Эхо нашего лета - Эвелин Грин

Глава 44: Подписи и гарантии

Утро началось с запаха свежесваренного кофе и легкого скрипа деревянных половиц. Лена медленно открыла глаза, чувствуя непривычную, почти забытую легкость. Просторная спальня Марка была залита мягким утренним светом, пробивающимся сквозь льняные шторы.

Она потянулась, вспоминая вчерашний вечер. Угрозы Вадима, еще недавно нависавшие над ней грозовой тучей, больше не казались катастрофой. Теперь у нее был план, и, что гораздо важнее, у нее был Марк.

Накинув всё ту же футболку, Лена вышла на кухню. Марк стоял у плиты, ловко переворачивая яичницу на сковороде. На нем были простые серые спортивные штаны, а волосы чуть взъерошены после сна.

— Доброе утро, капитан, — не оборачиваясь, произнес он, безошибочно узнав её шаги.

— Доброе, — Лена подошла сзади и обняла его, прижавшись щекой к его широкой спине. — Ты всегда так рано встаешь?

— Привычка, — Марк выключил плиту и повернулся, обнимая ее в ответ. — К тому же, сегодня у нас много дел. Я уже звонил своему юристу насчет твоего бывшего.

Лена инстинктивно напряглась, но Марк успокаивающе погладил ее по спине.

— Всё нормально. Как я и думал, его угрозы — это просто блеф и попытка сыграть на твоих нервах. Кредит на мебель действительно был оформлен как созаем, но ваши обязательства можно разделить юридически. Мой друг прямо сейчас составляет официальное письмо для его адвоката. Если Вадим захочет судиться — милости просим, но в итоге это обойдется ему гораздо дороже, чем сумма долга. Тебе больше не о чем переживать.

Лена шумно выдохнула, чувствуя, как невидимый обруч, сдавливавший грудную клетку последние месяцы, окончательно лопнул.

— Спасибо, — прошептала она, уткнувшись ему в плечо.

— Завтракаем и в бой, — Марк поцеловал ее в макушку. — Нам нужно собрать максимум подписей до четверга.

Через час они уже открывали тяжелые дубовые двери «Маяка». Погода наладилась, сменив вчерашний штормовой ветер на ясное, по-осеннему прозрачное небо. Внутри магазина было тихо и уютно, но эта тишина продлилась недолго.

Ровно в девять в зал влетела Оля, сжимая под мышкой пухлую стопку свежеотпечатанных бланков, а в руках — неизменный пакет с выпечкой.

— Типография Ильича работала всю ночь! — торжественно объявила она, сгружая бланки на массивный рабочий стол. — Петиция против застройки набережной и строительства парковки. Текст составлял лично Михаил Сергеич, так что там всё идеально с точки зрения закона, с правильными ссылками на историческую ценность и градостроительные нормы.

Вскоре появился и сам лидер краеведов, тяжело опираясь на свою трость. За ним тянулась целая вереница людей — члены его клуба, завсегдатаи Олиной пекарни и просто местные жители, которые еще помнили отца Лены.

— Ну что, Елена Ильинична, — пробасил старик, довольно оглядывая собравшихся. — Покажем этим акулам из «Океана», что наш город не продается?

Работа закипела. За считанные часы «Маяк» превратился в настоящий штаб сопротивления. Лена координировала волонтеров, распределяя их по улицам и площадям города. Марк безостановочно варил свой фирменный кофе, поддерживая боевой дух команды, и сам успевал перекинуться парой слов с каждым зашедшим.

К обеду на бланках красовались уже сотни уверенных подписей. Люди заходили не только для того, чтобы поддержать петицию, но и посмотреть на обновленное пространство магазина. Они покупали книги, пили обжигающий кофе, садились в глубокие зеленые бархатные кресла у окна, горячо обсуждая последние новости.

Лена наблюдала за этим гудящим ульем из-за деревянной стойки. Внезапно она вспомнила равнодушные слова представителя торговой сети о том, что это здание умирает. Сейчас, наполненное голосами, смехом, шелестом страниц и ароматом свежей выпечки, оно было живее, чем когда-либо.

Марк подошел к ней, протягивая бумажный стаканчик с чаем с бергамотом.

— Устала? — спросил он, внимательно вглядываясь в ее лицо.

— Нет, — Лена покачала головой, обхватывая горячий картон озябшими пальцами. — Я чувствую себя... на своем месте. Знаешь, я только сегодня до конца поняла, за что мы на самом деле боремся. Не за стены. И даже не за память отца.

Марк облокотился на стойку рядом с ней, прослеживая её взгляд.

— А за что?

— За этих людей, — она кивнула на оживленно спорящих краеведов. — За то, чтобы у них осталось место, где они могут быть вместе. Мы строим не просто бизнес, Марк. Мы сохраняем душу города.

Марк улыбнулся той самой редкой, открытой улыбкой, которая теперь предназначалась только ей.

— И именно поэтому в четверг в мэрии у «Океана» не будет ни единого шанса.

В этот момент колокольчик над дверью весело звякнул, и на пороге появился новый посетитель. Это был тот самый курьер-доставщик, с которым у Лены когда-то вышла неловкая стычка, прерванная угрожающим видом Марка с молотком. Парень робко огляделся, заметил сурового плотника и нервно сглотнул, но всё же нашел в себе смелость подойти к стойке.

— Я тут это... — он неуверенно почесал затылок, стараясь не смотреть на Марка. — Слышал, вы подписи собираете против парковки. Можно мне тоже подписать? А то мне на велосипеде из-за этих их фур вообще проехать негде будет.

Лена рассмеялась — искренне, свободно и звонко, — пододвигая к нему бланк и ручку. Битва за набережную набирала обороты, и в исходе этой битвы Лена больше ни на секунду не сомневалась.

Глава 45: Голос города

День решающего заседания в мэрии выдался серым и ветреным. Море за окном «Маяка» пенилось, выбрасывая на берег клочья грязной пены, словно само пространство выражало протест против планов застройщиков.

Лена стояла у окна, наблюдая за тем, как Марк паркует свой внедорожник. На ней был строгий темно-синий костюм — броня, которую она надевала в своей прошлой, московской жизни для встреч с инвесторами. Но сегодня на кону стояло нечто гораздо более важное, чем годовой отчет или квартальный бонус.

— Ты готова? — Марк вошел в магазин, стряхивая капли дождя с плеч. Он тоже сменил привычную рабочую одежду на чистую рубашку и темную куртку, отчего казался еще более внушительным и серьезным.

— Волнуюсь так, будто иду на экзамен, от которого зависит вся жизнь, — честно призналась Лена.

— Так и есть, — он подошел и взял её за руки. — Но помни: за твоей спиной — две тысячи подписей. Ты не одна.

В холле городской администрации было душно и пахло старой бумагой. Группа представителей «Океан-Ритейл» — безупречно одетые люди с кожаными папками и холодными глазами — уже ждала у дверей конференц-зала. Их возглавлял господин Романов, тот самый юрист, который пытался «договориться» с