Глиняные сердца - Анита Ферн

Уже направившийся ко входу Рикки оборачивается ко мне.

– Но как ты попадешь в зону выгула?

– Так ты меня впустишь.

Я киваю на вырезанную в ограде дверь.

– Ладно, пойду поговорю с заведующей.

Когда он скрывается внутри, подхожу поближе к забору. За ним несколько человек, где-то с полдесятка, на некотором расстоянии друг от друга возятся с собаками: почесывают, бросают палку или мячик, заставляют бежать через самодельные препятствия и просто ведут на поводке. На каждого по одной-две собаки, не больше. Видимо, чтоб было проще следить, или же не все псы друг с другом ладят.

Замечаю движение справа: от здания отделяются две фигуры и приближаются ко мне. Рик шагает рядом с высокой женщиной, которая на ходу достает ключи из кармана жилета, чтобы отпереть металлическую дверь и впустить меня. Друг, не теряя времени, представляет свою спутницу.

– Лекс, знакомься, это Глория.

Протянув женщине руку, заглядываю ей в лицо. Глорию не назовешь красавицей: крупный нос, непропорционально широкий рот, растягивающийся в улыбке, когда она смотрит на своих многочисленных подопечных. И пусть поначалу я не впечатлен, уже через пять минут общения ощущаю на себе силу ее обаяния. То ли из-за непокорной шевелюры и озорных карих глаз, то ли из-за энергичности и дружелюбия, но она кажется мне похожей на бордер-колли.

Глория сразу переходит на «ты» и объясняет, что задача Рикки – запечатлеть максимально непринужденные моменты, можно и волонтеров в кадр поймать. На то время, пока собака и ее человек будут позировать, на меня возложена миссия следить за хвостатыми, временно оставшимися без няньки.

– Мы не будем поручать тебе каких-то злобных зубастиков, – успокаивает Глория, заметив мое беспокойство. – Большинство песелей спокойные, лишь следуй за ними и твердо держи поводок.

Не то чтобы я боялся собак, просто они в самом деле могут покусать. Но Глория оказывается права. Первая собака – упитанный бульдог – едва ли обращает внимание на происходящее вокруг. Его подводят, и он сразу же садится мне на ногу, которую я с большим трудом высвобождаю. Пес под невообразимым углом выгибает заднюю лапу и принимается чесать живот, похрюкивая от удовольствия. У меня улучшается настроение, пока я наблюдаю за этой запертой в теле собаки свиньей.

Второй препорученной моим заботам собакой оказывается неудержимая дворняга, мгновенно устремившаяся к забору, чтобы облаять вальяжно прогуливающихся по тротуару голубей. Только птиц не так легко напугать: от неожиданности они встрепенулись, но затем продолжили свою бессмысленную ходьбу. Видимо, собаку такая невозмутимость совершенно выводит из себя, потому что она мечется, припадает к земле и не умолкает, пока к нам не подходит девушка-волонтер и со словами «идем, Пич, малышка» не оттаскивает ее обратно на площадку.

Еще три собаки спустя ко мне подходит Рик.

– Не поверишь, кого я здесь встретил, – говорит он, протягивая мне фотоаппарат.

– Неужто Том Харди за еще одной собачкой заглянул? – шучу я, но усмешка быстро испаряется с моего лица.

На дисплее Canon застыла здоровая черная псина, обезображенная жутким шрамом, который рассекает левый глаз, совершенно белый. А рядом с ней прямо на земле сидит Лилу, облаченная в один из своих неизменных кардиганов, на этот раз в желтый, по которому сбегают две длинные русые косы. Она смотрит на этого страшилу с таким обожанием, какого я даже в фильмах не видел.

Поднимаю голову и быстро нахожу Лилу взглядом. Она шагает уже довольно далеко и кривляется, вскинув руку вверх и виляя попой. А рядом с ней, взмахивая согнутыми руками, как цыпленок крыльями, идет Скотт Эванс.

«Им явно весело вместе, – реагирует внутренний голос. – А ведь на его месте вполне мог быть ты». Стискиваю зубы так, что слышу скрип, и опять смотрю на дисплей.

– Ты специально это подстроил?

– Конечно. – Рик пренебрежительно фыркает. – Чтоб ты окончательно извел бедную девушку.

– Мне нет до нее никакого дела. – Пихаю камеру ему обратно. – Мог ничего не говорить об этом чудесном совпадении. Сколько еще хвостатых моделей осталось отснять?

– Хорошо, что ты спросил. Нужно сфотографировать шесть собак, и, если ты поможешь Глории выводить их из вольеров, мы освободимся быстрее.

Конечно, я помогаю Глории, ведь, выводя лишнюю собаку одновременно с ней, ускоряю момент нашего с Риком отъезда. Первой мне вручают подслеповатую таксу, такую древнюю, что она еле плетется. Как раз дойдем до Рика, когда настанет ее очередь делать фото.

Только вскоре я перестаю следить, куда и с какой скоростью меня ведет старушка. Глаза сами собой отыскивают, а потом снова и снова возвращаются к далекому желтому пятну. Мною овладевает странное чувство, от которого ладони слабеют и один раз даже чуть не выпускают поводок.

Присутствие Лилу выводит из равновесия, пусть она и не видит меня. Тот факт, что с ней Скотти, только усугубляет ситуацию. Меня не на шутку начинает бесить этот парень. Почему это раньше я считал его неплохим пацаном? Он же просто гад! Пытается усидеть на двух стульях сразу и обманывает бедных девушек. Его коварство разобьет их сердца.

Из раздумий меня вырывает запыхавшийся голос Рика.

– Вы с собачкой явно спешите, только не в ту сторону. Еле вас догнал, – говорит он, одной рукой опираясь на колено, пока другая бережно придерживает фотик.

Восстановив дыхание, он предлагает для фото взять собаку на руки. Я вообще не горю желанием обниматься со старой вонючей псиной, но так грубо выразиться не могу, поэтому говорю:

– Не хочу попасть в кадр, это же ее фотография.

– А я и не буду снимать твое лицо, будет достаточно рук, – заверяет он.

Смотрю вниз, где у моих ног примостилась такса, умильно уставившаяся на меня, словно ожидает обнимашек. Неужто она поняла наш разговор?

Ладно, сделаю, как меня просят, и скорее окажусь дома. Наклоняюсь к собаке и беру ее, ухватив руками поперек пуза. Она забавно выдыхает со звуком, похожим на кряхтение. Хотя это я должен кряхтеть. Не ожидал, что такая небольшая псинка столько весит.

Укладываю передние лапы на сгиб локтя, стараясь не прижимать ее к себе, и принюхиваюсь. Вроде ничем неприятным не пахнет. Собака на моих руках так же невозмутима, как и на твердой земле, и вскоре прислоняется головой к моему плечу. От этого простого прикосновения у меня теплеет на душе.

– Отлично! – восклицает Рик. – Думаю, твой пример привлечет желающих и кто-нибудь обязательно захочет ее потискать. Отпускай и пойдем к Глории.

Когда мы выводим следующую парочку фотомоделей, желтого пятна на горизонте я больше не нахожу. Последние минуты нашей работы проносятся стремительно, и вот я уже брожу вдоль вольеров, пока