Анатомия обмана - Наталья Андреевна Букрина

– Завершая, хочу сообщить вам приятную новость. В сентябре в рамках программы по обмену опытом к вашему курсу присоединятся десять студентов Йенского университета. А десятка наших лучших красавиц отправится на практику в Германию. По мнению деканата, наш факультет будут представлять вот эти студентки.

Профессор указал на список позади себя и обернулся к аудитории.

– Вот и все. На прощание желаю вам…

– Минуточку! – решительно перебила его Ирина и встала во весь рост.

В зале установилась тишина. Все застыли в ожидании развязки. Профессор грустно улыбнулся и посмотрел на спорщицу.

– Гуляева, вы чем-то недовольны? – вежливо поинтересовался он.

– Думаю, не я одна, – оглянулась в поисках поддержки Ирина.

– Что не устраивает лично вас?

– Лично я не довольна выбором деканата. Мы думаем…

– Говорите за себя! – оборвал ее педагог.

– А почему? Мы с ней солидарны! – выкрикнула девушка с «камчатки».

– У нас единодушие в этом вопросе! – поддержал спор тонкий голосок.

По аудитории пробежал ропот. Профессор требовательным жестом пригласил на сцену желавших отмолчаться коллег. Не ожидая подобного поворота событий, преподаватели не знали, как себя вести, и переминались с ноги на ногу.

– Поясните, по какому принципу отобраны кандидатки? – ехидно уточнил парень из немногочисленной мужской группы. – Не все из представленных кандидатур, как вы изволили выразиться, «красавицы». Но, надо думать, речь и не идет о конкурсе красоты?

– Да, обнародуйте критерии отбора! – потребовала яркая брюнетка.

– Мы исходили из рекомендаций педагогов и кураторов, – промямлил один из преподавателей.

– Значит, наше мнение совсем не в счет? – разом взорвался зал.

Обстановка накалялась, ситуация грозила выйти из-под контроля. От волнения профессор закашлялся и призвал зал к порядку.

– Хорошо, я приглашу декана, – объявил он и удалился.

Преподаватели гуськом потянулись к выходу. Ирина поднялась на сцену, взяла в руки мел, осмотрела сокурсников и предложила:

– Давайте выбирать своих кандидатов!

– Правильно! – раздалось со всех сторон.

– Предлагайте новые фамилии!

В зал вернулась возбужденная группа преподавателей вот главе с деканом. Он внимательно изучил аудиторию и степенно поднялся на сцену. Ирина сделала шаг в сторону, но не стушевалась.

– Что здесь происходит? – сухо уточнил декан. – Бунт? Суд Линча? Кто зачинщик?

– Мы! – дружно грянуло со всех сторон.

От такого единства педагоги опешили. Слово взяла Ирина:

– Николай Иванович! Ваши коллеги игнорируют мнение коллектива.

– Каким образом?

– Список кандидатов на поездку в Германию составлен кулуарно, без учета общественного мнения! – вскочил молодой человек.

Его голос потонул в хоре возгласов поддержки.

– Как тяжело работать с девичьим курсом, – попытался отшутиться декан, но студенты затопали ногами. – Хорошо, я готов ответить на все ваши вопросы, – согласился он. – Критерии отбора? Успешная учеба, активная жизненная позиция, участие в работе научного студенческого общества и, конечно, знание немецкого языка.

– Стало быть, фамилия значения не имеет? – из-за спины уточнила Ирина.

– Безусловно. У вас другие сведения? – изобразил удивление декан.

– В списке деканата фигурируют племянница ректора, дочь народного поэта и внучка известного писателя, которые далеко не общественницы и изучают английский.

– Не может быть! – возмутилась секретарша.

– А шесть человек из представленного нам списка учатся ниже среднего и не участвуют в работе научных студенческих обществ, – подхватилась Полина.

– Неужели? – декан повернулся к блондинке, лицо которой пошло пятнами.

Та беспомощно развела руками.

– Вероятно, меня неверно информировали, – вынужден был признаться декан.

