Чудесные рисунки боярышни-актрисы - Василиса Мельницкая

Чистые эмоции или наведенные? У Владимира не было ни малейшего желания проверять. Зато захотелось вернуться в Москву, прихватив с собой Миру. Ей в этом гадюшнике делать нечего.

Интересно, эта мысль его или навязанная?

- Ну и? – Владимир первым прервал игру в молчанку. – Чего вы ждете, Силантий Маркович? Ответной реплики? Рассказывайте уже, если начали.

- Пытаюсь понять, что вы хотите услышать, - усмехнулся Кощей. – Как я посмел или зачем это сделал.

- Вот и рассказывайте, посмели или сделали.

Владимир не злился, но раздражение испытывал. Никогда-то он не понимал этих словесных игр. А ведь пришлось овладеть сим искусством, без этого ни с одним купцом по рукам не ударить. Но дипломата из Владимира не вышло бы, однозначно.

- Анастасия плохо справлялась с обязанностями хранительницы Лукоморья. – Кощей замолчал, так как в кабинет принесли чай: два стакана в серебряных подстаканниках, сахарница, печенье в вазочке. И продолжил, едва они с Владимиром вновь остались наедине: - Причиной тому было то, как она поступила со старшей сестрой, с Велимирой. Лукоморье ей этого не простило. По сути, Анастасия была тем же сосудом для хранения силы, что и Красибор. Та сила ей подчинялась, но неохотно. И детей ее поразило не проклятие, а наказание.

- От Лукоморья? – уточнил Владимир.

- Не верите? Зря. Это место живое. Его таким боги создали.

- Отчего не верю? Верю. Тут чему угодно поверить можно.

- Привыкнете, - пообещал Кощей. – Вы же хранительнице нашей… жених? Значит, тут останетесь. Привыкнете.

- Я инспектор, - возразил Владимир.

- И зачем вы обманываете?

- Это вы из Красибора упыря сделали. Как же я могу вам доверять? – хмыкнул он.

- Откровенно говоря, делал я не упыря. Выкуп у смерти, слышали о таком?

- Откровенно говоря, слышал.

Владимир не удержался, передразнил Кощея. Мальчишество, конечно. Но понадобилось скрыть замешательство. Ведовство черное, однозначно. И слышал о нем Владимир, можно сказать, недавно. Когда попал в его руки артефакт из наследства Марьяны, жены младшего брата.

Но артефакт тот был одушевленным, и для ритуала воскрешения требовалась кровь рода владельцев артефакта и жертва из рода умирающего. А артефакт, к слову, исчез. Бесследно. И Кощей мог его забрать, но…

- Вы сейчас о Палаче вспомнили? – осведомился Кощей.

Владимир не удивился его информированности. Об артефакте, том самом Палаче, знали немногие. И, получается, Кощей тоже. Аж засвербело, так хотелось спросить, не он ли Аверчука убил и Миру подставил. Подтолкнул, так сказать, к уходу из театра, к принятию наследства. Ничего, Владимир и об этом спросит.

- Вы не могли использовать Палача, - сказал Владимир. – Исчез он гораздо позже, чем Красибора выкупили у смерти. Это же произошло при его рождении, верно?

- Верно, - согласился Кощей. – И еще раньше, когда я выкупил у смерти его отца. Артефакт мне ни к чему, собственных сил хватает. А кровь и жертва нужны, потому что искра души, привязанная к рубину, слаба. Она знает структуру ведовства, но не способна наполнить ее силой.

- То есть, вы, чтобы спасти от смерти Красибора и его отца, жертву человеческую не приносили? – уточнил Владимир.

- Хватило крови Анастасии. Это была сделка. Вы пейте чай, Владимир Николаевич, остывает же.

На всякий случай Владимир к чаю присмотрелся. Вроде бы обычный, без ведовства и зелий.

- Поверьте, если бы я хотел причинить вам вред, из лесу вы бы не вернулись, - сказал Кощей.

- Привычка, - буркнул Владимир. – И что за сделка?

Чай он отпил. И даже печенье в рот сунул. Песочное, с изюмом. К такому печенью он с детства слабость испытывал.

- Я уговаривал Анастасию вернуть Велимиру в Лукоморье. Анастасия, в конце концов, сдалась. Признала, что не по Сеньке шапка. Но Велимира возвращаться не желала. Вы, верно, не знаете, но хранительницы влюбляются единожды и навсегда.

Слова эти болью разлились в груди. Не знал. И столько лет травил себя мыслью, что Мира изменила ему с другим мужчиной. А она… Она его выбрала. Еще тогда, в лесу, когда он нашел ее, плачущую…

- Велимира и дочь отдать не могла. Тогда Анастасия и попросила меня выкупить у смерти ее сына. Чтобы он мог жениться и родить наследницу. – Кощей к своему чаю так и не притронулся. – И Борис… он упырем не был. Потому как крови не пил, жизнь свою продлить не пытался.

- Но и наследница не появилась, - вставил Владимир. – И тогда вы заключили сделку с Анастасией.

- Заключил, - согласился Кощей. – У Добромиры должна была родиться девочка. Истинные хранительницы всегда рожают дочерей. Анастасия же умирала. Жизнь, что дают взаймы, забирают у кого-то. Она отдала часть своей жизни сыну. И оставшуюся хотела отдать внуку. Я же согласился провести ритуал с условием. Внук будет сосудом для силы хранительницы, пока истинная хранительница не вернется в Лукоморье.

- Допустим. – Владимир чай допил и теперь вертел в руках подстаканник. – И что пошло не так?

Как ни крути, а внучок этот упырем стал. И кровушку хлебал постоянно. И вину за пропавших женщин на Горыныча сваливал. А Кощей об этом знал.

Знал и покрывал.

Непонятно только, отчего Владимиру рассказать все решил. Чтобы срок за преступление скосить? Или вот… уверен, что Владимир никуда-то из Лукоморья не денется.

- Вы, Владимир Николаевич, пожалуй, не представляете, что это такое… сила хранительницы Лукоморья, - вздохнул Кощей.

- Что неудивительно, правда? – усмехнулся Владимир. – Учитывая обстоятельства.

- Вы артефактор. Вы сможете понять. – Кощей взял печенье из вазочки и положил на стол. – Допустим, это артефакт, связанный кровью с владельцем. Его предназначение – концентрировать силу, структурировать, направлять по четко заданным параметрам в четко обозначенное место. Он впитывает все: свет и тьму, тепло и холод, воду и огонь, силу ветра и силу земли, силу живых и силу мертвых. Такой артефакт опасен?

- Естественно, - согласился Владимир. – Во-первых, смесь гремучая. Во-вторых, сложное функционирование. Малейшая ошибка – и полыхнет так, что в радиусе… в большом радиусе ничего живого не останется. Пожалуй, и мертвого тоже.

- Так вот это и есть… - Кощей постучал пальцем по печенью. – Сила Лукоморья. Хранительница – защита этого артефакта. Вы представляете, сколько лет сила лишь копилась? Красибор не может ею управлять. Но если его уничтожить, не передав силу Любомире, не только Лукоморье будет