А папа кто? - Мила Гейбатова

– Удачи! И я так понимаю, дядя не знает о причине нахождения Авроры в больнице, да?

– Верно, так что молчи, а то прибью.

– Ой боюсь, боюсь. Не ссы, все будет в лучшем виде.

Машу на Серегу рукой и спешу на выход, не замечая, что за мной неотрывно следует один человек.

Глава 20

Так, все, я мужик или не мужик.

Тьфу блин, разговариваю уже, как Серега.

Мужчина я, решительный и не боящийся брать на себя ответственность. А значит, раз так получилось, то будем воспитывать. В конце концов я бы и без этого вероятно сделал Авроре предложение, после дня рождения мамы и поездки на море. Я так думаю, скорее всего.

Ну или на Новый год вполне себе неплохо, кто не любит такие подарки на Новый год? А там можно и на День всех влюбленных. Банально, но зато запоминающееся.

Короче, когда угодно, но не прямо сейчас из-за того, что Аврора беременна.

Я попал.

Просто, правда, едва осознал, что между нами любовь, а не увлечение, и тут сразу же следующая стадия. Очень короткий демо-режим с принудительным платным доступом.

Но я сейчас обязан поддержать Аврору, она не должна видеть мои душевные метания. В любом случае ей хуже, чем мне, не стоит усугублять, да и беременные, говорят, нервные.

Плотно зависнув в своих мыслях, я не заметил, как дошел пешком до больницы. И это при том, что машина так и стоит на парковке возле работы. Да уж.

Перед входом выдыхаю и решительно захожу. Надеюсь, в третий раз я наконец-таки увижу Аврору.

К счастью, мегера на входе в отделение меня не останавливает, видимо, у них приемные часы еще не закончились. Боковым зрением замечаю, что в других палатах тоже посетители, и они все, как один, с пакетами с соком и разными фруктами.

«Вот я олень», – даю себе мысленную оплеуху. Кто ж приходит к больному человеку с пустыми руками.

Кладу ладонь на дверную ручку и молюсь, чтобы Аврора была внутри. Резко дергаю дверь на себя и… Бинго! Она лежит на постели, смотрит телевизор.

– Аврора, зайка моя, наконец-то! Я так переживал, так хотел тебя увидеть! Солнышко мое! Как ты, – подлетаю к ней окрыленный удачей и не сразу понимаю, что что-то с ней не так.

Аврора реагирует не сразу, ей нужно секунд двадцать, чтобы сфокусировать свое внимание на мне, а потом…

– Убирайся! – кричит она и кидает в меня огрызком от яблока. – Видеть тебя не хочу!

– Т-ты что? – уворачиваюсь от снаряда и начинаю заикаться от удивления. – Ты такая расстроенная, что забеременела? Меня винишь теперь? Нет, я понимаю твои эмоции, это незапланированно, сам также думаю, но не кидать же в меня яблоком.

Но Аврора мрачнеет еще сильнее, и кидает в этот раз книгу, толстую, в твердом переплете.

– Убирайся! – снова шипит на меня.

– Ты не оригинальна, – устало потирая переносицу, констатирую очевидное. – В любом случае, хочешь того или нет, но поговорить, как цивилизованные люди, нам придется. Не знаю, что там у тебя: гормоны или нервы, но могу попросить успокоительное, если сильно надо.

– Мне давали час назад успокоительное! И сейчас я добрая!

– Так сразу и не скажешь, – бормочу себе под нос.

– Что!? – еще сильнее раздражается она.

– Ничего-ничего, милая. Объясни лучше причину, по которой я провинился.

– А ты как будто не догадываешься!

– Извини, но нет. Если только не то, что моя семенная жидкость попала в твой организм и произвела там ребенка. Но тут уж да, пожалуй, больше ответственности должно лежать на мужчине, но единственный раз, когда я не до конца за себя отвечал, был самым первым, после клуба. Но он произошел пару месяцев назад.

– Вполне подходит по сроку, – внезапно спокойно говорит Аврора.

– Да? – недоверчиво переспрашиваю и сразу же сам себе отвечаю. – Да, это вполне логично было бы. Вот черт.

– Нет, я совсем не понимаю, тебя совесть совсем не мучает или как? – недоуменно смотрит она.

– Ну как бы виноват, но мы оба были расслаблены, и это был наш первый раз, видимо, я и не проявил должную бдительность. И вообще, это все клуб, как туда сходишь, так мозг потом тупеет.

– Нет, ты издеваешься! – начинает снова заводиться Аврора. – А поцелуй с Марией это нормально?

Блин.

Прежде чем ответить, делаю глубокий вдох, который интерпретируется Авророй как признание вины, судя по тому, как она сразу же хмурится.

– Ты все неправильно поняла! – спешу сказать. Она лишь недоверчиво хмыкает. – Знаю, звучит до ужаса банально, да и вообще, все изменники так говорят, но я не лгу. Да, она меня ни с того ни с сего поцеловала, но я ее оттолкнул.

– Ага, как же, видела я, что ты так и стоял.

– Да нет! Вернее, да, – хватаюсь за голову. – Как трудно! Да, я сначала стоял, но лишь потому, что безмерно удивился ее поступку, а потом, когда голова заработала, я сразу оттолкнул ее, прочитал нотацию и отправил на выход!

– И почему я должна тебе поверить? – Аврора продолжает изображать скептицизм, хотя в ее глазах я улавливаю желание смягчиться.

– Потому что это правда! Я ей даже не ответил на поцелуй, честно! Стоял истуканом, и все! – падаю на колени перед ее кроватью. – Я же тебя люблю, малыш, как мне позвонили из больницы, я так испугался, растерялся, я ведь накручивал себя полдня до этого, думал, что ты с Сергеем, ревновал. А тут звонок из регистратуры местной, и меня словно громом поразило. Ведь я тебе еще ни разу не говорил о своих чувствах.

– О, Саша, как мне хочется поверить, – Аврора берет мою ладонь и прижимает к своей щеке.

– Так поверь! Я не Иван, ты знаешь, – безотрывно смотрю в ее глаза.

– Знаю, – кивает она, – и верю.

Фух, облегченно вздыхаю. Одна проблема решена.

– Погоди, – доходит до меня внезапно, – так нервный срыв у тебя был из-за этого? И кровотечение, ну, там, тоже, наверное, поэтому случилось?

– Все может быть, – грустно отвечает она, – врачи успели мне кучу всего наговорить, но самое частое, что я от них слышала, это как раз ругань за мои нервы.

– Ох, милая, – прижимаю Аврору к себе. – Я прибью Ивана и Марию!

– Ты думаешь, они вдвоем это задумали? – поднимает она на меня глаза, полные слез. – Хотя, возможно. Ведь меня именно Ваня настойчиво отправлял зайти к тебе раньше времени, говорил, что ты меня звал. Блин, какая же я дура! Выглядело все изначально подозрительно, как сцена из глупого фильма! Я