Хозяйка пиццерии - Оксана Гринберга

Тут шампанское предложили и нам, но Раэль пить его не стал, а я тем более отказалась, продолжая сканировать собравшихся в опере. Затем, привлеченная знакомыми интонациями в голосе неподалеку, повернула голову и… увидела его.

Того, которого здесь не должно было быть.

Я отвела глаза, подумав… Но как же он здесь оказался?!

Ведь лорд Маркус Корвин остался на юге Андалора, потому что он командовал Пустынными Патрулями и отвечал за гарнизон в Сирье.

Именно там мы расстались – в Сирье, как раз перед отъездом каравана, когда Маркус явился, чтобы пожелать мне хорошей дороги. Заодно выразил уверенность в том, что однажды я буду его, и даже назвал меня предположительно своей драконьей парой.

Перед уходом Маркус добавил, что его служба подходит к концу, я прекрасно это запомнила. Но не настолько быстро она закончилась, чтобы лорд Корвин мог вот так внезапно оказаться в столичной опере, сопровождая элегантно одетую женщину средних лет из высшего общества?

Я бросила еще один взгляд в ту сторону, и мне показалось… Возможно, это его мать, решила я, потому что присутствовало семейное сходство.

От этой мысли сердце заколотилось как сумасшедшее, и на короткое время я растерялась настолько, что попросту не знала, что мне делать дальше.

Стоять и пялиться на них? Не самый лучший вариант! Или же срочно отвернуться, пока он меня не узнал?

Но дело в том, что я и сама его не узнавала, потому что это был какой-то другой Маркус Корвин! Пусть похожий внешне, но при этом он казался мне стройнее и выше ростом.

И еще моложе – не без это.

Заодно у него была немного другая прическа – в Сирье волосы Маркуса были коротко и по-военному острижены, тогда как сейчас они пребывали в беспорядке.

Но что я знала о том, как быстро росли волосы на голове у драконов?

– Элиз, – раздался встревоженный голос Раэля, – с тобой все в порядке? Ты кого-то увидела?

– Нет-нет, все хорошо, – поспешно отозвалась я, после чего сделала шаг в сторону. Встала таким образом, чтобы он заслонял меня от «Маркуса-не-Маркуса».

При этом продолжала размышлять.

Кто бы это мог быть? Его брат или же кто-то из рода Корвинов? Либо сам Маркус, так сильно изменившийся за прошедшие с нашей последней встречи десять дней?

– Когда уже начнется представление? – поинтересовалась я у Раэля, постаравшись, чтобы мой голос звучал как всегда.

А сама подумала: главное, не оказаться с лордом Корвином, или кем бы ни был тот человек, и его спутницей в одной ложе. Тогда это будет настоящей катастрофой!

– Скоро, – с улыбкой отозвался Раэль. – Но мне нравится твое нетерпение! Признаюсь, опера привлекала меня с раннего детства. Мне всегда чудилась в ней некая притягательная тайна, потому наш поход сюда не только…

– Не только помощь следствию? – подсказала я.

– Мне захотелось узнать, разделяешь ли ты со мной любовь к…

Он говорил что-то еще, но я больше его не слушала, потому что внезапно почувствовала то, чего не ожидала, и это уже было никак не связано с Маркусом Корвином.

По позвоночнику пробежала ледяная поземка, а потом меня прошиб озноб, после чего я отчетливо услышала Зов.

Нет, только не сейчас! – взмолилась я. И не здесь! Не среди магов и драконов, способных почувствовать малейшие магические колебания!

Но что я могла поделать, если Улей собирался в очередной раз, хотя хуже места и времени для меня было не придумать?!

Именно поэтому я сцепила зубы, до боли прикусив нижнюю губу, после чего попыталась разорвать нашу связь. Принялась сопротивляться Зову изо всех сил, прекрасно понимая, что Темные непременно это почувствуют.

Поймут, что я – вовсе не мелкая сошка в их сложном механизме, а нечто другое. И такое вряд ли им придется по душе.

Но если я этого не сделаю, то Зов Улья и его вибрации почувствуют Светлые… В смысле, те, кто сейчас находился рядом со мной в фойе оперы.

И тогда ко мне появится множество не самых приятных вопросов.

…Я все-таки сумела это сделать. Разорвала связь, отказалась отвечать на Зов и становиться единым целым с коллективным сознанием. Но в последний момент все же уяснила, в чем была причина незапланированного сбора Улья.

Носитель в очередной раз нарушил правила и вышел на охоту. Это означало, что в этот самый момент он вовсе не находился среди зрителей «Магической Комедии».

Убийца был где-то в Энсгарде. Бродил по темным улицам столицы, подыскивая себе новую жертву.

– Элиз… Элиз, что с тобой? – словно сквозь туман донесся до меня встревоженный голос Раэля.

Я помотала головой, пытаясь прийти в себя. Сосредоточилась на его лице, решив, что так вернусь в реальность намного быстрее.

Раэль стоял рядом. Смотрел на меня, и взгляд у него был излишне проницательным, словно он понимал, что со мной произошло.

Но я надеялась, что все-таки нет.

Раэль не мог знать, что еще с Сирьи я была связана с Ульем, и сейчас, в опере Энсгарда, мне впервые удалось разорвать порочный круг, избежав объединения с коллективным сознанием Темных.

По крайней мере, я очень на это надеялась.

В этот самый момент раздался мелодичный перезвон – похоже, позвучал сигнал к началу представления. Публика, оживленно переговариваясь, двинулась в сторону зала, тогда как я рванула в противоположном направлении.

Прямиком к выходу из оперы.

Раэль поспешил за мной. Я не оборачивалась, пробираясь сквозь толпу и бормоча извинения, если наступала кому-то на ноги или же неловко задевала локтем.

Но знала, что он будет рядом. А позже я объясню, что произошло.

– Убийцы здесь нет. Он сейчас в городе и снова вышел на охоту, – выдохнула я, когда мы покинули здание театра.

Пусть у меня больше не было связи с Ульем, но я помнила, куда именно устремились Темные, чтобы найти и остановить своего носителя.

Только вот эти подробности Раэлю знать было без надобности. По крайней мере, не сейчас.

– Ты его чувствуешь? – как назло, спросил он.

– Нет! – покачала я головой. – Вернее, я бы так не сказала. Все очень сложно…

– Хорошо, разберемся с этим позже. Где он сейчас?

Я вытянула руку, указав куда-то в полумрак.

– В той стороне. Причем довольно далеко отсюда. Не думаю, что мы успеем, но все-таки стоит попытаться. – Поморщилась. – Карета нам вряд ли понадобится.

И все потому, что на подъездной дорожке к зданию театра по-прежнему была давка из экипажей, а по