На вершине блаженства - Стелла Камерон

– Себастьян…

– Да? – Он раздвинул коленом ее ноги, поднял подол платья – и затаил дыхание.

Он любовался длинными стройными ногами, долго рассматривал аккуратные пальчики и изящные щиколотки – до самого верха, до узеньких шелковых трусиков с оранжевыми кружевами.

Блисс прижалась к его ноге. И прижималась все крепче и крепче, что еще более возбудило Себастьяна.

Ее соски отвердели. Она запрокинула голову, постанывая. Запустив руки ему под рубашку, схватила за плечи, сильно оцарапав кожу. Он закрыл глаза, боль была сладкой и дарила наслаждение.

– Мне так…

Себастьян не дослушал. Ухватив Блисс за упругие ягодицы, он осыпал поцелуями ее шею. Кожа у Блисс была нежная и ароматная. Он провел языком вдоль выреза платья. Потом спустился ниже, к холмикам грудей.

Блисс внезапно отпрянула. Себастьян, все еще трепетавший от восторга, открыл глаза. Глубоко вздохнув, он перевел дух.

– Что?.. – спросил он. – Что случилось, любимая?

Блисс положила правую руку на его обнаженную грудь, развела в стороны пальчики.

– Ты удивительный, я восхищаюсь тобой. Просто поверить не могу, что мы с тобой вместе, здесь, вот так…

– Поверь, милая, поверь. – Он попытался снова обнять ее, но она отстранилась. – Блисс, дорогая, я умру сейчас. Хочу тебя.

– Я согласна.

Согласна? Как она всегда… смешно выражает мысли.

– Ну, иди же ко мне. Иди прямо сейчас.

Блисс пристально смотрела ему в глаза. Не отводя взгляда, она вытянула руки, подобрала подол своего черного платья и стащила его через голову. Отбросила в сторону.

У Себастьяна едва не подкосились ноги.

Блисс же завела руки за спину и потянулась к застежке лифчика, такого же оранжевого, шелкового с кружевами, как и трусики.

– Погоди, – остановил ее Себастьян.

Теперь он мог вволю налюбоваться ею. Длинные стройные ноги, совершенно безупречные; небольшая, едва заметная выпуклость живота; ложбинка между холмиками грудей. И сквозь шелк белья просвечивал черный треугольник между ног.

– Нам надо вместе раздеться, – пробормотал он.

Она опустила руки, и они безвольно повисли.

Себастьян сбросил рубашку, одним движением скинул туфли и джинсы. Блисс даже рот приоткрыла – так и смотрела на него, когда он предстал перед ней обнаженный. Окинув взглядом его могучую фигуру, она судорожно сглотнула.

– Какой ты… Я тебе нужна?.. – прошептала она.

– А что, незаметно? – пошутил Себастьян, не слишком, правда, удачно. – По-моему, мы нужны друг другу. Ведь мы слишком долго ждали этой минуты.

Впрочем, сегодня все эти бесконечные годы ожидания не имеют никакого значения. Сегодня важно только одно – быть с ней.

Блисс сделала шаг ему навстречу, и он чуть не задохнулся от неожиданности, от пронзившего его ощущения томительной сладости, когда она обхватила пальцами его восставшую плоть. Она смотрела ему прямо в глаза и ласкала его с нежностью и осторожностью, едва не лишая рассудка.

– О… милая, дорогая моя, любимая. – Расстаться с ней сегодня ночью? Ни за что! – Погоди, Блисс, не торопись. Ведь я всего лишь человек.

Она сразу же отпустила его.

Себастьян положил ладони ей на грудь и, отодвинув край бюстгальтера, погладил отвердевшие соски.

– Так хорошо, – прошептала Блисс. Голос ее звучал странно – казалось, она вот-вот заплачет. – Я… словно раскрылась. Раскрылась вся, мне легко. Я открыта и душой, и телом. Никогда прежде не думала, что мне нужно именно это, что именно этого я ждала всегда. Ни с кем другим так не могло бы быть.

– Ни с кем, – повторил Себастьян, склоняясь над ней.

Он коснулся языком темно-розового бутона, и Блисс вскрикнула, затрепетала, подалась всем телом ему навстречу. Он улыбнулся и потерся жесткой щетиной, покрывавшей щеку, о ее сосок.

– Я хочу, чтобы ты почувствовала меня всем своим существом, – прошептал он.

– Себастьян, – простонала Блисс, – пожалуйста, прошу тебя…

Поглаживая отвердевшую плоть Себастьяна, она продолжала сладкую пытку, то сжимала пальчиками самые чувствительные места, то отпускала.

Совершенно непроизвольно Себастьян начал вращать бедрами.

– Мне кажется, лучше тебе этого не делать, – выдохнул он, стиснув зубы. – Не стоит, если ты хочешь, чтобы я смог подольше побыть с тобой, вернее, в тебе.

– А скоро?

Он тут же остановился и взглянул на нее. Но Блисс стояла с закрытыми глазами и по-прежнему водила пальчиком по его мужской плоти.

– Мы устроимся прямо здесь, сейчас. Я уже готов.

Блисс мгновенно открыла глаза, отпустила его и снова завела руки за спину. Расстегнув застежку, передернула плечами, освобождаясь от лифчика. Затем, прислонившись к Себастьяну, обняла его рукой за талию; другой же сняла трусики – высвободила сначала одну ногу, потом вторую.

Себастьян не выдержал, не смог устоять перед соблазном – его пальцы проскользнули по ноге Блисс, к заветной впадинке. Блисс откликнулась на эту ласку, ее лоно оказалось влажным и теплым. Едва удержавшись на ногах, она застонала, колени ее подогнулись. Себастьян нашел то место, прикосновение к которому делало ее совершенно беспомощной и дарило наслаждение. Из груди Блисс вырывались стоны.

Она попыталась отстраниться, вырваться. Тогда Себастьян убрал руку и обхватил ее за талию. Блисс изо всех сил вцепилась ему в плечо; когда же он, припав губами к ее соску, легонько прикусил его, она сама рванулась ему навстречу. Потом он коснулся губами другой ее груди, и тут же его рука снова скользнула к ее лону.

Блисс застонала, всхлипнула. Приподнявшись на цыпочки, свела вместе ноги – и затрепетала. Потом, немного успокоившись, открыла глаза, посмотрела на Себастьяна. Ее щеки порозовели.

– Первое блюдо, – прошептала она, едва дыша.

Удивительная женщина. Единственная на свете.

– Отличная закуска, – согласился он. – Я хочу попробовать тебя.

Она нахмурилась. Себастьян улыбнулся и, опустившись на колени, чуть раздвинул ее ноги. Легонько прикусил зубами ее трепещущую плоть. Он ласкал и целовал ее лоно, пока на нее вновь не обрушился оргазм и она не закричала от восторга.

В следующее мгновение Блисс тоже упала на колени.

– Невероятно, Себастьян… Как ты хочешь? Как тебе приятнее?

Он мысленно улыбнулся – его стыдливая подружка очень изменилась.

– Мне все приятно. С тобой. Я хочу всего.

Она снова потянулась к его паху, но Себастьян остановил ее, поцеловал.