Непокорный - Дж. Б. Солсбери

Я встряхиваю руками, стараюсь выглядеть расслабленной и следую за ним в помещение, достаточно большое, чтобы быть спальней.

— Присаживайся. — Он указывает на светло-коричневую кожаную тахту, стоящую в углу.

Я сажусь и смотрю, как парень ходит вдоль стен со встроенными вешалками, на которых выставлено больше одежды, чем в универмаге. Кингстон хватает вешалки с рубашками и брюками, подходит к стене с обувью, вытаскивает пару пар, ремни, а потом вешает все на крючки у голой стены для демонстрации. Затем отходит, наклоняет голову, поворачивается, чтобы посмотреть на меня через плечо.

— Который из них? — Он идет вдоль композиций, останавливается, изучает еще немного, затем поворачивается, как будто ждет моего ответа.

— Ты делаешь это всякий раз, когда одеваешься?

— Да. — Кингстон возвращается к осмотру. — Какой в этом смысл, если не требуется никаких усилий? — Снова поворачивается ко мне. — Который из них?

— Хм… — Честно говоря, он выглядел бы фантастически в любом из трех предложенных им вариантов. — Я голосую за тот, с членами. Оранжевый будет отлично смотреться с твоими карими глазами.

Кингстон поворачивается ко мне всем телом.

— Члены? Это пейсли.

— По-моему, больше похоже на кучу членов.

Парень хихикает и качает головой, но хватает наряд с пейсли.

— У тебя грязные мысли.

— Ты купил эту рубашку.

Он тянется к пуговице своих джинсов.

Я вскакиваю на ноги так быстро, как только могу.

— Подожду на кухне, пока ты переодеваешься. — В спешке покидая гардеробную, я спотыкаюсь о собственные ноги и чуть не растягиваюсь на полу его спальни.

— Ты в порядке?

Я не смотрю на него, но слышу веселье в его голосе. Кингстон знает, что мне неловко находиться рядом с ним в комнате, пока парень переодевается, и лишь молюсь, чтобы он не узнал истинной причины.

— Уверена, что не хочешь подождать в моей комнате? Может быть, на кровати?

Дерьмо. Он прекрасно знает причину.

— Я буду на кухне. — Выбегаю из комнаты под низкий гул его смеха.

Придурок.

ГЛАВА 18

Габриэлла

— Красивое здание. — Я смотрю в окно машины Кингстона со стороны пассажира, когда мы въезжаем на парковку гигантской высотки.

— Алекс спроектировал, — говорит он будничным голосом.

— Ни хрена себе… — шепчу я. Из нашего краткого знакомства я и представить себе не могла, что тихий, хмурый Александр обладает таким гениальным мастерством.

Камердинер, одетый во все белое, подходит, чтобы открыть мне дверцу. Кингстон встречает меня у двери. Нас приветствует каждый сотрудник, когда мы заходим в здание.

Добрый вечер, мистер Норт.

Рад снова видеть вас, мистер Норт.

С возвращением, мистер Норт.

Пока мы ждем лифта, я прижимаюсь к нему.

— Ты здесь как знаменитость. Это рыбы? — Я перегибаюсь через перила мостика и наблюдаю, как ярко раскрашенные декоративные карпы плавают в кристально чистой воде. — У них есть имена?

Подъезжает лифт, и я снова присоединяюсь к Кингстону у дверей. Он улыбается мне, словно находит мой вопрос милым.

— Я приму это как «нет». — Мы заходим в лифт, и я ахаю от открывшегося вида. Стены кабинки полностью сделаны из стекла от пола до потолка, и с нашего места видна южная часть Центрального парка. — Вау.

Кингстон приподнимает бровь.

— На тебя так легко произвести впечатление. Я должен был привести тебя сюда несколько недель назад.

— Значит, ты пытаешься произвести на меня впечатление?

Он усмехается, и это звучит немного грустно.

— Больше, чем ты думаешь, — бормочет Кингстон.

А?

Прежде чем я успеваю попросить разъяснений, раздается сигнал лифта.

Двойные двери раздвигаются, открывая ухмыляющуюся Джордан, словно ей успели сообщить, что мы в здании, и она с нетерпением ждет нас.

— Привет, ребята, — взволнованно здоровается она.

— Прекрати. — Кингстон выходит из лифта и обнимает ее за шею. — Ты ведешь себя чертовски жутко.

— Заткнись. — Она отталкивает его и останавливает свои яркие серые глаза на мне. — Габриэлла, я так рада, что ты смогла прийти. Александр сказал, что Кингстон приведет с собой девушку, и я надеялась, что это будешь ты, а не женщины, которых он обычно приводит с собой.

Кингстон слегка съеживается, но я благодарна Джордан за честность. Это напоминает о том, что он, скорее всего, еще не был полностью откровенен со своей семьей в отношении своей сексуальной ориентации — и именно по этой причине я здесь.

— Ваше здание потрясающее. — Я следую за Джордан в ее квартиру. — За каждым углом что-то новое… О, боже мой… — Слово «квартира» не отдает должного этому пространству. Лучшим описанием было бы «особняк в небе».

— Могу я предложить тебе что-нибудь выпить, — спрашивает она, пока я подхожу к окну, чтобы посмотреть на парк.

И я думала, что вид из лифта был невероятным?

Я замечаю все водные достопримечательности — пруд, озеро и водохранилище.

Не желая оставлять следы от своего дыхания на стекле, отступаю и присоединяюсь к Кингстону на кухне с Джордан и Александром.

— Габриэлла, — говорит Кингстон, — ты помнишь моего брата Алекса?

— Да, рада снова тебя видеть. Кингстон сказал, что ты спроектировал это здание?

Мужчина хмыкает в свой стакан с газированной водой.

— Никогда не видела ничего подобного. — Я принимаю бокал вина от Джордан.

— Это потому, что я никогда не проектировал другого подобного здания, — говорит Алекс, не грубо, а как констатацию факта. — Я не повторяю идеи.

— Надеюсь, что вы, ребята, любите лосося.

— Звучит здорово, — говорю я и делаю большой глоток вина.

— О, черт. — Кингстон втягивает воздух сквозь зубы. — У меня аллергия на морепродукты.

Джордан бросает на него игривый взгляд.

— Я дам знать персоналу ресторана, чтобы они больше не подавали тебе морского окуня, которого ты заказываешь каждый раз, когда приходишь. — Она прищуривается, изучая мою рубашку. — Почему твоя рубашка вся в членах?

Я отворачиваюсь, чтобы он не увидел моей улыбки.

— Это не члены. Это пейсли.

— Это определенно члены, — говорит Джордан и смотрит на своего мужа в поисках поддержки.

— Члены, — говорит Александр.

Кингстон

Я тереблю ткань из смеси хлопка и шелка и изучаю узор.

— Ну, вот же. Смотри, — говорит Джордан и обводит контуры на моей рубашке. — Вот головка, ствол, и маленькие яички…

— Хватит. Я вижу. — Хмурюсь, щурюсь и наклоняю голову, чтобы лучше рассмотреть. — А у некоторых есть крылья?

Джордан ухмыляется.

— Ага.

— Мы развратили тебя. — Габриэлла смеется вместе с Джордан. — Ты никогда больше не увидишь эту рубашку в прежнем свете.

— Думаю, теперь она мне нравится еще больше.

Она подмигивает.

— Держу