– Тогда позвольте собранию выбрать, кто из наших сокурсниц достойно представит университет за границей, – кротко предложила Лариса.

Декану ничего не оставалось, как согласиться.

– Какие будут предложения? – Ирина взяла в руки тряпку, подошла к доске и стерла все фамилии, кроме Наташиной. – Это мой выбор, – звонко прокомментировала она. – Называйте имена своих кандидатов!

– Голосовать будем поименно! – потребовали из зала.

Преподаватели переглянулись. Декан предусмотрительно двинулся к выходу.

– Николай Иванович, сделайте же что-нибудь! – прошипела блондинка.

Декан иронично улыбнулся:

– Что? Арестовать? Посадить в карцер? Применить оружие? Не то нынче время.

– Вмешайтесь! – потребовал профессор.

– Поручаю это вам. Факультет у нас преимущественно девичий – студентки вас обожают, вы скорее найдете ключик к их мятежным душам.

– Но это не в моей компетенции! – пошел на попятную преподаватель.

– И уже не в моей власти, – усмехнулся декан. – Нет ничего беспощаднее бабьего бунта. Чьи это слова? Кажется, Шолохова. По-моему, этот курс им читали именно вы, – Николай Иванович безнадежно махнул рукой и покинул аудиторию.

Преподавательский корпус молча последовал его примеру. Наташа проводила их прощальным взглядом и печально вздохнула.

– Ты чего? – удивилась Лариса. – Твоя кандидатура принята единогласно. Гордись: против тебя не возражает ни один человек на курсе!

Общим голосованием утвердили десятку лучших. В аудиторию заглянул аспирант:

– Ну, бунтари, сделали свой выбор? Гоните список! Кандидаты на поездку! – громко пробасил он. – Как можно скорее пройдите медкомиссию и сфотографируйтесь на заграничные паспорта!

С медкомиссией медлить было нельзя – до отъезда оставались считанные дни. Наташа с трудом отыскала в университетской поликлинике кабинет гинеколога. Волнуясь, она робко присела. Рядом беззаботно болтали будущие мамы. В коридор выглянул врач. При виде мужчины Наташа вжалась в кресло и едва не лишилась сознания.

– Кто тут за справкой на оформление загранпаспорта?

– Я, – прошептала студентка.

– Заходите, не задерживайте очередь! – скомандовал доктор.

Наташа на полусогнутых проследовала за ним и затихла у двери.

– Ну? – выглянул из-за ширмы врач. – Поторопитесь, мадмуазель! Меня там беременные мамочки заждались! – он намылил руки и скомандовал: – Вперед!

– Куда? – уточнила Наташа.

Врач вышел и показал: «Туда». Студентка замешкалась – конструкция кресла ее удивила. Медик вытер руки и недовольно уточнил:

– Долго будем держать оборону?

– А без этого чудовища нельзя обойтись? – с трудом выдавила из себя пациентка.

– Я должен убедиться, что ты ничем не больна. Не дай бог опозоришь нашу страну.

На глазах Наташи выступили слезы. Врач нетерпеливо шагнул навстречу.

– Вперед! И поживее! Как будешь готова, зови!

Наташа собралась с духом и попыталась взгромоздиться на злополучное кресло. Она неумело задрала ногу, и ее переклинило в полушпагате. Через минуту возни студентка окончательно запуталась и в отчаянии подала голос:

– Я, кажется, застряла.

Медик заглянул за ширму и опешил: неуклюже скрючившись, пациентка выгнулась дугой и уперлась лбом в изголовье. Отклячив вверх попу, она пыхтела от напряжения, пытаясь вставить колени в поручни для ног. За многие годы практической работы врачу и в голову не могло прийти, что кто-либо попытается взгромоздиться в смотровое кресло таким образом. Давясь от смеха, он долго изучал замысловатую позу неопытной студентки.

– Как же тебя так угораздило? – наконец, совладал с собой доктор. – Какого рожна тебя лицом вперед понесло?

Наташа в