничный ужин, а они перемазались в земле. Надо было принять душ и переодеться.

Когда они поднялись на второй этаж, Мисси остановилась у двери своей спальни и повернулась к Себастьяну.

— Папа рассказал мне о том, что ты просил у него моей руки, — произнесла она, и по ее тону он понял, что только это занимало ее мысли все это время. — Я благодарна тебе, но не могу выйти за тебя замуж.

— Почему?

— Ты принял такое решение по одной-единственной причине: потому, что я беременна.

— Частично. — Себастьян взял ее лицо в ладони и заглянул в глаза цвета лесного ореха. — Но это отнюдь не единственная, как ты считаешь, причина.

— Ты настоящий мужчина, Себастьян, но в отношениях со мной от тебя никто не ждет проявления благородства, — сказала Мисси, упираясь ему в грудь руками. — Нельзя же всю жизнь поступать правильно.

— Мне плевать на чужое мнение, Мисси, я сам хочу поступить правильно, — последние слова он произнес медленно и с расстановкой, чтобы до нее дошел их смысл. — Кроме того, я не собираюсь прожить свой век бобылем. И дом свой я построил для того, чтобы в нем жила моя семья, и больше всего я хочу, чтобы в мою семью входили ты и наш ребенок.

Она отрицательно мотнула головой.

— Нет, Себастьян, совсем не так я вижу свое будущее.

Его смоляные брови взметнулись вверх.

— Вот как? Почему же так кардинально изменились твои планы? Насколько я помню, в Лас-Вегасе ты говорила о стремлении выйти замуж и рожать детей. Первенец у тебя скоро появится, а что насчет семьи?

— Ну, я надеюсь, что семья у меня тоже будет, но я никогда не рассматривала в роли моего мужа тебя.

— Неужели? — в его голосе послышался едва сдерживаемый смех.

— Именно так, — отрезала Мисси.

— А вот мой отец абсолютно уверен, что ты меня любишь.

От неожиданности у нее отвисла челюсть, гнев закипел в глубине глаз, а голос, когда она наконец заговорила, дрожал от негодования:

— Не буду отрицать, что кое-какие чувства я к тебе испытываю. Но не думаю, что было бы умно с моей стороны выходить за тебя замуж, даже если бы я действительно была влюблена и сходила с ума от любви.

— Действительно была влюблена? То есть ты хочешь сказать, что на самом деле это не так? — лукаво поинтересовался Себастьян.

— Это не имеет никакого значения.

— Имеет — для меня.

Мисси замялась и отчего-то начала заикаться.

— Лю-люди скажут, что я нарочно те-тебя соблазнила. — Она тряхнула головой и уже нормально закончила, без дурацкого блеяния: — Что я специально забеременела. Что провинциальная девочка охотится за твоими капиталами.

— Я уже сказал, что людские домыслы меня не интересуют, — отмахнулся Себастьян. — Так или иначе, никто не посмеет даже в сторону твою посмотреть с осуждением, как только ты станешь моей женой.

И с этими словами он притянул ее к себе и поцеловал — медленно и бесконечно нежно. А отпустил, только когда почувствовал, что она обмякла в его объятиях и начала отвечать на поцелуй.

— Может, и так, — выдохнула Мисси и подставила лицо так, чтобы ему было удобнее, — но думать про меня все равно будут. Они… они не примут меня.

Себастьяну и в голову не могло прийти, что когда-либо ему придется убеждать женщину выйти за него замуж, но ее упрямство лишь распаляло его.

— Не говори ерунды, милая.

— Да какая же это ерунда, — продолжала капризничать Мисси. — Еще пять недель назад я была твоим референтом, почти секретаршей. Посмотри правде в лицо, Себастьян, я ведь была последней женщиной в Хьюстоне, которую тебе тогда вдруг вздумалось бы взять в жены, ведь так?

Себастьян пожал плечами. Если бы она сказала это до приезда в Лас-Вегас, он, возможно, согласился с ней, но с тех пор многое изменилось, сам Себастьян стал другим. Теперь он не представлял жизни без рыжеволосой девушки с бездонными глазами, он просто потерял голову, стал одержим ею, каждую минуту думал только о ней.

— Знаешь, Мисси, не надо решать за меня, что мне вздумалось бы, а что — нет. — Его бывшая жена, вздорная и наглая дамочка с лживым, убегающим в сторону взглядом, думала только о себе и своей выгоде, и Себастьян, едва подав на развод, принял решение жениться в следующий раз на девушке, способной сопереживать, умной и отзывчивой. — Ты недооцениваешь себя, дорогая. Ты настоящая, теплая, живая. — Он поднял ее левую руку и провел пальцами по ладони так же, как это совсем недавно сделала она. — Видишь ли, яркая обложка глянцевого журнала может, конечно, меня заинтересовать, но лишь на секунду. Мне гораздо интереснее посмотреть, что там внутри.

Мисси хотела отдернуть руку, но он не отпускал, а напротив, начал нежно поглаживать, как будто делал массаж, и плечи Мисси наконец расслабились.

— Я не вписываюсь в твой мир, — пролепетала она непослушными губами.

— Прекрати твердить одно и то же. Вот сама посуди: разве я похож на того твоего приятеля… Роба, кажется? Ну, вот то-то же, и перестань сравнивать меня с ним.

— Но ты сам обвинил меня в том, что я хочу, чтобы ты признал чужого ребенка своим, никто тебя за язык не тянул.

— Это была всего лишь реакция на то, как складывалось мое личное прошлое. Поверь, я раскаиваюсь и кляну себя на чем свет стоит с той самой минуты, как слова сорвались у меня с языка. Никогда больше я не обижу тебя, Мисси.

— Мне очень хочется верить в это, Себастьян.

И все-таки в ее голосе он различил нотку сомнения. И тогда он решил пустить в ход беспроигрышное оружие.

— Может, это заставит тебя поверить в искренность и серьезность моих намерений.

Себастьян вытащил из кармана кольцо и торжественно надел его на безымянный палец Мисси, запачканный землей. Огромный, завораживающе сверкающий бриллиант весело подмигнул своей хозяйке, обещая долгую и счастливую жизнь.